«Вознагради меня своими полями, о великий бог Хетеп, ты сделаешь так, как угодно тебе, о повелитель ветров. Позволь мне стать тем духом, позволь мне есть там, позволь мне пить там, позволь мне пахать там и собирать урожай, позволь мне сражаться там, позволь мне любить там, и пусть мои слова станут там законом, и пусть я никогда не буду там ничьим рабом, но сам буду повелевать».
Когда физическое тело усопшего опускали в могилу, его духовное тело саху входило в потусторонний мир Дуат, по которому странствовало, побеждая различных чудовищ, пока не достигало царства Осириса. Считалось, что путешествие в царство Осириса длилось всю ночь после смерти, а царства блаженных умерший достигал на следующее утро, с восходом солнца.
Дуат — место, где пребывали умершие, преисподняя «совсем глубокая, совсем темная и бесконечная». Как подземное царство Дуат связывается с ночными светилами. В «Текстах пирамид» оно персонифицируется в образе женщины — матери умерших, которых она ведет на небо, а также отождествляется с горизонтом как местом, где заходит солнце.
Согласно некоторым текстам, царство мертвых располагалось на севере, согласно другим — над или под землей. Древнейшая традиция помещала загробный мир над землей, причем небо на западе представляло собой огромную плоскую или сводчатую поверхность, образующую как бы настил, пол, в царстве мертвых. Этот пол поддерживался снизу четырьмя колоннами, по одной на каждую сторону света. Однако еще более древним считается представление о том, что потусторонний мир находится на западе: в мифах в стране мертвых, протягивая к ним руки, умерших встречает Аментет — богиня запада.
В более поздние времена возникло верование, что царство мертвых располагается к западу или северо-западу от Египта и души умерших проходили туда через проход между горами на западном берегу Нила около Абидоса. Еще позже возникло представление, что место обитания умерших — это узкая гористая долина реки, которая брала начало на востоке и текла на север, а затем, сделав петлю, возвращалась на восток. В этой долине обитали всевозможные монстры, и именно здесь плыло в ладье солнце в течение двенадцати ночных часов.
Когда миф об Осирисе полностью переносится на умершего царя, считается, что его труп охраняют Исида и Нефтида. От Исиды рождается Гор, который побеждает Сета, отомстив за отца. В «Текстах пирамид», обращенных к обожествленному фараону, умерший царь соединяется с богами — своим отцом Ра, Осирисом, Гором в восточной части неба, куда он летит как божественная птица: «Летит летящий. Он улетает от вас, люди, ибо он не принадлежит земле, он принадлежит небу… Он взвился в небо, как коршун, он поцеловал небо, как сокол, он прыгнул на небо, как саранча».
Другими способами достигнуть неба были подъем по лестнице, восхождение по солнечным лучам или клубам дыма от кадящего ладана и плавание по небу в его восточную часть. Для этого в заупокойные храмы фараонов IV династии помещали натуральной величины ладьи. Перевозил умершего фараона особый перевозчик — «смотрящий позади себя», устраивавший перед отплытием своему пассажиру магический допрос.
Представление о плавании умершего царя по небу сливалось с представлением о ежедневном плавании по небу, с востока на запад, солнечного бога Ра. Фараон с веслом сопровождает бога в его барке. На небе фараон представляется то великим богом, то приближенным Ра, его секретарем и писцом, гребцом в его барке, то одной из ночных звезд — Орионом (небесное воплощение души Осириса) или Сириусом (душа Исиды). Фараон Пепи I говорит:
«Приветствую тебя, о лестница бога, приветствую тебя, о лестница Сета. Протянись до небес, о лестница бога, протянись до небес, о лестница Сета, протянись до небес, о лестница Гора, по которой на небеса поднялся Осирис, когда занимался защитой Ра… Ибо это сын твой Пепи, и этот Пепи есть Гор, и ты дал жизнь этому Пепи, как ты дал жизнь богу, который есть властелин лестницы. Ты дал ему лестницу бога, и ты дал ему лестницу Сета, по которой этот Пепи поднялся на небеса, когда занимался защитой Ра».
Начиная с «Текстов саркофагов» каждый умерший отождествлялся с Осирисом и ему присваивалась роль царя. Покойный благодаря магическим заклинаниям перевоплощается в любого бога, в которого он хочет превратиться.
«Мои волосы — это Нун, мое лицо — это Ра, мои глаза — Хатор, мои уши — Упуат, мой нос — первый из Летополиса (то есть Гор Старший), мои губы — Анубис, мои зубы — Серкет, мой затылок — Исида, мои руки — баран из Мендеса, моя шея — Нейт, госпожа Саиса, моя спина — Сет, мой фаллос — Осирис, мои легкие — властители Туры, моя грудь — могущественный баран, мой живот — Сехмет, мое чрево — глаз Гора, мои ноги — Нут, родительница богов, мои ступни — Птах, мои пальцы рук и ног — живые змеи. Нет у меня члена, который был бы свободен от того или иного бога. Тот защищает всю мою плоть целиком» (глава 42 «Книги мертвых»).
Существенно, что умерший отождествляется также с Ра и Гором. Ра дает свет, насладиться которым стремился умерший, когда его душа ба выходит днем из гробницы. Ра также одержал победу над змеем тьмы Апопом. Гор стал царем, будучи оправдан на суде богов, победив своего врага Сета.
Изображения земной жизни на стенах гробниц эпохи Древнего царства предназначались для ка умершего — чтобы он мог продолжать существовать, как при жизни. Покойный вместе со своим ка лакомится приношениями. Жертвенные приношения и отчасти заменяющие их тексты с жертвенными молитвами к богам должны были обеспечить умершего всем, что в них перечислено. Скульптурные портреты покойного помещались в гробнице на случай разрушения мумии — чтобы в статуи могло переселиться ка умершего. Обряд «отверзания уст и очей» был направлен на то, чтобы «оживить» мумию перед погребением, сообщить ей способность восприятия внешнего мира: жрец прикасался к устам и глазам мумии сначала окровавленной ногой жертвенного быка, а затем двумя теслами и резцом скульптора, а также мешком с красным минералом.
Заупокойные магические тексты обнаруживают две тенденции: с одной стороны, покойнику гарантируется спокойное существование в гробнице, с другой — его душе ба и двойнику ка предоставляется возможность покинуть гробницу и пребывать с великими богами в потустороннем мире.
Душа ба появляется каждый день, чтобы зреть солнце и облетать вокруг гробницы. В это время покойный «шел прекрасными путями, по которым идет избранный.…Он возносился к Богу Великому, владыке небес… он пересекал небеса навстречу Великому Богу». Набальзамированное тело царя покоится внутри или под пирамидой, и та составляет с ним единое целое, то есть тоже считается его телом: «О Гор! Царь этот — это Осирис!..Приблизься к нему [царю]! Не удаляйся от него, в имени его Пирамида!»
Вместе с тем пирамида представлялась в виде солнечной вершины скалы Бенбен, возникшей из первоначального хаоса в начале мира, и как самая первая твердь, возникшая в виде холма при сотворении мира. Отсюда пирамида мыслится как центр земли, место, где соприкасаются мир земной и мир подземный. Надпись на пирамиде Аменемхета III гласит: «Выше душа (ба) царя Аменемхета, чем высоты Ориона. Соединяется он с преисподней». При этом Орион — это душа (ба) Осириса, который, подобно этому созвездию, нисходит в преисподнюю, а затем вновь появляется на небе. Царь, будучи отождествлен с Осирисом, нисходит в преисподнюю, дабы затем возникнуть вновь.
Возрождаясь к жизни, царь, подобно солнечному божеству, проходит различные стадии, ознаменованные отождествлениями с различными богами. Он и Гор, и Сет одновременно. Являясь Осирисом, он, однако, спускается в преисподнюю как Гор. Его встречают различные силы, которые персонифицируют его царские атрибуты. Рамсес II говорит своему покойному отцу Сети I: «Вот ты взошел на небо и сопровождаешь Ра, ты смешиваешься со звездами и луной. И ты пребываешь в преисподней как те, кто находится обок Унен-нефера (Осириса), Владыки Вечности. Руки твои тянут Атума в небесах и на земле подобно Звездам Неустающим. Ты перед баркой миллионов лет. Когда появляется Ра в небесах, глаза твои любуются на его красоту. Когда входит Атум в преисподнюю, ты в его свите».
Существовало верование, что любое существо может в загробном мире умереть во второй раз. Душа умершего питалась там подношениями, которые оставляли в гробнице, и, если поступление этих подношений прекращалось, голод заставлял ее выходить из гробницы и бродить по пустыне в поисках пищи, питаясь отбросами и запивая их грязной водой, но затем ее ждала голодная смерть. Кроме этого, душа также могла умереть в загробном мире, вызвав неудовольствие управителей царства Осириса: в этом случае она уничтожалась вместе с душами грешников. Только отождествив себя с Ра и Осирисом, умерший делался выше этого закона и мог возгласить: «Я — коронованный царь богов, и я никогда не умру во второй раз в загробном мире».
