Читаем без скачивания Песочные часы - Веслав Гурницкий

Все это, вместе взятое, никому не делает чести, если иметь в виду, что мы живем в последней четверти XX века, что в мире не так много тайн, а. опыт прошлого должен же стать наконец каким-то предостережением. Но те, кто усматривает в этом сознательную и широкую акцию, глубоко заблуждаются. Дело в исключительном стечении обстоятельств, в практике вынесения оценок без тщательного анализа и в политике Пол Пота, настолько несообразной, что ее поначалу было трудно понять и никак нельзя было заранее предвидеть.

CLIV. В первые месяцы после захвата власти «Ангка» соблюдала лояльность по отношению к социалистическим странам, в том числе и Вьетнаму. Свержение Лон Нола в социалистических странах расценили как победу прогрессивных сил, и в благожелательных комментариях не было недостатка. Иенг Сари во время своего визита в Ханой еще раз поблагодарил «вьетнамских братьев и товарищей» за помощь в борьбе против режима Лон Нола. Содержание переговоров, которые вел в Ханое заместитель Пол Пота, неизвестно. По-видимому, вьетнамская сторона выразила обеспокоенность в связи с чрезмерно быстрым темпом революционных преобразований и указывала на опасность авантюризма. Вместе с тем это были первые месяцы после изгнания американцев с юга страны. Перед вьетнамским руководством стояли огромные задачи по объединению страны, и нельзя исключить того, что у него не было возможности с надлежащим вниманием следить за развитием событий в Кампучии.

Тем временем внутреннее положение Кампучии с самого начала было далеко не стабильным, несмотря на переселения и разрушение всей социальной инфраструктуры. Уже во второй половине 1975 года вспыхнуло длившееся три года восстание в провинции Сиемреап, которое удалось потопить в крови, лишь направив туда карательную экспедицию из столицы, так как местные силы полпотовцев не могли справиться с мятежниками. Через четыре месяца та же провинция Сиемреап, а также провинция Баттамбанг снова стали ареной серьезных волнений. В мае вспыхнуло восстание в провинции Кандаль, в июне — в провинции Кахконг. В октябре продолжительные волнения охватили пятьдесят общин в провинциях Кампонгтхом и Кампонгчнанг.

Сегодня трудно определить, каков был политический характер этих выступлений. О них известно по-прежнему мало, так как почти все их участники погибли. Возможно, часть мятежей носила контрреволюционный характер: во всяком случае, именно такое объяснение им давалось в пропаганде, рассчитанной на заграницу. В армии Лон Нола было более восьмидесяти тысяч офицеров и солдат, только часть которых была уничтожена в первые же дни. У этих людей был большой военный опыт, они умели обходиться с оружием, большею частью умели читать и писать, и терять им было абсолютно нечего. Но можно с такой же уверенностью говорить, что по крайней мере некоторые вооруженные выступления являлись самообороной, имели народный характер, что не могло не беспокоить хотя бы часть «Ангки».

Первый кардинальный поворот во внешней политике «Ангки» произошел в июне 1976 года, во время конференции КП Кампучии-2. И в этом случае нельзя установить, было ли это пленарное заседание Центрального Комитета или же специально созванная конференция выборных представителей. А может быть, никакого заседания и не было, Пол Пот же представил свою линию как выражение взглядов всей партии, всех «красных кхмеров». Была принята резолюция, в которой впервые излагались откровенно националистические, в первую очередь антивьетнамские лозунги. Вьетнамскому руководству приписывали намерение осуществить замысел создания так называемой «Индокитайской федерации», с которым уже давно, еще в 1951 году, раз и навсегда было покончено ввиду его полной нереальности, хотя бы в силу экономических причин. Стали вспоминать, что империи кхмеров когда-то принадлежала южная часть нынешнего Вьетнама. Было выдвинуто требование заново провести демаркацию границы на море, при этом предметом спора опять стали многочисленные островки, уже более ста лет являвшиеся неотъемлемой частью Кохинхины, а затем Вьетнама. В резолюции впервые появились эпитеты, оскорбительные для вьетнамского народа, в том числе для вьетнамцев, которые испокон веков жили в Кампучии. Но пока еще не было выпадов против СССР и европейских социалистических стран, а также оценок идеологического порядка.

Пол Пот был человеком все-таки образованным, и трудно предполагать, что он сам верил в бредни, объявленные тогда линией партии. Он преследовал, надо полагать, гораздо более глубокие цели, но установить их сейчас можно только приблизительно. По-видимому, следуя обычаю всех диктаторов, он решил опереться на примитивный национализм, видя в нем лучшее средство укрепления диктатуры, великолепное лекарство против внутренних неполадок. С этого момента любой, кто выражал недовольство жизнью в «коммунах», оказывался предателем своего народа. У кхмерско-вьетнамских конфликтов была долгая и запутанная история, в которой так много легенд, накопленных обид и противоречивых версий, что найдется почва для всякого рода манипуляций. Лозунг «революционного национального фронта кхмеров» действительно на какое-то время оказался действенным и даже позволил полностью устранить из политической жизни Сианука.

На обвинения со стороны Пол Пота Вьетнам реагировал решительно, но спокойно. Было предложено немедленно начать переговоры по пограничным вопросам, созвана, конференция, выдвинуты компромиссные предложения. Вьетнам еще не залечил ран, которые нанесла самая долгая в XX веке война, а уже стоял на пороге грядущей. Ничто, однако, не помогло. История вьетнамо-кампучийских переговоров оказалась похожей на разговор со стеною.

В начале 1977 года на Пол Пота обрушился новый, совершенно неожиданный удар: начались первые дезертирства из его армии, вспыхнули новые восстания, и в довершение всего распространилась весть о создании новой, третьей по счету, Коммунистической партии Кампучии. И что самое главное — крестьянская беднота перестала поддерживать полпотовцев. Режим начал терять почву под ногами.

Видимо, мы никогда не узнаем, что, собственно говоря, происходило в Кампучии весной и летом 1977 года. Можно лишь предполагать, что часть партийных кадров среднего звена, а может быть, и «Ангки», объединившаяся, по-видимому, вокруг Ху Нима, поставила под вопрос темп революционных преобразований и потребовала восстановить хотя бы некоторые элементы нормальной жизни. Как представляется, в течение короткого времени «либералы» действительно имели определенное влияние на деятельность «Ангки». Была обещана, например, отмена категорий социальной полезности в «трудовых коммунах» (до этого, впрочем, дело никогда не дошло). Начата была предварительная работа по «строительству народной, революционной системы просвещения». Даже был намечен примерный срок открытия сельских школ: вторая половина 80-х годов. Небольшой группе иностранных журналистов разрешили посетить Ангкорват. Кхиеу Самфан начал выступать в роли главы государства. Иенг Сари отправился в ООН.

Все это внезапно рухнуло за одну неделю, в начале сентября 1977 года. Ху Ним был умерщвлен. Дата, место и обстоятельства его убийства неизвестны, но все бывшие деятели «красных кхмеров», с кем я об этом говорил, единодушно подтверждают данный факт. Реформаторские начинания были остановлены, темпы переселения усилились, было принято решение, об упразднении трех пограничных провинций. В КП Кампучии-2 и среди полпотовских кадров была проведена новая жесточайшая чистка, жертвами которой стали даже провинциальные шефы службы безопасности и высшие офицеры в войсковых соединениях. Произошли, по-видимому, изменения в составе самой «Ангки» Особенность «культурной революции» состоит в том, что на полпути ее не остановить.

Со всем этим приданым Пол Пот вылетел шестого октября в Пекин. Это был очередной поворотный пункт в его политике. Пол Пот привез китайскому руководству комплексные и продуманные предложения, которые трудно было отвергнуть. Он предложил Китаю использовать Кампучию как рычаг нажима на Вьетнам, обещал начать диверсионные действия в Лаосе, безоговорочно присоединился к китайскому внешнеполитическому курсу.

Дальнейший ход событий говорит о том, что Пекин, недолго думая, принял предложения Пол Пота. С третьего по пятнадцатое декабря 1977 года в Пномпене находился китайский вице-премьер Чэнь Юнгуй. Был подписан развернутый договор между двумя странами (его содержание никогда не было предано гласности), единодушно осужден «социал-империализм». Кампучия со дня на день становилась все более рьяным проводником китайского внешнеполитического курса. Китайская печать внезапно начала восхвалять «Демократическую Кампучию». Теперь не проходило дня, чтобы в Пномпене не раздавались прямо-таки бешеные крики насчет «советского социал-империализма» и «предательского ревизионизма правящей вьетнамской клики». Единичные на первых порах налеты полпотовцев на Южный Вьетнам начали постепенно превращаться в открытую войну. Не приходится говорить о «пограничных инцидентах», когда число убитых равняется тридцати тысячам.