Шэй снова попытался отпить и только после этого рассмеялся хриплым, каркающим смехом. В голове мелькнули смутные образы, и нечеткое воспоминание о том, как Хэйтем расшвыривал в кабаке «врагов»… Может язвить сколько угодно, но сам мистер Кенуэй тоже был пьян, раз уж принял участие!
— А что было дальше?
— Ничего особенного, — сарказм Хэйтема был настолько густой, что ложкой не провернуть. — Когда все успокоились, ты расплатился за сломанный стол, два стула и десяток разбитых кружек. Потом мы снова пили, потом ты рыдал у меня на плече. А позже я был вынужден повести тебя в гостиницу, потому что сам ты едва на ногах стоял. Спотыкался, чуть не падал, но при этом всю дорогу обещал, что будешь меня любить, когда мы вернемся.
Шэй пригнул голову и несчастно спросил:
— И..?
— И заснул сразу, как только я сгрузил тебя на кровать, — буркнул Хэйтем. — А я, знаешь ли, тоже был не вполне трезв, так что даже лег с тобой. Мы своим возвращением под утро здесь всех разбудили и перепугали, поэтому к нам утром даже никто не стучался, чтобы убраться.
Все это было позавчера и вчера, а сегодня Хэйтем, собранный и подтянутый, стоял у окна и глядел, как Коннор перемахнул через забор и исчез в кондитерской лавке.
— Пожалуй, нам стоит заняться делами, — заметил мистер Кенуэй. — Найти рабочих, которые согласятся отправиться в Дэвенпорт, заказать материалы… А мне еще неплохо бы разыскать Чарльза и узнать из первых рук, что тут происходит. После «бостонской резни» в городе стало спокойнее, но это только на первый взгляд.
— «Бостонской резни»? — Шэй мгновенно выхватил самое важное. — Что это было и зачем ты это устроил?
— «Резня» — громкое слово, — фыркнул Хэйтем. — Погибли пятеро мирных жителей, но ты можешь не думать, что эти смерти на моей совести. Я, конечно, немного помог… Точнее, Чарльз немного помог по моему приказу, но это все равно бы случилось. И лучше раньше, чем позже. К тому же, если бы это случилось позже, жертв могло бы быть больше.
Шэй кивнул. Он пока плохо понимал, как обстоят дела в колониях, но не сомневался, что Хэйтем ничего не делает зря. Раз некое событие получило имя, следовательно, оно было знаковым. А знаковые события с таким скромным списком жертв… Что ж, действительно могло быть и хуже.
— Ты знаешь, где здесь что? — Шэй настроился на деловой лад. — Дерево и металл заказать нетрудно, а уж о качестве я позабочусь. А вот найти толковых работников…
— Есть предположения, — Хэйтем выглянул в окно. — Нам стоит поторопиться, чтобы успеть перехватить Коннора, пока не удрал куда-нибудь еще. Честно говоря, я бы предпочел не брать его с собой. И на Чарльза он до сих пор реагирует нервно, и еще… Мне не жаль денег, я готов оплатить любые расходы, но мало кто из хороших мастеров согласится добровольно выехать из относительно безопасного города в сторону фронтира. Нам нужны такие люди, которым нечего терять, а такие в безопасных местах не водятся.
Шэй пожал плечами:
— Нас двое, так что головорезов я как-то не боюсь.
— Ты — нет, а вот я опасаюсь за Коннора, — сухо откликнулся Хэйтем.
— Я сам наточил и смазал его клинки, — возразил мистер Кормак. — Действуют отлично и бесшумно. К тому же, Коннор неплохо управляется и со своим луком, и со своим томагавком. Да и мы сможем его защитить. И потом, что, драться обязательно?
— В твоей компании обычно да, — не проникся Хэйтем. — Но выбора нет, придется взять его с собой. Я обещал, что он сможет сам контролировать восстановление корабля, и намерен сдержать слово.
Собрался Шэй мгновенно. С оружием он не расставался, а накинуть плащ много времени не надо. Двери за собой Хэйтем запер — не то чтобы у них было с собой много имущества, но не хотелось, чтобы кто-то из посетителей рылся в личных вещах. Шэй рассеянно подумал о том, что неплохо бы пошить несколько смен белья, поскольку перед срочным выездом за Коннором у него не нашлось времени даже дождаться багажа с «Морриган».
На первом этаже Хэйтем извинился и отошел к стойке, где испросил бумаги и чернил и набросал короткую записку. Сложил конвертиком, накапал воском со свечи и запечатал перстнем. Присвистнул и наказал подбежавшему мальчишке-посыльному:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Доставь это в гостиницу «Четвертая миля», мистеру Ли в собственные руки. Если его не окажется, то не отдавай никому и верни мне вечером.
— Сделаю, сэр, — поклонился мальчик, и Хэйтем протянул ему монетку, а потом и вернулся к Шэю и, сделав знак следовать, отправился к выходу.
Мистер Кенуэй заговорил уже только на улице, убедившись, что никто не подслушивает:
— Думаю, стоит начать с портового района. Во-первых, там доки, а значит, найдутся мастера корабельного дела. Во-вторых, гаже кварталов во всем Бостоне нет. Сам я провел здесь в начале марта всего три дня, так что больше знаю из донесений, чем лично, но опыт подсказывает… Коннор!
Подросток, выбравшийся из кондитерской лавки весьма нетривиальным образом — через крышу, замер, а потом и спрыгнул вниз. И при этом имел вид нашкодившего щенка.
— Что ты там делал? — строго вопросил мистер Кенуэй.
— Ничего особенного, — Коннор запихнул руки в карманы и поглядел исподлобья.
— Коннор, — строго призвал его Хэйтем. — Мы же договорились.
— Лавочник назвал меня краснокожим, — сердито отозвался парень.
Шэй вмешался и закончил за него:
— Дай угадаю: после этого тебе не захотелось ему платить?
— Я честно заплатил за конфеты, — Коннор дернул плечом. — И честно заплатил за оскорбление, как учит Тавискарон. Просунул ему между стропил дохлую крысу. Пройдет пара дней — и он полкрыши разберет, только бы ее найти.
— Коннор… — Хэйтем прикрыл глаза рукой.
Шэй фыркнул и утешающе обратился к любовнику:
— Не стоит так переживать, скальп же не снял и томагавком не размахивал. Так что все в порядке.
— Действительно, все в порядке, — мистер Кенуэй несколько успокоился и вздохнул. — Коннор, мы собираемся отправиться за материалами и рабочими для твоего корабля, так что если ты хочешь пойти с нами, то бегом в гостиницу мыть руки после дохлой крысы. Мы подождем тебя здесь.
Подросток дунул в гостиницу, а Хэйтем страдальчески произнес:
— Видишь? Ну вот что мне с ним делать?! Где он вообще дохлую крысу нашел…
— Наверное, сам убил, — предположил Шэй. — Коннор хороший охотник.
Мистер Кенуэй покачал головой и вернулся к прерванному разговору:
— Я отправил письмо мистеру Ли, чтобы подстраховал нас, поскольку мне неизвестно, что сейчас творится в доках. Точнее… Немного известно. Чарльз докладывал, что кто-то мутит воду и подбивает местных на восстание. Это не очень хорошо.
Шэй свел брови и осторожно проговорил:
— Но ведь ты сам стремился к тому, чтобы…
— Во всем нужна мера, — Хэйтем недовольно огляделся, точно Бостон был его собственностью — и при этом не отвечал высоким требованиям магистра Ордена. — Мне нужны не уличные беспорядки, а спланированная акция. Мелкие бунты только ухудшат обстановку в городе и дадут право Британии представить события как преступную деятельность. А преступления должны совершать исключительно представители Короны, а не рядовые бостонцы.
— Так не бывает, — рассудительно заметил Шэй. — Маятник нельзя раскачать в одну сторону.
— Значит, не должно быть доказательств, что деятельность преступна, — бросил Хэйтем. — Никаких циркуляров, выступлений и прочей чепухи, которая только сотрясает воздух. Чарльз должен сдерживать беспорядки, пока Джонсон пытается наладить связи между местным населением и колонистами. И то, и другое — задачи не из легких, так что даже неплохо, что мы оказались здесь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Хэйтем, — Шэй поглядел ему прямо в глаза. — Не стоит слишком погружаться в работу, иначе все то, о чем вы договорились с Коннором, пойдет прахом. Ты нужен ему, ты нужен мне.
— Обещаю, не буду, — Хэйтем слегка улыбнулся. — Но оказаться здесь и не проверить — выше моих сил. А вот, кстати, и Коннор. Несется, как будто за ним гонятся. Не гонятся?
