Читаем без скачивания Сестры из Сен-Круа - Костелоу Дайни

— Я ее не любила, — сказала она, — но понимала, что она была бы совсем другой, если бы не дедушка.

— А Молли? Твоя мать?

— Она упокоилась с миром. А я начала новую жизнь.

За эти три дня она получила несколько эсэмэсок от Ника.

«Нафарширован фаршированной индейкой».

«Здесь есть омела. Жаль, что нет тебя!»

«Вомбат ждет не дождется настоящей прогулки. Просил лизнуть тебя от него в нос!»

«Еще один пирожок, и я лопну».

«Игровая приставка — класс, жаль, не мне подарили!»

«Выпьем чего-нибудь в четверг? В „Замке“».

«Ты не выходишь у меня из головы. Когда ты успела там поселиться?»

Рэйчел отвечала легкомысленно-шутливо на все, кроме последнего. На этот вопрос у нее не было ответа — ни шутливого, ни серьезного. Если на то пошло, она сама могла бы спросить его о том же. Ник все время был где-то на периферии ее мыслей с тех самых пор, как они расстались в Чарлтон Амброуз в четверг — не мешал, не тревожил, но и не уходил. Она могла только гадать, почему он все время пишет ей, а не звонит, но, прочитав последнее сообщение, поняла: такие вещи легче писать, чем говорить. Тут все-таки остаются варианты: можно ответить, а можно и промолчать без лишней неловкости для обеих сторон. Сейчас она решила промолчать, и Ник вновь отступил куда-то на второй план.

Вернувшись домой в среду, ближе к вечеру, Рэйчел разожгла камин, задернула занавески на темном окне и наконец уселась читать письма из жестяной коробки. Развязала обе пачки и увидела, что не все письма к Молли — от Тома. На конвертах были разные обратные адреса, написанные разными почерками. Рэйчел разложила письма из обеих пачек на столе и рассортировала по датам на почтовых штемпелях, чтобы читать по порядку.

Было непонятно, как попали обратно к Молли письма, которые она писала Тому. Может, их вернули ей после его гибели? Рэйчел отыскала информацию о Фредди и Томе на сайте, посвященном захоронениям военного времени, и знала теперь все, что было официально известно об их смерти.

Фредди был убит в первый день битвы на Сомме. Согласно сайту, капитан Фредерик Джордж Херст из первого батальона Белширского полка (легкая пехота) погиб в бою 1 июля 1916 года, в возрасте двадцати четырех лет.

Капитан Херст был женат на Хизер Мэри Херст из поместья Чарлтон Амброуз, Белшир. Его имя увековечено на мемориале в деревне Типваль на Сомме.

Рядовой Томас Картер, номер 8523241, из первого батальона Белширского полка (легкая пехота), погиб 1 августа 1916 года в возрасте двадцати трех лет.

Похоронен в деревне Типваль на Сомме.

На сайте было фото надгробия с именем Тома, названием полка и датой смерти. И больше никаких подробностей. Ни слова о семье. Ни слова о Молли.

Итак, теперь Рэйчел знала, когда погибли эти двое, но знала и то, что от большинства тех, чьи имена выбиты на памятнике в Типвале, не осталось даже могил. Может, и Фредди остался лежать где-нибудь в ничейной земле? Очевидно, он погиб в первый кровавый день битвы на Сомме, когда там за одни сутки полегло шестьдесят тысяч человек. Участвовал ли Том в том же бою? Скорее всего, да, они ведь с Фредди были в одном батальоне. Но, может быть, по какой-то причине именно в тот день ему не пришлось идти в атаку. Во всяком случае, после этой бойни он остался в живых. Вероятно, или скончался от ран, или погиб позже в ходе сражения, длившегося еще три долгих, изматывающих месяца — до самого октября. Как бы то ни было, письма, полученные им от Молли, отправили обратно, и теперь Рэйчел могла их прочитать.

Разложив письма в хронологическом порядке, Рэйчел открыла первое — оно было написано черными чернилами, твердым угловатым почерком и датировано октябрем 1915 года. Это было письмо сэра Джорджа, отправленное после того, как он обнаружил, что Молли уехала из дома без разрешения.

Воскресенье, 31 октября

Дорогая Молли Дэй,

мне было крайне неприятно узнать, что вы уехали с мисс Сарой во Францию без ведома и разрешения вашего отца. Это был очень дурной поступок, и я возмущен так же, как и он.

Я получил письмо о вас от матери-настоятельницы. Она утверждает, что вы приносите госпиталю большую пользу и что вы ей нужны. Моя дочь, по ее словам, тоже нуждается в вас, поэтому я не буду настаивать на вашем возвращении домой. Пока вы там, я буду выплачивать ваше жалованье вашему отцу.

Если вам понадобятся деньги во Франции, вы можете обратиться к моей дочери, и она решит этот вопрос по своему усмотрению.

Искренне ваш Джордж Херст, баронет

Рэйчел прочитала письмо, и ей стало любопытно, ответила ли на него Молли. Как она отнеслась к тому, что все ее жалованье будет получать отец? Она заглянула в дневниковые записи этого времени, но не нашла никаких упоминаний об этом. Приняв решение не возвращаться домой, Молли, кажется, сразу выбросила семейные дела из головы.

Второе письмо было датировано 20 ноября 1915 года и написано матерью Гарри в ответ на то, которое Молли отправила ей, своей тете, после смерти Гарри — «самое тяжелое письмо из всех, какие мне только приходилось писать». Это было письмо простой деревенской женщины, потерявшей сына, и Рэйчел не могла читать его без слез.

20 ноября 1915 г.

Дорогая Молли,

спасибо тебе, что написала мне про Гарри. Конечно, мы получили телеграмму от короля, но он там не стал расписывать все подробно. Как хорошо, что Гарри попал именно в твой госпиталь. Кто-то, наверное, знал, что ты там? Спасибо за последнюю весточку от него, это все-таки утешение, что он помнил о нас. Я сказала твоим маме с папой — должно быть, сам Бог направил тебя туда, чтобы ты была с моим бедным мальчиком, когда он умирал. Твоя мама была ко мне очень добра. Должно быть, трудно привыкнуть работать в госпитале, где никто даже не говорит на порядочном английском. Как по мне, ты молодец, что поехала, пусть и не все здесь такого мнения. С нетерпением ждем тебя домой.

Твой дядя Чарли желает тебе всего наилучшего, и я тоже.

Твоя любящая тетя Ви

Рэйчел сунула письмо обратно в конверт и взялась за следующее. Это было первое письмо от Тома, написанное карандашом на листке линованной бумаги, судя по всему, вырванному из блокнота.

Пятница, 7 января

Дорогая моя Молли,

даже не верится, что мы всего два дня назад уехали из госпиталя. Нас увезли автобусом и уже разместили на постой. Пока не знаю точно, когда мы вернемся в свою роту.

Я вписал тебя в свою расчетную книжку как ближайшую родственницу — теперь это можно, раз мы собираемся пожениться.

Надеюсь, ты здорова и в госпитале у тебя не слишком много работы. Рука моя все лучше, уже не болит, скоро буду совсем как новенький.

Я не очень-то умею писать письма, дорогая Молли, я же до сих пор никому не писал. И многого не могу тебе сказать: все равно цензор вычеркнет. Но я могу сказать, что никогда раньше не встречал такой девушки, как ты, что я очень тебя люблю и скучаю. Даже войну легче пережить, когда знаешь, что после войны меня будешь ждать ты.

Вспоминай обо мне, милая моя девочка, а я тебя все время вспоминаю.

Любящий тебя Том

Следующим по хронологии было первое письмо Молли — ее ответ.

Понедельник, 10 января

Дорогой мой Том,

получила твое письмо и очень рада, что рука у тебя заживает. Здесь все по-прежнему. Сестра Элоиза заболела, и теперь сестра Бернис пытается быть за главную. Выходит у нее не очень, но иногда приходит сестра Бернадетт и наводит порядок.

У нас тут такие новости, ты не поверишь. Сара получила письмо от своего брата Фредди — ну, от того капитана, который к тебе приходил. Он ездил в Англию в отпуск на Рождество и Новый год и вернулся уже женатым. Гостил в Лондоне у другого офицера и там женился на его сестре. Они уже встречались раньше и с тех пор писали друг другу письма, а когда он приехал в этот раз, то сделал ей предложение, и она согласилась. Конечно, он офицер, ему можно было жениться вот так, на бегу, не то что нам. Сара очень расстроилась, что не попала на свадьбу, но, кажется, там вообще не очень-то много было гостей. Она говорит, только сэр Джордж специально приехал в Лондон, да еще родители той девушки. Ее зовут Хизер. Сара говорит, Фредди приехал домой только на Рождество, чтобы сообщить эту новость отцу, а потом вернулся в Лондон и провел там остаток отпуска. Так что обычного Рождества в поместье не было. Интересно, вернулся ли он уже к вам.