Очень медленно, на взгляд Вайда, но темное пятно приближалось. Теперь можно было разглядеть, что это крепость, неизвестно кем и с какой целью выстроенная на безлюдной равнине. Она была небольшой, и вряд ли за ее стенами мог уместиться целый город или хотя бы селение. Скорее всего, это был пограничный форпост какой-нибудь страны. Каждое мгновение Вайд ожидал, что ворота укрепления распахнутся, и навстречу путникам выедет отряд, чтобы поинтересоваться, что за вооруженные чужаки бродят тут. Он заметил, что Конан проверил, хорошо ли выходит из ножен его меч, и то же самое сделали гвардейцы и Чепозус, а Эсканоба передвинул поближе висящий на спине арбалет. Отряд медленно приближался, а крепость была по-прежнему равнодушна и невозмутима, словно до людей ей не было никакого дела.
Подойдя совсем близко, Вайд разгадал причину странного молчания каменного сооружения. Открытые настежь ворота и отсутствие следов на белом песке ясно говорили – постройка заброшена ее обитателями, и произошло это достаточно давно. Ни единого звука не раздавалось со двора, но Конан с инстинктивной осторожностью остановил свой отряд неподалеку от крепостной стены, не позволив никому войти внутрь.
Вайду крепость не нравилась – это он мог сказать точно. Сложенные из простого серого камня стены с узкими бойницами, деревянные потрескавшиеся ворота, краска с которых давно облезла – казалось, все было обычным, но молодой кордавец нутром чувствовал беспокойство и нежелание входить туда. Прижав уши, Тао взглянул на своего друга – и Вайд увидел в янтарных глазах маленького демона те же чувства.
– Думаю, не стоит соваться туда всем сразу, – сказал Конан, оглядывая странное укрепление. – Не знаю почему, но все это не внушает мне доверия… Пойдем-ка, Крысенок, посмотрим, что там к чему, – и, кивнув Вайду, киммериец первым вошел в ворота.
Внутри царило давнее запустение. Видимо, жители покинули крепость много лет назад, и об их былом присутствии здесь уже ничего не напоминало. Пространство внутри стен, когда-то вымощенное каменными плитами, теперь было занесено всепроникающим белым песком. Посреди двора высилось засохшее дерево, Вайд потрогал его ствол и поразился – на ощупь он был как каменный. Рядом с деревом лежал большой черный камень, покрытый почти стершейся резьбой. В камне была аккуратно пробита дыра, от которой отходил желоб, тянущийся через весь двор. Вайд догадался, что здесь был родник, откуда брали воду защитники крепости. Сейчас из камня по водостоку стекала лишь тонкая и мутная струйка жидкости, пахнущая плесенью. Поблизости Вайд заметил множество мелких следов – оказывается, крепость все же была обитаема, хотя ее новые жители вряд ли превосходили размером крысу.
– Здесь действительно никого нет, – с облегчением проговорил Конан и расправил плечи. – Обычная заброшенная крепость. Давай взглянем, что там внутри – и можно звать остальных.
Толстая каменная дверь, закрывающая вход в само здание крепости, была намертво заклинена. Как ни старался могучий король – пролезть в оставленную щель он не смог. Пыхтя и отдуваясь, Конан выразительно развел руками и отошел от двери, давая возможность Вайду проникнуть внутрь. Вайд, чья худоба еще в детстве служила поводом для сочинения многих и не всегда приличных прозвищ, на которые щедры кордавские уличные мальчишки, протиснулся между стеной и дверью, сорвав при этом с куртки одну из нашитых на ней металлических блях и оцарапав руку.
Он оказался в большом полутемном зале, куда свет проникал лишь через небольшие округлые окошки, расположенные высоко вверху. Но даже здесь пол был покрыт ровным слоем песка, нанесенного снаружи. Сам зал показался Вайду каким-то странным, и лишь спустя некоторое время он смог понять, почему: все контуры помещения были смазаны, словно неизвестные архитекторы испытывали жгучую неприязнь к прямым линиям и острым углам. Пол неведомым образом плавно переходил в стены, те, в свою очередь – в высокий потолок, едва различимый во мраке. Вайду показалось, что потолок покрыт росписью, но разглядеть ее в темноте он не мог. На полу, почти целиком занесенные песком, валялись остатки деревянной утвари, изгрызенные новыми обитателями крепости до неузнаваемости. Вайд потыкал в них носком сапога и отказался от мысли разгадать былое предназначение этих обломков.
В дальнем конце зала виднелись несколько проходов, явно ведущих во внутренние помещения. Вайд двинулся туда, рассчитывая увидеть лестницу – и замер в недоумении. Один из проходов открывал вход в темный туннель, уходящий куда-то вглубь – Вайд сразу понял, что там ему делать нечего. Другие проходы вели на верхние этажи – но никаких лестниц там и в помине не было. Каждый проход кончался круглым колодцем, стенки которого вздымались вертикально вверх, а посреди колодцев торчали шесты, сделанные из гладко отполированного черного камня. Догадаться об их предназначении было несложно – таинственные защитники крепости поднимались по ним наверх, точно виденные Вайдом в джунглях обезьяны по лианам. Но зачем устраивать своим солдатам подобные сложности – это молодому человеку было невдомек.
Вайд ухватился за шест руками и, призвав на помощь весь свой морской опыт, полез на второй этаж. Он сам не знал, зачем затрачивает столько усилий, осматривая пустую крепость – но любопытство и шевелящиеся в глубине души опасения толкали его вперед. Выбравшись из колодца, Вайд с трудом перевел дух и с отвращением посмотрел на свои дрожащие от напряжения руки. Впрочем, недоедание последних недель отнюдь не способствовало наращиванию мускулов.
Неширокий коридор, больше смахивающий на крысиный тоннель, вел куда-то вдаль, видимо, опоясывая всю крепость. С одной стороны в нем были прорублены бойницы, с другой находились небольшие кельи, служившие, похоже, жилыми помещениями. Вайд заглянул в одну из них и с изумлением обнаружил, что стены и потолок в ней расписаны. Хотя краски потускнели и во многих местах стерлись, можно было оценить мастерство неведомого художника.
– Так кто тут жил – простые солдаты или ценители искусства? – спросил сам у себя Вайд и сам себе ответил, пожав плечами.
Он долго разглядывал роспись так и этак, пытаясь хоть по ней определить, в какую местность они попали. Но какие-то мифические животные и орнаменты из цветов и извивающихся змей ни о чем ему не говорили. В соседней келье Вайду попалось на глаза изображение людей – по-видимому, местных жителей, но оно было настолько в плохом состоянии, что молодой человек лишь определил, что жители этой страны смуглы и черноволосы. Но то же самое можно было сказать едва ли не о половине народностей, населяющих омываемый Западным океаном континент.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
