Читаем без скачивания Черта прикрытия - Иэн Бэнкс

Там, где у настоящих кораблей располагался мостик, у этих минисудов были прорезаны щели, совсем как в забрале древнего шлема эпохи, когда врагов рубили мечами, пронзали копьями и осыпали стрелами. Выглядывая через них, человек внутри корабля мог оценивать окружающую обстановку. Нацеливая орудия, единственный член экипажа был вправе полагаться лишь на глазомер, догадки и опыт. Он перемещал турели и выдвигал пушки миниатюрного военного корабля, используя сложный набор рычагов и колес, занимавший почти все пространство его тесного командного отсека. Каждый корабль был снабжен также набором торпед и системой световой сигнализации — аналогом семафоров и прожекторов настоящего военного судна. С его помощью миниатюрные суда вели переговоры, обменивались информацией и заключали временные тактические союзы.

На мачтах появились вымпелы, указывая зрителям, кто командует кораблями. Вепперс хвастался, что его пилоты куда искуснее простых жокеев. С тех пор, как ему впервые пришло в голову организовать подобные соревнования, Вепперс неоднократно пилотировал такие корабли сам. Иногда он устраивал потешные битвы для себя и своих столь же богатых и азартных приятелей, в которых принимали участие только любители. Впрочем, он отдавал себе отчет в том, что для этого нужны большие навыки, чем он успел бы развить в донельзя ограниченное свободное время.

Любительские версии военных миникораблей оснащались двигателями, что несколько облегчало жизнь пилотам, но до сих пор даже обучение простым маневрам, позволявшим участнику ускользнуть от коварного водоворота, избежать крушения на берегу канала и пройти мимо мели, оставалось дьявольски сложной задачей, не говоря уж о том, чтобы прицельно наводить пушки. А у тех кораблей, за которыми они наблюдали сейчас, и броня была прочнее, и орудия били дальше, чем у любительских.

Два корабля прошли в виду друг друга, каждый на своем конце длинного канала, соединявшего бассейны. Они были еще почти на стартовых позициях. Выйдя из зоны обоюдной видимости, корабли выдвинули и изготовили к выстрелам пушки, целясь в те точки, где, как полагал каждый из командиров, вскорости окажется противник; при этом они больше надеялись на удачу, чем полагались на строгий расчет. Пушки выстрелили. Выпущенные каждым кораблем снаряды бесполезно плюхнулись в каналы, приземлились на низеньких травянистых островных холмиках или упали в густых тростниковых зарослях, и ни один залп даже близко не достиг намеченной цели.

— Пустая трата боезапаса, — пробурчал Вепперс, наблюдавший этот обмен выстрелами в бинокль.

— А что, снаряды так дороги? — поинтересовалась Джессере.

— Нет-нет, — усмехнулся Вепперс, — я просто имел в виду, что пополнять боезапас им не разрешается.

— Они сами заряжают пушки? — спросил Фулью.

— Это делает автоматическая система, — ответил Вепперс.

Вообще-то орудия, установленные на кораблях, больше походили на гранатометы, чем на пушки. Если бы и боевой эквивалент снарядов тоже скопировали с положенным уменьшением масштаба, им бы и вовсе нечем было стрелять. Маленькие снаряды, которыми заряжались орудия, шипели и дымили, пролетая над водными путями, и выглядели не очень убедительно. Однако они способны были, разорвавшись, серьезно повредить судно условного противника: продырявить броню и воспламенить отсек управления, поразить корабль ниже ватерлинии и потопить его, вывести из строя орудийные турели и руль. Все зависело от точности попадания. Несколько пилотов уже погибли в таких потешных битвах — одни от случайных удачных выстрелов через смотровые щели, другие — захлебнулись, когда их подбитый ниже ватерлинии корабль переворачивался и шел ко дну, а люки открыть оказывалось невозможно, третьи — задохнулись в дыму или заживо сгорели, заблокированные в отсеках. Обычно, когда корабль тонул, пожар на борту прекращался, и пилот мог выжить: глубина каналов, прудов и самого крупного озера не превосходила полуметра, так что, даже когда корабль уже сидел на дне, а командный отсек захлестывало, пилот мог высунуться из него и поднять голову над водой. Иногда, впрочем, клапаны заклинивало или пилоты теряли сознание, поэтому без несчастных случаев не обходилось. Спасательные команды и водолазы всегда были наготове, но и они могли не всё. Дважды корабли взлетали на воздух от единовременной детонации всех снарядов. Зрелище это гости нашли грозным и впечатляющим, хотя так получилось, что в одном случае обломки разрушенного судна упали достаточно далеко от места катастрофы, чтобы зрители перепугались.

Все пилоты числились у Вепперса в штате, у них были и другие, повседневные, обязанности в поместье. Им хорошо платили, особенно за победы. А риск получить серьезную травму и даже погибнуть, с которым приходилось считаться участникам, лишь раззадоривал болельщиков.

Сегодня в расписании стояла командная игра, в ней участвовало по два корабля с каждой стороны. Победительницей объявлялась команда, чьи суда сумели потопить четыре корабля противников. Прежде всего шестерка кораблей должна была определить позиции друг друга. Каждый корабль выходил из собственного плавучего ангара, дюжина которых окружала водное ристалище по периметру. Точки, в которых располагались ангары, случайным образом выбирали из нескольких дюжин возможных.

Глядя, как выходит корабль против корабля, флотилия против флотилии, как заряжаются и стреляют орудия, как поднимаются в воздух клубы дыма, а обломки обшивки отлетают от бортов кораблей, как вздымается вверх фонтан брызг после торпедного залпа, Вепперс признавался себе, что наслаждается не столько сражением, сколько собственной ролью. Он восседал, как бог, обозревая всю арену битвы и замечая недоступное взглядам пилотов.

Тем, кто сидел внутри миниатюрных военных кораблей, было тяжело что-то увидеть поверх берегов канала и вершин островков. Но с акведуков открывался превосходный обзор почти любой точки игрового поля. Было так восхитительно наблюдать, как корабли движутся по одному и тому же бассейну, но в разных направлениях, или смотреть, как поврежденное судно, командир которого только и мечтал дотянуть до безопасной гавани, внезапно попадает в расставленную другими кораблями засаду.

— Тебе бы стоило заставить пушки дымить, Вепперс, — обратился к нему Фулью. Они смотрели, как корабли продвигаются вниз по каналам, уходя со стартовых позиций. Суда шли на разных скоростях. Некоторые пилоты предпочитали вырваться вперед и первыми достичь тактически выгодного бассейна или перемычки между водными пространствами, а другие экономили силы и старались перемещаться незаметно для противников. Если позволяла география местности, пилот, который сам не поднимал большой волны, мог узнать многое о передвижении других кораблей, наблюдая за рисунком волн в боковых каналах, где они предположительно проходили. — Тебе не кажется, что это сделало бы сражение более реалистичным, а?

— Дым, — протянул Вепперс, поднося к глазам бинокль, — да, мы это проходили. Иногда я позволяю пушкам дымить, а пилотам — обзавестись дымовыми заслонками.

Он опустил бинокль и улыбнулся Фулью, зная, что этот человек наблюдает потешную битву впервые.

— Трудность в том, что при дымящихся пушках нам отсюда плохо видно.

Фулью поспешно закивал.

— Да-да, я не подумал об этом. Конечно.

— А разве не было бы чудесно, если бы островки соединялись красивыми маленькими мостиками? — поинтересовалась Ауэр.

Вепперс посмотрел на женщину.

— Красивыми маленькими мостиками?..

— Перекинутыми между островков, — повторила она. — Маленькие такие мостики, арочные. Ну, ты же знаешь. Так было бы симпатичнее.

— И не так реалистично, — отпарировал Вепперс, но усмешка его была нерешительной. — Да и потом, корабли бы на них натыкались, а снаряды от них рикошетировали бы. Есть особые пути с острова на остров, которыми может пользоваться кто-нибудь из обслуживающего персонала. Они на том же уровне, но в заболоченных местах.

— А, понятно. Да я просто подумала, ничего особенного.

Вепперс продолжал наблюдать за двумя своими судами. Они стартовали из точек, достаточно удаленных одна от другой, чтобы перемещения их выглядели несогласованными. Но двум пилотам втихую подсказывали, где находятся стартовые позиции остальных участников, что дало им заметное преимущество перед остальными командами. Вымпелы их были серебряным и синим: фамильные цвета Вепперса.

Одному из кораблей в скором времени предстояла стычка с кораблем Красной команды. Судно, управляемое пилотом Вепперса, шло вниз по каналу, его форштевень был нацелен точно в то место, где должен был появиться — и получить залп из турелей А и Б — другой корабль, шедший перекрестным курсом. Вепперс всегда предпочитал корабли с двумя турелями, нацеленными вперед, и одной, смотревшей назад, потому что так казалось, что суда все время изготовлены к атаке и бесстрашно рыщут в поисках приключений. В широкой надводной части корпуса такие суда имели девять слоев брони вместо восьми.