сразившему. Казалось естественным для короля желать лично объявить благодарность.
При лучшем исходе он мог получить поместье. Однако, Момон не принял такое
предложение и не явился на встречу.
Его отношение было неправильным.
Дворяне, ценившие свою репутацию, нашли заносчивым такое поведение со стороны
безродного простолюдина перед Королем, чей статус стоял выше их собственного.
Пошли слухи, что Момон оскорбил Короля.
Это касалось и того, сколь неучтивым может оказаться простой приключенец.
Партия дворянства утверждала, что Момон допустил ошибку, не добив Ялдабаофа,
позволив тому бежать, но пока Момон оставался под покровительством Равена, они
держали рты на замке.
- Момон-сан находился под моим подчинением, поэтому задевая его, вы задеваете меня,-
сказано Равеном угрожающим тоном.
А лично Момон добавил:
- Я лишь принял заказ в роли авантюриста и завершил его. Нет повода королю лично
беспокоиться об этом, а говоря начистоту, каждый принявший в произошедшем участие
приключенец заслужил награду.
Это успокоило дворян, и шепот умолк.
Но пламя в целом еще не угасло. Некоторые подняли голоса критикуя Момона за дворян, которые потерпели обиду.
Эвилайн обращалась по этому поводу к Лакюс, являющейся дворянкой.
Без участия Момона, беспорядки в столице не имели способа разрешения, и сложно
представить объем понесенного ущерба при таком исходе. Однако, лишь члены Синей
Розы и Маркиз Равен прибыли попрощаться с Момоном, поскольку тот находился в
затруднительном положении.
За время инцидента, единственными, внесшими ощутимый вклад, были приключенцы,
Король, второй принц и Маркиз Равен. От сюда следует, что публичное мнение осуждало
дворян.
Конечно, дворяне не смели выступить против. Столица находилась под непосредственной
юрисдикцией короля, и в то время как считалось необходимым со стороны
землевладельцев отправить войска на поддержку, они были не в праве поступить так. В
реальности, следовало понимать, что пока у демонов существовала возможность атаковать
владения местных лордов, для них в приоритете оставалась защита своего имущества.
В свете последних событий, дворянская фракция, отдавшая предпочтение поддержанию
собственной обороны, назвала личную инициативу Короля ошибкой и самонадеянной
мерой. Тем временем, дворянская фракция утверждала, что Королю следовало прятаться в
безопасном месте, но никак не выходить на поле боя. Таким образом, борьба между двумя
партиями усугубилась.
А жители столицы, не входившие в число участников противостояния, были недовольны.
"Почему эти напыщенные дворяне заботятся лишь о собственной защите, забыв о нас?"
Таким образом, их уважение тем кто на самом деле сражался за них росло, а недовольство
и без того непопулярными дворянами накапливалось. Всё это превратилось в порочный
круг, и в конце концов, дворяне обвинили во всём приключенцев.
"Они просто нанятые бешеные псы, что сражаются пока не погибают" и всё такое.
И во всём этом Момон, самый высокочтимый из адмантовых приключенцев Королевства, стал мишенью. В результате, только очевидным было что никто из дворян не придёт
проводить его. Даже если кто-то и чувствовал к нему дружелюбие, они оказались бы в
неприятном положении из-за политической борьбы.
Единственной причиной по которой Рэйвен смог придти это то что он колыхался туда и
сюда между фракциями, как летучая мышь.
- Это письмо благодарности от Короля, второго принца и третьей принцессы. А это знак, освобождающий вас от всех налогов на территории Королевства. А также, гладий,
дарованный вам Королём. Пожалуйста, примите их.
Будучи дворянкой, Лакюс не смогла удержать вздох, и Эвилай отлично понимала почему.
Быть награждённым королевским гладием это то же самое что получить медаль как
рыцарь или снискать военные трофеи как дворянин. В условиях напряжённой
политической борьбы, этот подарок может вызвать много проблем если дворяне о нём
прознают. Но при этом, всё что она могла сказать это то что подарить гладий от Короля
было блестящим ходом.
И подумать только, я-то считала Короля жалким ничтожеством, которое ни за что не
решится раскачивать лодку. Моё мнение о нём серьёзно поднялось.
Момон невозмутимо принял гладий и передал его Набель, стоящей позади него.
- Нет, это подходящий похвальный подарок, но разве дворяне не будут возмущаться?
Тихо сказала Эвилай.
С точки зрения дворян, кто-либо с такой харизмой и силой ставший дворянином - это не
шутки. Особенно проблематичным будет если воин превосходящий по силе Газефа
Стронофа присоединится к королевской фракции. Поэтому, если король заявит что хочет
пожаловать Момону лордство, дворяне воспользуются подаренным гладием как причиной
для его критики. Хотя это и Король одарил его гладием, для подарка, пусть и в награду, это
слишком.
Дворяне это так не оставят.
Эвилай высказала свои размышления, но их опровергли стоящие рядом с ней.
- ... Ты слишком наивна, Эвилай.
- Наивно. На этот раз королевская фракция на шаг впереди.
- Почему?
-.. Потому что гладий это то чем награждают рыцарей и дворян.
- Так что в будущем, когда возникнет нужда продвинуть Момона-сан, они смогут
использовать гладий чтобы заткнуть дворян. Его бы никогда не подарили простолюдину, ты это знаешь, верно? Лордство для него уже заготовлено, или по крайней мере на это они
намекают.
- Ясно... подумать только, вы так всё продумали.
- Конечно.
-Не недооценивай убий... не недооценивай ниндзя.
- Тогда нам пора, Маркиз Рэйвен. Благодарю вас за всё.
- К вашим услугам. Надеюсь на продолжение нашего приятного сотрудничества в
будущем.
- Я тоже на это надеюсь. И Синие Розы, мои собратья адамантовые приключенцы, я
надеюсь мы останемся добрыми друзьями. Я буду рассчитывать на вас если что-то
случится.
- Не говорите так, Момон-сан. Увидев вашу, Момон-сан, силу, мы почти стыдимся
называться адамантовыми приключенцами подобными вам, но приложим все усилия
чтобы сравняться с вами. Надеемся на шанс работать с вами вместе.
Лакюс и Момон кивнули друг другу.
И тут, Эвилай почувствовала как взгляд Момона поворачивается к ней. Это была не
ошибка. Доказательством было то что Момон, похоже, хотел что-то сказать, потом
останавливался на полпути прежде чем начать снова и оборвать себя ещё раз.
Эвилай чувствовала как её неподвижное сердце колотится в груди.
Если Момон предложит ей стать его компаньоном, Эвилай определенно согласится. Это
будет предательством её товарищей, с которыми они съели не один пуд соли вместе, но как
бы там ни было, Эвилай хотела следовать велениям сердца.
Словно смущённый, Момон продолжал заговаривать и прерываться несколько раз, потом
наконец выдохнул и отвернулся. Алый плащ взметнулся при движении.
Глядя в его удаляющуюся спину, Гагаран поддразнила Эвилай.
- Тебя бросили.
- Нет, это не так. Он просто такой человек.
Момон взошёл на 「Парящую Доску」созданную магическим заклинателем Рэйвена и
медленно взлетел, но Эвилай не отводила от него взгляд ни на мгновение.
- Интересно, когда мы встретимся вновь?
- Хорошо бы на простом и лёгком задании, а не в заварухе вроде этой.
- Едва ли такое случиться.
- Именно.
Члены Синей розы согласились с этим.
Если адамантовые приключенцы встречаются ради работы, это определенно означает
большие проблемы.
- Но ведь обычная встреча не проблема, верно? Эвилай знает магию телепортации.
Отправиться в Э-Рантэл может быть не так уж плохо. Кстати, разве отправиться вместе с
ним не убило бы двух птиц одним камнем? Под его защитой ты могла бы не беспокоиться
об опасностях путешествия.
Эвилай в шоке молчала, глядя на Гагаран. Хоть она и носила маску, её комичное
выражение лица просвечивало из её поведения.
- Эй, ты не думала об этом? Отношения на расстоянии не кончаются хорошо... или вы двое
ещё не встречаетесь?
Гагаран посмотрела в небо, и взгляд Эвилай также поднялся к небесам. Вдали, виднелась
удаляющаяся фигура Момона.
- Увааааааа!
Вой отчаяния Эвилай напоминал злой плач, а Синие Розы смеялись вокруг неё.
♦ ♦ ♦
Нижний Месяц Огня (9-й Месяц), 10-й День, 18:45
Экстренная встреча Восьми Пальцев проходила необычно с самого начала. Во-первых, здесь собрались не все. И дело не в том, что отсутствовал Кокко-Долл - все знали, что он
был арестован. Проблема была в том, что не было Зеро.
