Читаем без скачивания Полдня до расплаты - Юрий Иванович

После завтрака огласили радостную весть: вчерашняя сцена прошла, переснимать ее не придется. На сегодня запланированы работы с другими отрывками киноэпопеи, а на завтра – самая сложная и массовая сцена: захват имперским спецбатальоном мирной деревни гаибсов и учиняемые там зверства.

А пока всех развели по новым площадкам с идеально подготовленными декорациями. На этот раз пришлось сниматься с совершенно другими «коллегами».

Раньше сюжет фильма не сводил Николая и Гилану надолго в одном месте с бывшей чемпионкой в боях без правил. А спокойно посплетничать очень хотелось, поскольку среди гаибсов Метакса тоже получила некий особый статус. До сих пор никто не осмеливался ее не то чтобы толкнуть, но даже обозвать или унизить. Тому было три причины.

Во-первых, как артистка она вполне справлялась со своей ролью. Большой ринг взращивал в каждом бойце должный артистизм и усиливал яркий, выделяющийся типаж. Поэтому перед камерами оставалось вести себя точно так же, как обучали в свое время сценаристы из шоу-бизнеса. Тем более что другого поведения от нее Дейк Мердок и не требовал.

Во-вторых, все просто восхищались ее выдающейся силой. В первый день приезда актеров-гаибсов один из них в шутку предложил Метаксе помериться с ним силой в армрестлинге. Одним стремительным движением чемпионки рука незадачливого самонадеянного артиста была чуть не сломана. К столу тут же выстроилась очередь из остальных гаибсов, желающих показать свою силу, но Метакса громогласно заявила:

– Подряд разрешаю не больше пяти человек. А потом перерыв минимум час.

Как ни странно, ее условия выполнялись беспрекословно. И за все эти дни так и не нашлось силача, который бы одолел непобедимую, как она сама себя называла, чемпионку.

И наконец, самой пикантной причиной считалось усиленное внимание, которое сильной пленнице оказывал тот самый гаибс, вызвавший ее на поединок в армрестлинге. С первого же дня он проводил возле огромной женщины все свое свободное время. Сзади они смотрелись как два брата-близнеца: оба мускулистые, плечистые и одинаково косолапящие при ходьбе.

Поначалу никто не придал этому значения. Да и нелепое имя артиста – Паскуаль, редчайшее среди гаибсов, сразу причисляло его к разряду «не от мира сего». Ну подумаешь, соревновался! Подумаешь, удивился силе Метаксы! И что такого, пусть себе прогуливаются по глухим коридорам заброшенной базы и о чем-то все время спорят. Но когда чемпионка вдруг стала невпопад отвечать на вопросы технического персонала и других пленников и ходить с затуманенными глазами, все не на шутку переполошились. Начали приглядываться внимательнее, услышали, как недавняя смертница неестественно весело хихикает над какими-то шутками Паскуаля… Последней каплей стало ее отсутствие на ужине два дня подряд. «Удивительная парочка», или «новые друзья», или «коллеги по творчеству» – определения давались самые разные – преспокойно ужинали в каюте у странного гаибса.

Теперь уже возмутились все поголовно. Сам Борис Кац-ки имел продолжительную беседу с ангажированным артистом, который перешел все рамки приличия и вызвал такой всплеск возмущения среди общественности астероида. Но суть беседы осталась тайной, а на следующий день Паскуаль опять с самого утра стремился общаться лишь с Метаксой.

Наибольшую лояльность к их отношениям проявило всего несколько человек: главный режиссер Дейк Мердок, Николай Матеус и Гилана Баракси, а также, к всеобщему удивлению, Рут Галичано и бывший граф Цейлеранской империи Гайс. Причем последний изо всех сил еще и пытался заткнуть рты своим старым приспешникам и помощникам завидной дисциплиной. Как нетрудно было догадаться, Гайс использовал отношения своей сокамерницы с гаибсом-артистом в определенных целях. Николай и Гилана еще не знали, что именно он пытается выведать, но вполне это понимали и ждали только момента, чтобы объясниться. Вернее, найти и себе выгоду от этой ситуации.

А вот нейтралитет Рута Галичано решал чуть ли не все. В отношении с Паскуалем он вел себя так корректно и вежливо, что даже все остальные артисты прекратили нападки на своего коллегу. По крайней мере, в глаза над ним никто не потешался и не издевался. Зато за глаза, не стесняясь даже присутствующих пленников, говорили такое, что дискредитировало всех киношников без разбора. Однако в данный момент Матеуса совершенно не интересовали скандальные отношения в киношной богеме, а вот поговорить с бывшей чемпионкой хотелось.

Поэтому в ближайший же перерыв Николай намеренно оказался с ней рядом, и, похоже, беседа состоялась по взаимному желанию. К счастью, щетинистый Паскуаль где-то задерживался на съемках. Они присели среди нагромождения ящиков, попивая прохладительные напитки из пластиковых бутылочек.

Первым начал Матеус:

– Как тебе нынешняя сцена?

– Они тут все одинаковые: глупые, злобные и похабные.

– Видимо, автор сценария сам кровожадный маньяк.

– Точно! – оживилась Метакса. – Его Паскуаль лично знает, и рассказывал, что это знаменитейший писатель и сценарист всяких жутких и кровавых триллеров. Так что «Полдня до расплаты» как раз в его стиле.

– А он тоже осуждает сюжет фильма?

– Кто? – не поняла бывшая чемпионка. – Автор сценария?

– Да нет, – мотнул головой Николай. – Этот твой… друг, Паскуаль.

Женщина довольно улыбнулась правильно подобранной формулировке и призналась:

– Ты знаешь, похоже, что и вправду друг. С ним так спокойно и интересно. Слышал бы ты, какие потрясные истории он рассказывает! И про этого сценариста много знает. А про сюжет фильма говорит с полным омерзением.

– Видимо, он не дурак, – кивнул Матеус, но собеседница горячо перебила его:

– Да он просто уникальный, умнейший человек! Я дико удивляюсь, как он затесался со своим талантом в эту свору дешевых актеров.

– Ну почему же, здесь самые лучшие актеры республики Звездных Гаибсов, – вполне справедливо напомнил Матеус – Да и сам Паскуаль, говорят, играл великие и невероятно известные роли.

– Не знаю, – фыркнула Метакса, – что там играли остальные, но Паскуаль – действительно неординарная личность. Он, между прочим, и сам удивляется, как это его ангажировали. Догадывается, что просто не успели договориться с другими артистами его уровня. Или не смогли…

– А что он еще интересного рассказывал? – спросил Николай и, наткнувшись на укоризненный взгляд из-под густых бровей, добавил поспешно: – Не подумай, что выпытываю…

– А разве нет?

– Ну ладно… Может, тогда Гайс просил что-то передать для меня?

– Вы что, заключили союз?

– Да нет. Скорей дружно опасаемся и хотим прояснить ситуацию.

– Нет, пока ничего не передавал. Кстати, – Метакса нервно провела пятерной по своим коротко стриженным волосам, – ты ведь в последние дни все время был на работах у Мензари?

– Да… припахал он нас.

– А о моем «деле» ничего нового не слышно?

– Пока ничего, – пожал плечами Матеус – Но было бы странно быстро получить обнадеживающие результаты. Такого монстра, как этот Гарвард Никузи, не так легко сбросить с пьедестала. Даже при наличии компромата следователю придется ох как осторожно к нему подбираться. Сама ведь говорила, насколько тот опасен.

– Да уж. – Плечи огромной женщины содрогнулись в непроизвольном ознобе. – Невероятно опасен и мстителен… Ну раз не выходят на связь, значит, копают со всем тщанием. Лишь бы не сорвался…

– Да куда он денется! – возмутился Матеус – Имперская прокуратура все раскопает!

– Нуда! Ты о себе вспомни: много тебе твоя прокуратура помогла? А ведь считаешь себя невиновным!

Бывший лейтенант сразу сник и горестно вздохнул:

– К сожалению, бывают и перегибы…

– Ха! – воскликнула с возмущением Метакса. – Это не перегибы, когда таких верных служак казнят зазря. Скорей, это гнилая и коррумпированная система власти и судов. Ладно, не зыркай на меня так, все равно крыть нечем. Я тебе лучше вот что расскажу, на досуге припомнила. Видела я случайно у Никузи один счет оплаты текущих расходов по нескольким поместьям. И все они в центре Галактики. Уж я знаю этого волчару: обязательно соорудит себе запасное логово, да не одно. Так что если сбежит, то может там осесть под видом пенсионера. Он такой, перевертыш редкостный…

– И адреса помнишь?

– Один так и не вспомнила, – скривилась от досады Метакса. – Я ведь в разведке не училась и в шпионы не гожусь, но три других адреса словно перед глазами стоят. Слушай внимательно.

Второй раз ей повторять не пришлось, Матеус утвердительно кивнул после одного перечисления. В душе он был уверен, что эти данные не пригодятся: каким бы ни был Гарвард Никузи ловкачом и перестраховщиком, от жестких щупалец имперской прокуратуры ему не уйти. А с теми интересными данными, что следователи получили через крабер Мензари, – и подавно.