— Да, — судя по восхищенному вздоху, эльфийка осталась довольна.
— А это Максу, — разохотившись, Елена снова начала перебирать шарфики и достала еще один, по странному капризу красильщиков как две капли воды походивший и по цвету и по орнаменту на амебообразную футболку Макса, которую тот надевал накануне. Вселенные получили еще одно доказательство тому, что даже самые идиотские идеи могут свободно перемещаться из мира в мир, выбирая подходящую для проникновения голову.
Для порядка поторговавшись, процесс доставил немалое удовольствие Рэнду, Лукасу и самому продавцу, темпераментно утверждавшему, что сеоры разоряют его несчастных детей, которых, судя по молодости парня еще не было и в проекте, компания расплатилась за шарфики. Видя, что более покупки сеоров не интересуют, торгаши переключились на поиск других жертв.
Пока мужчины развлекались, внимание Эльки привлек голос, выбивавшийся из общей волны уличного гама своей жалостливой, какой-то беспомощно-потерянной интонацией:
— Где же они? Куда они делись? Вы не видели? Если я не смогу их найти, барон так рассердится! Где они?
— Что, интересно, он потерял? — задалась вопросом девушка, выделив из толпы обладателя голоса — долговязого юношу в темных брюках, светлой рубахе с небрежно зашнурованным воротом и изящных очках — типичного умника-интеллигента по виду. Очкарик метался от одного прохожего к другому, только что за грудки не хватал, и приставал с одними и теми же странными вопросами. От него отмахивались и смеялись. Судя по безумным глазам и странному поведению, парень явно тронулся умом.
— Опять, — только вздохнул Зидоро, качнув головой. — Бедняга Рохин. Он личный библиотекарь барона Касиса Дигоре Тормальского. Похоже, юноша слегка не в себе, после того, как библиотеку барона постигла та же участь, что и прочие собрания страны. После королевской она была, пожалуй, лучшей в Ильтирии частной коллекцией. Касис Дигоре гневлив чрезмерно и, боюсь, на голову Рохина Ледаса обрушилось немало сочных проклятий, когда барон узнал о случившемся. Мне говорили, что юношу уже заставали в последнее время в подобном состоянии. Его сестра и мать очень встревожены, но к целителям душ пока обращаться не хотят, в надежде, что молодой здоровый организм возьмет свое и все образуется.
— Н-да. К ним обратись разок — клеймо на всю жизнь получишь, — согласилась Элька с опасностями лечения нервных болезней.
— Прекрасно! Первый свидетель преступления! — оживился, только что ладошки не потер, Лукас и предложил: — Так давайте, не тратя времени даром, побеседуем с сеором Рохином.
— Если сможем, а то, судя по виду парня, у него основательно, как говорит Элька, крыша поехала, — со вкусом процитировал Рэнд понравившееся высказывание. Приподнявшись так, что оказался в подозрительной близости к ушам Зидоро, Фин снова, на сей раз куда громче, чем пареньку-добытчику косточек, заливисто свистнул, правда кидать ничего не стал зато крикнул: — Эй, Рохин! Дуй сюда!
Высший Жрец, видать, имел нервы и барабанные перепонки покрепче Рэндовых, поэтому лишь едва заметно дрогнул. А сеор Ледас на свое имя отреагировал мгновенно, повернув голову в сторону позвавшего. В каких бы заоблачных далях ни витал рассудок библиотекаря, видно, какие-то крупицы здравого смысла и память о собственной личности у Рохина еще сохранились. Протолкавшись к коляске, юноша устремил взгляд, полный надежды на спутников Зидоро и пылко спросил: — Вы их видели? Вы знаете, куда они исчезли?
— Чувствуется, веселенькая у нас выйдет беседа, — скривился Рэнд, убедившись, что "крыша" сеора уже не только поехала, но и успела отбыть в далекие дали.
— Пожалуй, не лишним было бы перед разговором привести юношу в чувство, — нахмурился Лукас, припоминая наиболее подходящее заклинание.
— Возьмите масло астеи, проясняющее разум, — вмешавшись в разговор, с деловитой уверенностью опытного целителя предложила Мирей, слышимая только четверке. — Смажьте виски и губы юноши. Если дело в том, что его рассудок немного помутился от переживаний, масло должно помочь.
В ладонь Эльки осторожно опустился небольшой хрустальный фиал с нежно-голубой густой, как средство для мытья посуды, жидкостью.
— Проверим! — с энтузиазмом маньяка-естествоиспытателя заявила Элька и умильно попросила Гала: — Подержи-ка жертву, чтоб не дернулся ненароком и очки не разбил. А то, небось, о пользе закапывания масла астеи в глаза информации у медиков не имеется.
— Не имеется, — с тихим смешком охотно подтвердила Мири и все-таки прибавила. — Но лучше не капать.
Гал подхватил все еще ждавшего ответа на свой вопрос Рохина под мышки, играючи втащил в коляску, поставил опешившего юношу на дно повозки, но из рук не выпустил. Встряхнув, Элька шустро раскупорила фиал и мазанула изящной влажной пробочкой-бутоном по вискам и губам подопытного безумного кролика. В воздухе заструился аромат звонкой свежести с морозными нотами и привкусом арбуза. Елене мысленно облизнулась и тут же пообещала себе поклянчить у Мирей это средство дабы использовать в качестве парфюма. А пока закупорив и упрятав флакон на всякий случай в сумочку, кто знает, сколько еще умалишенных на дороге попадется, девушка всмотрелась в лицо Рохина, цепко удерживаемого воином в неподвижном состоянии.
— Все! — решив, что дело сделано, дала отбой режиму усиленного сдерживания Элька и присела.
Гал тут же небрежно разжал руки. Сеор Ледас часто-часто заморгал, тряхнул головой, глубоко вздохнул, качнулся и почти повалился на сидение кареты, только чудом не оказавшись на коленях у Эльки. В последний момент девушка успела шарахнуться в сторону, придвинувшись почти вплотную к жрецу, и тихонько захихикала, представив, как мило выглядела бы с таким великовозрастным дитятей на ручках. Спустя несколько секунд после помазания взгляд юноши прояснился. Потирая виски, он в легком замешательстве моргал, не в силах сообразить, как и где он очутился.
— Эй, парень, как твоя крыша? — весело уточнил Рэнд.
— Моя крыша? — недоуменно переспросил Рохин, интеллигентно поправляя указательным пальцем очки на переносице. — Что вам за дело до протечек в кровле моего поместья, сеор? Вы мастер-кровельщик?
— Нет, — хихикнул Фин, от души наслаждаясь комичной беседой, — я по другим делам большой мастер.
— Простите великодушно, — наконец, библиотекарь огляделся по сторонам, узнал жреца Зигиты и отчетливо понял, что в коляске со служителем церкви простые рабочие не разъезжают и растеряно признался: — Кажется, некоторое время я неважно себя чувствовал, и не припомню, имел ли честь быть представленным вашему обществу. Светлого дня, Высший Жрец Зидоро. Не могли бы вы оказать мне эту услугу?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
