расскажут… трое из них уже в браках, и таких необычных, я бы даже сказал, невероятных, особенно если учесть, что они безродные сироты. Один муж центуриона и командира манипулы, двое других вообще получили в жены дев копья. Очень интересно… — Кирель поставил стаканчик на столик и, откинувшись, сложил руки на животе, приготовившись к долгим разговорам, — но давай все по порядку… итак, рассказывай про новое оружие Лекса…
Тиро положил на столик свой обожаемый кинжал, тот самый, который ему подарил рыжик, и, осторожно присев в кресло возле страшного и прекрасного Киреля, начал вдохновенный рассказ об арбалетах. Вскоре он так увлекся разговором, что забыл, что перед ним сидит соправитель империи, и с азартом размахивая руками, вещал, какой замечательный арбалет! Какой он ладный и сильный! Такой небольшой с виду, но такой мощный! И как скрипит тетива, и как свистит болт в полете! И с какой мощью он раскалывает деревянные щиты, и даже доспехи, покрытые латунными вставками, протыкает, как тонкий папирус! И, главное, что с ним даже юный новобранец стреляет с такой же силой, как и бывалый и мощный ветеран! А какой он приятный в руке! А какие замечательные короткие и толстенькие металлические стрелы, которые называются так странно и волшебно — болт!
Кирель с интересом слушал вдохновенную оду новому оружию Лекса, а сам прикидывал варианты их использования против живой силы противника при обороне монастырей. По всему выходило, что это было идеальное оружие для младших. При минимальном физическом усилии — максимальная отдача. А еще, не следует забывать о летающих ящерах колдунов. Простые стрелы или не долетали или не наносили существенного урона этим крылатым монстрам. А вот с арбалетами появилась возможность достать этих надменных гадов.
Потом Кирель взял со столика булатный кинжал и с интересом рассмотрел красивый клинок с замысловатым рисунком на лезвии. Он проверил баланс под свою руку, заточку, и остался очень довольным. Пожалуй, булат ему нравился больше, чем сталь. Он внимательно рассмотрел стальные клинки в хранилище арсенала. Они были очень необычны и цветом, и весом, и своими характеристиками, но вот булат ему лично импонировал больше. Была в нем какая-то изысканность, примерно, как в шахматах, не просто вещь, а наслаждение для изощрённого ума…
Кирель прекрасно знал, что Броззи прячется в доме Лекса под личиной раба. Буквально под самым носом Лейшана, который с азартом разыскивает его по всевозможным злачным местам столицы. Люди Киреля ведут с ним замысловатую игру, подкидывая время от времени якобы точные подсказки, где именно искать пропажу. И Лейшан порой попадает в весьма щекотливые ситуации, но при этом не бросает поисков. А еще, его соглядатаи и шпионы под личиной краснорясных монахов шныряют по городу и вынюхивают тайны, заодно втираясь в доверие к аристократам и простым людям. С тех пор, как плебс принял Лекса, он стал чтить Саламандру, делая ее из мелкого домашнего божка наподобие ларов едва ли не ровню Семизубому и Матери-Ящерице.
Краснорясные монахи с удовольствием принимали приглашения от знати и торговых гильдий, чтобы прийти в их жилища и освятить очаги и светильники, призывая тем самым милость саламандры в жилище. А после освящения хозяева подносили дары монахам и угощали за своим столом, и тогда монахи начинали проповедовать свою веру и восхвалять свою Саламандру. Не то, чтобы Кирель переживал по этому поводу… просто было неприятно это вынюхивание в пользу Лейшана.
Очень кстати придется постройка храма Саламандры среди новых кварталов. Тогда появятся «свои» краснорясные монахи, Кирель не сомневался, что он найдет там лояльных к империи людей, особенно после того, как Чаречаши вырезал едва ли не весь священный совет в своем городе. С постройкой нового храма Кирель получал возможность заручиться поддержкой и обзавестись шпионами в городе Чаречаши, что будет весьма кстати к тому времени, как туда уедет подросший Ламиль. Если Лекс вырастит ребенка под стать себе, то у империи появится возможность получить новый город под свой протекторат совершенно мирным путем, не пролив ни капли крови.
— Спасибо, Тиро, я уже понял, что Лекс сделал прекрасное оружие, и воинам оно очень понравилось, — Кирель милостиво остановил ветерана взмахом руки, похоже, тот мог говорить об оружии до самого заката, — так ты говоришь, воины сами будут изготавливать их?
— Да, — энергично махнул головой Тиро, — Тургул, когда появился утром в казарме, сразу получил распоряжение от Сканда для своей центурии. Им опять придется достать свои инструменты и отложить мечи. У него есть и плотники и кузнецы, задержка только за тетивой, но мастер пообещал, что сделает все в кратчайшие сроки, благо, что она там короткая и он может делать ее из заготовок на осадные луки. Так что уже к этому вечеру первые арбалеты окажутся в казарме.
— Да, Сканд прислал заявку на болванки бронзы и латуни, я тогда еще удивился, зачем воинам так много металла, а потом понял, в чем дело, и поспешил сюда за подробностями. Спасибо, ты развеял мои сомнения и объяснил совершенно гражданскому человеку все преимущества нового, как ты его там назвал?… арбалета… да, да, я постараюсь не забыть это название. Когда Шарп приедет с охоты, он мне потом сам все расскажет и покажет, а пока информации мне достаточно.
Кирель к этому моменту уже прикинул, кого из специалистов Тургула можно будет дернуть, чтобы заполучить образец арбалета для монастырских мастеров. А уж те сами разберутся, что к чему. Кирель не сомневался в своих людях, даже после того мора, что сотворили подлые колдуны, у него все равно осталось достаточно умных и работящих людей, по мастерству не уступающих гильдейским из столицы.
— А теперь пригласи ко мне моих бывших монахов, я их давно не видел и с удовольствием поболтаю с ними по старой дружбе.
Тиро понятливо поклонился и поспешил позвать четверку учеников Лекса. Не успел домоправитель скрыться за поворотом, как из-за другого угла выскочил Ламиль. За ним мчался песочный боевой ящер и щелкал пастью почти над его головой. Монахи вытащили оружие, готовые броситься на выручку младшему ребенку правящей четы, но Кирель остановил их. Ламиль не выглядел испуганным, он смеялся и что-то прижимал к животу, пряча от ящера. Кирель знал, что Лексу подарили детеныша, но считал, что тот будет в загоне, а не бегать свободно по двору.
— Папочка! — закричал ребенок и бросился к Кирелю, но к удивлению Первосвященника, ящер резво перехватил Ламиля за туничку и потянул обратно, — Аши! Отпусти! Это папочка! Он свой, он хороший!
Но только Аши не верил на слово и
