Березин повернулся к следователю: — Он тогда съездил в Душанбе, а когда вернулся, сказал: захватчики получили то же самое.
— В каком смысле? — уточнила следователь.
— В библейском: око за око. Булат освободил квартиру от новых хозяев так же, как они освободили жилплощадь от его родителей.
— Вы хотите сказать, Булатников зарезал их? — заинтересовалась Петелина.
— В подробности я не вдавался. Время было жестокое. Леха упомянул, что ездил разбираться вместе с Земсковым.
— Выходит, убить мог и Земсков?
Березин пожал плечами.
— Ладно, забудем про Душанбе, — решила Петелина. — Поговорим о жестоком времени у нас здесь. Виталий Викторович, в девяностые годы у вас были разборки с бандитами?
— Проблемами с безопасностью занимался Булатников. Я не вникал, — нехотя ответил бизнесмен.
— А Земсков ему помогал в этом?
— Алексей брал деньги по статье «Безопасность». Кого он привлекал, я не знаю. Отчетности я не требовал. Мне нужен был результат — безопасность бизнеса. Он обеспечивал.
— А сейчас, после взрыва на свадьбе, вы чувствуете себя в безопасности?
— Вся надежда на Следственный комитет. — Березин не скрывал иронию, снисходительно разглядывая безоружную женщину.
В холл из лифта вышла Лариса Окулова в деловом костюме. Увидела мужа со следователем и заинтересовалась:
— Вы нашли убийцу? Кто?
Первым откликнулся Березин:
— Лара, ты рано в офис. Для юрдиректора еще место не подготовили.
Окулова требовательно смотрела на следователя:
— Кто хотел убить моего мужа?
— Следствие продолжается, — заверила Петелина и показала Окуловой армейский снимок двух друзей: — Это Павел Земсков. Вы видели его когда-нибудь?
Лариса взяла фотокарточку, присмотрелась:
— Может видела, а может нет. Лицо самое обычное, непримечательное. Рядом с Булатниковым вертелись парни в афганской форме.
— Земсков хромает, — напомнила следователь.
— Покалеченные афганцы к Булату обращались в поисках работы, — припомнил Березин.
— Это было в прошлой жизни, — добавила Окулова, взяла мужа под руку и ласково посмотрела ему в глаза. — Теперь мы с Виталием.
— Булатников с вами связывался после свадьбы? — спросила Петелина.
— Нет, — ответила за двоих Лариса.
Петелина посмотрела на Березина:
— Я вот думаю, если ваш друг не причастен к гранате, то должен был объясниться с вами.
— Кто знает, что у Булата в голове.
— Согласитесь, странно, что он отключил телефон.
— Поймайте его и допросите! А то всё меня и Ларису допрашиваете. Сколько можно! — стал терять терпение Березин.
— Это не допрос, а беседа с потерпевшими.
— Беседа закончилась? Мне пора на стройку.
Березин направился к лифту. Он явно хромал, и Петелина окликнула его:
— Виталий Викторович, кто ваш врач травматолог?
— Зачем вам?
— Долго вас лечит, а результата не видно.
— Терпеть не могу врачей. А теперь и следователей.
Лифт поглотил Березина. Лариса извинилась за мужа:
— Вы простите его, пожалуйста. У нас тяжелый период в бизнесе.
Глава 39
На этот раз на рабочее совещание на стройке Березин вызвал финансового директора своей компании. Важная дама, привыкшая к кабинетной работе и переговорам с банками за чашечкой кофе, чувствовал себя неуютно в бетонных интерьерах будущей квартиры. Строительную каску она не смогла затянуть по размеру. Пластиковый шлем портил ей дорогую прическу и сползал на очки со стразами. Накрашенные губы дамы презрительно сжимались от матерных словечек прорабов. Зато Березин был доволен: пусть знает, где и как зарабатываются реальные деньги. Цифры в финансовых отчетах из воздуха не появляются.
— Мне надоели ваши оправдания. Всем за работу! — рявкнул Березин и собирался уходить.
Его окликнула финансовый директор. Кажется, это была ее первая фраза за время совещания:
— Виталий Викторович, что же нам делать с кредитной задолженностью?
— Квартиры продавайте! И без чудовищных скидок, — обратился ко всем глава компании.
Березин ушел, прихрамывая на правую ногу. Голову не отпускали тяжелые мысли. Он крупно вложился в проект элитного жилого комплекса, а дела идут плохо. Банк требует возврат кредита, отсрочек больше не дают, грозятся забрать торговую сеть «Бутылочка», которая у них в залоге. И поставщики поджимают, накопились долги за стройматериалы. В любой момент процесс может остановиться — а это крах. Самое обидное, что жилой комплекс практически завершен, а продажи квартир идут плохо.
Может и правда, название неудачное, как говорит Лариса. Состоятельные покупатели, привыкшие отдыхать в Европе, выбирают соседний «Венский квартал», а не его «Березино».
На Ларису, как главного юриста компании, сейчас вся надежда. Она поддерживает его на работе и дома, отбивается от судебных исков и обещает, что покупатели вот-вот придут. Ей хочется верить. Лариса сохранила оптимизм даже после ужасного взрыва на свадьбе.
Березин сел за руль «мерседеса», проехал по грязным лужам. При выезде со стройки, согласно городским требованиям, был оборудован пункт мойки колес. Березин притормозил, и рабочий в резиновых сапогах и длинном плаще обдал передние колеса струей воды высокого давления. В следующий момент струя с шумом ударила по лобовому стеклу.
Когда водяная пленка сползла, Березин увидел рядом с собой в салоне автомобиля мойщика.
— Привет, Береза, — нагло поздоровался рабочий.
Бизнесмен чуть не вспылил от ярости, но узнал в нежданном госте Алексея Булатникова. Тот поторопил:
— Поехали, чего застрял?
Березин невольно подчинился, а когда осмыслил ситуацию, спросил:
— А что с моим рабочим?
— Очухается, — успокоил Булатников и развернулся к приятелю. — Ты лучше скажи, что ты наболтал полиции? Какого черта они за мной гоняются?
— Идет расследование. Два человека погибли, а ты первым сбежал со свадьбы. — Березин пытался сохранять спокойствие. — Хотят допросить, ты же служил в Афгане, а тут боевая граната. Почему убежал?
— Инстинкт сработал. Граната, рядом Лара — я ее оттолкнул. Взрыв — я в укрытие.
— За Ларису спасибо. А Ольга, моя бывшая, погибла.
— Психованные на войне погибают первыми, — без сожаления констатировал афганец.
— Тут не война, Булат.
— Ты просто врагов не видишь, а они рядом.
— Рядом, — эхом повторил Березин.
Они проехали некоторое время молча. «Мерседес» остановился на светофоре. Березин повернулся к старому другу, сузил глаза и спросил:
— Булат, скажи по чесноку, гранату подсунул ты?
— Граната моя, — признался Булатников. — Но я не знал, что он так поступит.
— Кто?!
— Пашка.
— Земсков? С кем ты в Афгане служил?
— Пашка всегда на войне. Режет душманов.
— Я не душман!
— Тебя и не зарезал, — простодушно согласился Булатников.
— Граната, по-твоему, лучше? Он хотел меня грохнуть! За что?
Сзади посигналили. Березин резко проехал вперед, нашел свободное место на обочине, припарковался и продолжил допрос:
— Кто его нанял? Кто меня заказал?
— Пашка сам по себе.
— Не трынди! Ему заплатили. Кто? Владелец «Венского квартала»?
— Я в твои дела не лезу. Без бабла жить спокойнее, — отмахнулся Булатников.
— Живи как хочешь, Булат. Только мне не мешай. Где сейчас твой Паша?
— Он появляется ниоткуда.
— Такой
