не осудит меня за мой акт мятежа. Все, что я делаю, это потому, что это мой долг. Я уже был обязан покойному королю своей жизнью, и теперь я не потеряю для меня использовать эти старые скрипучие кости отплатить ему – Лейдер вздохнул. – Однако я не смогу заплатить за свой грех даже своей жизнью –.
Это не твоя вина. – Глаза принцессы были холодны. – Кто-то за это заплатит. Брендель их не отпустит –.
В глубине души Лейдер знал, что Ее Высочество говорила о ее могущественном дяде, и не мог не вздохнуть снова. Он не ожидал, что болезнь герцога Сейфера заставит его зайти так далеко, чтобы провозгласить демонов в мир. Неудивительно, что Николас и Гэрлок сразу же, не раздумывая, обратились к принцессе.
У него не осталось ничего, кроме сожаления в сердце. Если бы он знал, что это произойдет раньше, он бы никогда не позволил Батальону Белого Льва стать его сообщником, но для этого было уже слишком поздно. Даже Святой Собор никогда не отпустит герцога Сейфера, не говоря уже об этом молодом человеке.
Кроме того, батальону – Белый лев – суждено было потерять былую славу.
По правде говоря, все это уже не имело значения. Важно было то, сможет ли Ауин существовать с этого момента и закончится ли битва, ради которой они рисковали своими жизнями, их победой.
Серебряный всплеск света вылетел из меча старика. Серебристый свет имел форму изогнутой луны. Он полетел вперед и пронесся прямо через строй Грубых Дьяволов. Дьяволы, летящие в небе, продолжали двигаться вперед, но их тела уже разделились. Куски их трупов рухнули на землю, неся с собой потоки крови и запекшейся крови.
Такое красивое Искусство Меча Белого Ворона, представляющее самое славное прошлое Ауина. Принцесса Гриффин в ошеломленном молчании смотрела, как ослепительный свет растворяется в дожде, но в конце концов этот свет был поглощен разбушевавшейся армией дьяволов.
Грубые Дьяволы уже снова поднимались в небо, но земля уже была покрыта высокими фигурами Адских Гончих. Почти все рыцари герцога Антония были уничтожены, а оставшиеся ведьмы не могли защитить себя. Лейдер и Киррлутц Паладины стояли немного ближе, готовые защитить последнее знамя на этом поле боя.
Когда Брендель оглянулся, он увидел, что флаг все еще стоит прямо вдалеке под дождем. Сине-белое боевое знамя — это был единственный символ, оставшийся на поле боя.
Молния разрезала потемневшее небо бухты Ампера Сила, окрасив все в белый цвет.
Брендель оглянулся с тяжелым сердцем. Он понял, что вся надежда теперь возлагалась на него. Если бы он смог быстро разрушить этот портал, у него был бы шанс спасти все.
Брендель не мог не стиснуть зубы. Они уже преодолели первую волну демонов. Оставалось меньше половины дистанции, а дьяволы на поле боя сильно поредели. Их прерывистое использование маскировочного плаща Буни заняло менее трети его продолжительности.
Казалось, победа близка.
Все невольно подсознательно ускорили темп.
Оставшуюся треть дистанции преодолели за один заход. Пройдя через вторую волну, можно было ясно увидеть оборонительную линию, образованную Дьяволами Длинных Рогов позади.
Николас обнажил свой длинный меч. Не дожидаясь команды Бренделя, он бросился к этим дьяволам наверху, как золотисто-красное пятно. Двенадцать Длиннорогих Дьяволов, очевидно, были ошеломлены внезапным появлением перед ними сильного врага. У двух ближайших демонов к строю Бренделя не было времени даже издать крик удивления, прежде чем они уже были захвачены морем огня Николаса.
Их ждал только один естественный исход.
Брендель поднял Маскировочный плащ Буни и продолжил свой путь, оставив девять секунд действия. В этот момент ему больше не нужно было экономить время, так как перед ним оставался последний отрезок дороги.
С Амандиной, стоящей позади него, Сиэлем, держащим бессознательную Сахарницу, и Дилфери, следовавшей за ним в конце, четверка никогда раньше не чувствовала себя такой нервной и беспокойной. Даже опыт Бренделя во время Волчьего Прилива был намного меньше настоящего; тогда он, по крайней мере, мог видеть периоды истории, но теперь будущее было скрыто в тумане.
Он должен сам прорваться сквозь туман, но он не был уверен, что на самом деле представляло собой суждение за туманом.
Тридцать метров.
Маскирующий плащ Буни наконец-то достиг своего предела времени. Однако в этот момент у портала было всего несколько жалких мелких сошек. Все они были Чернокнижниками-Дьяволами, и как только появились Сиэль и Брендель, они прикончили каждого Чернокнижника одного за другим.
Так быстро, как только могла, Амандина выбросила маскирующий плащ Буни, как будто это был не легендарный предмет, а кусок хлама. Затем. она сделала безумный рывок к последней Двери Пламени на поле боя.
Сиэль, Брендель, Дилфери, Николас и люди, застрявшие далеко посреди поля битвы — Гарлок, Лейдер и принцесса — все увидели эту сцену одновременно.
Только один последний толчок сделает свое дело! Наверное, это была единственная мысль, которая была у всех в голове.
Но, к сожалению, как только все, казалось, шло к лучшему финалу, внезапная ужасающая аура внезапно спустилась из ниоткуда и окутала всех на поле боя.
Гнетущая аура Владыки Дьявола!
Волосы Брендела сразу же встали дыбом. Угнетающее чувство, которое он испытывал, было просто как божество, внезапно спустившееся в это царство, но это было невозможно. Не говоря уже о том, что в Вонте не существовало бога, даже бог никогда не смог бы излучать такую жестокую и тираническую ауру.
Такая аура могла существовать только у одного существа во всем Вонте.
Дьявол.
Он поднял голову и увидел, как задрожало пространство у портала. Затем огромная золотисто-красная дверь света внезапно открылась рядом с Амандиной. Прежде чем кто-либо успел среагировать, в дверь протиснулся огромный трехголовый монстр, который, казалось, был набит красноватой толстой плотью.
Эта уникальная фигура могла заставить Бренделя думать только об одном имени — Месика, Король Хаоса.
В этот момент сердце Бренделя сжалось.
Осторожно! Амандина!! – — закричал он изо всех сил, на которые был способен.
Но было слишком поздно. Амандина даже не поняла, что пришла беда, и даже удивленно оглянулась, когда услышала, как Брендель зовет ее. Однако в следующий момент когти Короля демонов уже впились в ее тело.
С резким звуком кроваво-красные когти пронзили Амандину, как три меча. Все ее тело корчилось и выгибалось от боли.
Амандина широко открыла рот. Казалось, что еще в последний момент она была удивлена, но тут же изо рта и носа хлынула кровь. Дочь дворянки все же связалась с Бренделем.
Брен… Бре… Брендель… –
Ее рот несколько раз открывался и закрывался, но
