Нагая! На природе!
Она не успела еще прийти в себя от этого шока, как Дамьен опустил ее на траву и жадно прильнул губами к ее груди. Адель закрыла глаза, полностью отдавшись тому удивительному наслаждению, которое она получала от прикосновения его губ и зубов, даже от звука его затрудненного дыхания. Она запустила пальцы в тяжелую гриву его волос, ухватившись за них, когда его рука скользнула по ее ноге, потом между ее бедер и остановилась на влажном пульсирующем холмике внизу живота. Даже через ткань панталон она чувствовала, как его пальцы, слегка надавливая, начали поглаживать ее, и задохнулась от невыносимого удовольствия.
– Это так замечательно, – прошептала она.
Дамьен, все еще с закрытыми глазами, медленно протянул руку, его опытные пальцы легко развязали шнурки панталон. Он прервал поцелуй и горячо прошептал ей на ухо:
– Могу я снять это тоже?
– Да, – тихо ответила она.
Ею руководила одна только страсть, она тонула в потоке своих желаний, и никакие последствия ее не волновали. Ничего, кроме этого наслаждения, которое предлагал ей сейчас Дамьен, наслаждения, которое обещало его тело, ей не нужно было. Он мягко потянул вниз ее панталоны. Адель, приподняв бедра от земли, помогла его жаждущим рукам. Он отбросил панталоны и снова опустился над ней, его теплые руки теперь маняще поглаживали нежную кожу между бедер.
Большой палец его руки остановился на шраме, который оставила пуля, он прервал поцелуй, чтобы шепнуть ей быстро:
– Я помню.
– Я тоже. Я помню весь тот день.
– Но боли больше нет?
– Нет.
Он кивнул и снова продолжал ее целовать, его руки скользнули под ее тело, поглаживая прохладную кожу спины, потом они опять вернулись наверх, спустились по животу, пальцы погладили завитки волос и остановились на открытом для них ее женском естестве. В ответ на его ласку тело Адели содрогнулось от восторга.
– Дамьен, это нехорошо, – прошептала она, но он продолжал ласкать ее там, где, как бутон, распускалось ему навстречу ее желание.
– Вели мне остановиться, и я подчинюсь.
– Нет. Не сейчас, – покачала она головой.
Он прижал ее еще теснее, его пальцы точно знали, какими прикосновениями провести ее через невыносимое давление желания. Под его умелыми руками ее тело начало расслабляться, она вдруг стала удивительно свободной и даже развратной. Она начала вращать бедрами в такт его бесконечной ласке, ее тело как будто стало растекаться в блаженном наслаждении. В этом приливе наслаждения последние остатки стыдливости покинули Адель. Ее рука потянулась вдоль ноги Дамьена.
– Я тоже хочу почувствовать тебя, – сказала Адель, окончательно давая волю своим желаниям. Ее рука проникла под пояс его брюк, пальцы нащупали шелковистый наконечник, потом рука ее обхватила весь его напряженный орган.
Пораженная размером и жаром, исходившим от него, она начала поглаживать его так же, как Дамьен ласкал ее, в ритме, который, как она поняла, был основой сексуальности.
– Все выходит из-под контроля, – прохрипел он в промежутке между поцелуями, – ни одну женщину я не хотел так, как хочу сейчас тебя, Адель. Ты подчинила меня целиком, я хочу любить тебя. Пожалуйста, позволь мне.
Безрассудство не было ей свойственно, но она не была уже прежней Аделью. Теперь она поняла прелесть безрассудного, лихорадочного, неконтролируемого порыва страсти. И она неистово закивала головой в ответ на желание Дамьена.
Это было все, чего он ждал. Она не была уверена, что заметила, как он раздевался, как приподнялся, чтобы скинуть с себя одежду, а он уже был здесь. Между ее ног. Выжидая, как будто желая удостовериться, что она не передумает.
Легкий ветер шевелил ветви ивы вокруг них, листья посвистывали, покачиваясь от ветра.
Адель открыла глаза и в мягком полуденном свете встретилась со взглядом Дамьена. Тот смотрел на нее встревоженными, почти испуганными глазами. Потом последовал толчок. Давление было немного болезненным, но одновременно и желанным. Несмотря на боль от вторжения, она изогнулась навстречу, приподнимая бедра. Стон сорвался с ее губ. Он остановился и прошептал:
– Ты в порядке?
Она снова кивнула, инстинктивно обхватила руками его твердые ягодицы и прижала его еще теснее. Потом потянулась со всей силой своих бедер и ног и почувствовала, что рассталась со своей девственностью. Боль пронзила Адель, но тут же уступила место ощущению того, что Дамьен был внутри. Внутри ее! Он заполнил ее. Она ухватилась за его крепкие плечи как за якорь и прикусила губу, когда он приподнялся и снова вошел в нее. Она была скользкая там, внизу, это смягчало боль и усиливало наслаждение. Она начинала понимать, как это все происходит. Через несколько секунд боль ушла, она смогла расслабиться и наслаждаться тем, как он движется внутри ее, то выходя, то заполняя ее снова и снова. Внезапно волна желания и завершенности прошла по ее венам так, как будто ее ударило током. Ее тело забилось в конвульсиях, она выгнула спину и, не понимая, что происходит, прокричала имя Дамьена.
Она лихорадочно пыталась понять, что это было, все еще выгибаясь и представляя себе, что молния расколола дерево над ними и ушла в землю через нее. Наслаждение продолжало накатывать на нее волна за волной, пока, обессиленная, она не упала на траву. Она открыла глаза и осознала, что все это время Дамьен продолжал двигаться внутри ее. Только сейчас, когда все ее мышцы расслабились, он замедлил свой ритм. Раз он не остановился, чтобы проверить, живали она, значит, все, что произошло, было нормальным.
Наверное, так и было, раз он выглядел вполне удовлетворенным.
– Ты восхитительна, – проговорил Дамьен, потом сделал еще несколько толчков, проникая в нее все глубже и яростнее, откинул голову и закричал, точно так же, как и она, несколькими секундами раньше. Его большое, крепкое тело обмякло, он удерживался над ней на локтях, а потом всем своим телом придавил ее к земле. Адель дотронулась до его лба, теплого и мокрого от пота. Даже через его рубашку и жилет она чувствовала жар, исходивший от его тела. Его грудь тяжело вздымалась.
– Прости, что я не разделся, – проговорил он, тяжело дыша, – мне бы хотелось лежать нагим рядом с тобой, соприкасаясь кожей.
– Да, это звучит заманчиво, – сказала Адель и начала расстегивать пуговицы его жилета.
Он приподнялся на локтях и вопросительно посмотрел на нее:
– Сейчас?
– Да, сейчас. Сними все это.
Он согласился сразу. Она стащила жилет с его плеч, и он снял рубашку. Юбки Адели, которые все еще держались у нее на поясе, последовали за его рубашкой. Они оба, нагие, стояли на коленях и смотрели друг на друга.
– Обувь лучше оставить, – подмигнул Дамьен, – вдруг нам придется убегать.
