будто трещины, поползли по серой поверхности ярко-синие морозные узоры. Вспыхнул золотом сам барельеф. Оплавились стены, потолок исчез, как тонкая пластинка льда, и в чёрное небо ударил столб искристого света, отбросив не успевшую среагировать Тофу.
Аня упала на колени, закрыв лицо от слепящего света.
– Что случилось?! – раздался позади крик Нарсу. Неужели белькара не слышала разговора с Твилингарами?
– Тофа! – словно преодолевая сопротивление сильного ветра, к сестре кинулся Фир.
Внезапно всё погасло. Лишь слабо светились голубым инеевые узоры на опустевшем камне да постепенно привыкающее к темноте зрение различало мигающие в чёрном небе звёзды.
– Что это было? – настойчиво повторила свой вопрос Нарсу.
Аня оглянулась. Белькара, застыв в позе бегуна у старта, округлившимися глазами уставилась на камень.
– Мы только что поменяли Сердце мира, – бесстрастно ответила девочка.
– На что? – белькара теперь смотрела на неё.
– Если Твилингары не соврали – на Вит, – с тяжёлым сердцем призналась Аня. Из её рта вырвалось облачко пара.
– Что-о?!
– Не ругай Аню… – тихо выдохнула Тофа, голова которой теперь лежала на коленях у брата. – Это моя вина. Мне приказали… мама сказала…
– Мама? – Фир с тревогой потрогал её лоб. Затем, слегка отвернувшись, выдохнул: – Это были твои призраки, сестрёнка.
– Нет! Я говорила с ней, держала её за руку… А почему здесь так холодно? – Тофа зябко поёжилась, и Фир стал растирать ей руки.
С неба, медленно кружась, полетели крупные пушистые снежинки.
– Мир меняется… – хрипло произнесла Нарсу. – Похоже, мы полные идиоты.
– Ну… мы же не знали, что Твилингары окажутся такими… – попыталась её успокоить Аня.
– Они не плохие! – дрожащим от озноба голосом возразила Тофа. – Они просто очень устали. Мама говорила мне… Твилингары хотели уйти, но они могли это сделать только так – уговорив или заставив кого-то поменяться с ними.
Над бывшей пещерой разыгралась настоящая метель. Ветер со свистом гнал снежинки куда-то на восток, но под защитой устоявших скальных стен всё ещё сохранялось относительное затишье.
Нарсу криво ухмыльнулась:
– И что теперь? Где Вит? И главное – значит ли это, что Фор спасён?
– Боюсь, что Вит теперь везде, – покачал головой Фир. – И мы не знаем, обязано ли Сердце мира физически быть именно здесь. Зато её Сила меняет нити магии, я это чувствую.
Внезапно ветер ударил тугой волной и, разметав рой снежинок, ударил в лицо холодным потоком. Аня даже зажмурилась, а когда открыла глаза – на край пещеры, взмахивая огромными белыми крыльями, опускался дракон. Льдистые когти вцепились в оплавленные скальные края, раскрошив их. Рептилия, по-птичьи склонив голову набок, оглядела маленьких существ внизу. Умные глаза цвета сапфира, казалось, изучали каждого.
– Это Халлстейн? – ошеломлённо произнесла белькара.
Ей никто не ответил, но Аня подумала, что даже если в мире Твилингаров и живут другие драконы, ближайшим из них всё равно был Халлстейн.
Тем временем дракон определился со своими намерениями и, словно ртуть, буквально стёк внутрь по стене пещеры. Причём по мере спуска размеры его уменьшались, и в конце концов на уже припорошенном снегом полу пещеры появился мужчина средних лет, в таком же белом одеянии, как у Ани. Его седые волосы над высоким лбом были забраны в небольшую косицу, борода аккуратно подстрижена. Странно: Аня никогда не представляла драконов модниками, даже если они умели превращаться в людей.
Вытянутое гладкое лицо Халлстейна походило на маску. Сапфировые глаза слабо светились.
– Почему её здесь нет? Вы слуги моей дочери?
– Да я лучше сдохну, чем буду служить Вит! – рявкнула Нарсу.
Халлстейн равнодушно взглянул на неё:
– Теперь вижу, что вы ей не слуги – она ненавидит белькар. И ты права: она скорее убьёт тебя, чем заставит служить.
Откуда такие познания у того, кто всю жизнь лишь сражался со своей дочерью?
– Тогда это либо попытка уничтожить её… – Халлстейн оглядел присутствующих пытливым взглядом.
Аня на всякий случай помотала головой.
– …либо глупость, – закончил дракон. – Впрочем, попытка её уничтожить тоже была глупостью. Вы дали ей всю Силу этого мира.
– Мы не хотели… – жалобно произнесла Тофа.
Фир, не сводящий глаз с Халлстейна, ободряюще сжал её плечо.
– А разве это важно? – вскинул бровь дракон. – Важно лишь то, что вы сделали.
– Всё, что здесь происходит, – из-за вас! – не выдержала Аня. – Вит ненавидит вас. Поэтому она украла моего друга и меня. Поэтому мы оказались здесь. И поэтому получилось так, что мы поменяли Сердце мира!
– Разве предок виноват, если потомок, сжигая его портрет, подпалит весь дом?
На сей раз Аня не нашла что сказать. Зато нашёлся Фир.
– Очень удобно, – он скривился, – бросив своё дитя, считать себя невиновным.
– Бросив? – неподдельно удивился дракон. – А впрочем, не важно. Нет времени на пустую болтовню. То, что вы сделали, можно обратить.
– Как?! – Тофа даже привстала на локтях.
– Вы убьёте её.
Аня захлебнулась морозным воздухом.
– Что-о?! – одновременно выдохнули Нарсу и Фир.
– Ты в своём уме?! – удивилась белькара. – Как мы убьём средоточие Силы всего мира?!
– И что тогда будет с Сердцем? – почти перебила её Тофа.
– Сердце о себе позаботится. Ему не впервой. А убить её можно во-он тем кинжалом, который торчит из камня. – Халлстейн указал на чудом уцелевшее в магическом пламени оружие. – Я отвлеку Вит – а вам останется только подобраться поближе и ударить им её.
Аня вдруг вспомнила давнишний весенний день. Пахло распаренной землёй, зеленью и немного бензином. Папа во время прогулки нёс её на плечах. Его колючий подбородок приятно щекотал ладони, а на горячей шее пульсировала жилка. В груди всё сжалось, и, задыхаясь от ещё не выступивших слёз, девочка спросила:
– Почему вы… хотите убить свою дочь?
– Потому что она разрушает наш мир, – свысока поглядел на неё Халлстейн. – Разве это не очевидно?
Аня с трудом сглотнула:
– Н-нет…
– А ведь она права, – сощурился Фир. – Что с того, что мир немного изменится? Так бывает всегда. А вот тебя Вит наверняка уничтожит.
Что-то во взгляде Халлстейна, брошенном на юного форсита, напомнило девочке саму нойту.
– Когда я летел на остров, море замерзало. Ещё немного похолодает – и вы превратитесь в ледяные статуи. Ах да, я забыл сказать – нападение на Фор началось. Войска Вит ещё тянутся по лесной дороге, но авангард уже начал штурм. Думаю, одни студёные уничтожат полгорода. После стольких лет воздержания Вит привела их к пиршественному столу. Думаете, её отсутствие остановит их? А вот уничтожение хозяйки Нордлига – и как следствие потепление – заставит их спрятаться в северных норах.
Нарсу посмотрела на Фира и поймала его взгляд.
– Хорошо, – кивнул тот и повернулся к отцу Вит. – Но если ты лжёшь…
