слюной. Она и не осознавала, насколько сильно была голодна.
Максим тихо рассмеялся, уселся напротив девушки, передал ей столовые приборы.
− Я тебя услышал. Значит, готовить буду я.
− Мг, − Тарасова сейчас была согласна со всем, что ей говорили. Этот секрет знали только Влад и Рита. Если хотите получить одобрение на что-либо − дайте ей вкусно поесть. Не зря Панкратова заводит разговоры о делах студсовета именно во время еды, она выучила этот трюк ещё много лет назад. Влад тоже не гнушается пользоваться этим способом.
− Давай теперь поговорим, − Макс отставил пустые тарелки в раковину и, обогнув стол, сел рядом с Викой. Выражение лица у него было серьёзное, выглядел он решительно. Тарасова, которая ещё секунду назад наслаждалась своей первой утренней чашкой кофе, немного напряглась. Не слишком ли раннее сейчас время для серьёзных разговоров?
− Давай, − она опустила кружку на стол, тепло от посуды так и не согрело привычно холодные руки.
− Перейду сразу к сути, − Максим неотрывно смотрел в потемневшие карие.
В который раз восхитился сходству Ви с семейством кошачьих. Сидя в ранних шесть утра у него дома на кухне в его футболке, пьющей кофе из его кружки, смотрящей на него с нежностью и теплотой, от которой кружило голову похлеще, чем от самого крепкого алкоголя, находящейся прямо здесь, в двадцати сантиметрах от него − она была прекрасна.
− Даже если ты хочешь ещё побыть одна, то нет.
− Вы посмотрите, как мы заговорили, − попыталась перевести всё в шутку Тарасова. Но чужие полыхающие скулы и кончики ушей не давали ей здраво мыслить. Вот оно, оно сейчас происходит. Этот момент наступил. Она чувствует, как её щёки тоже понемногу начинают алеть, а Ви вообще несвойственно было смущаться. Но рядом с этим парней она то и дело постоянно краснеет.
− Вика, − предостерегающе улыбнулся Максим.
− Молчу, − сдалась в попытках разрядить обстановку.
− Я действительно не хочу спешить. Мне нравится… Нравится, как мы влюбляемся друг в друга, постепенно, шаг за шагом. Но…
− Макс…
Он взял её руки в свои, согревая привычно холодные ладошки, подул на них своим горячим дыханием, нежно помассировал кончики пальцев. От этих действий у Ви затрепетало в груди, тепло разливалось по телу, и холода уже совсем не чувствовалось.
Она действительно любит этого человека. Тихий океан покажется каплей в сравнении с океаном её чувств: тихих, бездонных, тёмных.
Но самое важное то, что она чувствует то же самое от человека, который сейчас сидит напротив и с таким упрямым усердием согревает её руки. Смотрит на неё глазами, полными безграничной нежности и любви.
− Вика, знаю, что сейчас не самое подходящее время. Мы заняты каждый своим делом, ещё и чемпионат совсем скоро, тебе нужно сосредоточиться, но я не могу больше ждать.
Тарасова отчаянно закивала головой. Для них всегда будет подходящее время. Любое время они сделают подходящим, если это потребуется. Макс мягко улыбнулся, наклонился ближе, соприкасаясь с Ви лбами и глядя глаза в глаза, слегка взволнованным голосом произнёс: «Я могу быть твоим парнем?»
Девушка облегчённо выдохнула и молча кивнула. Всё напряжение, повисшее в воздухе, разом испарилось, оставляя после себя мелкие электрические разряды. Иначе и не объяснить, почему волоски по всему телу встали дыбом.
Соколов улыбнулся, нежно целуя, наконец, уже свою девушку.
Он был счастлив. Несмотря на то, что всё к этому шло, пока ждал ответ, его сердце успело пропустить несколько тревожных кульбитов.
//
Ви заехала домой, чтобы переодеться перед парами.
Она не могла отправиться в университет в одежде Максима. По универу и так ходит много слухов о них с Владом, не стоит подкидывать ещё одну тему для разговоров.
Макс был категорически против расставаться хоть на секунду. Пришлось долго уговаривать его, на ходу придумывая большую значимость магии утра для девушек. Испанский стыд, честное слово.
На самом деле Вике хотелось переварить всё произошедшее. Она была так рада, что не могла поверить, что всё, наконец, свершилось. Максим и она теперь официально пара. Девушка улыбнулась. В голове ещё раз пронёсся отрезок воспоминаний: «Я могу быть твоим парнем?». Вика мысленно закричала от смущения. Как можно быть настолько горячим и милым одновременно? И теперь этот очаровательный человек её.
Кто бы мог подумать, что Тарасова уже так сильно заскучает по своему щеночку. Быстрее бы в универ.
Заглянув в гостиную, Ви никого не обнаружила. Время было не раннее, Влад уже должен был встать. Она прошла на кухню, ещё в дверях услышала, как Рита привычно спорит с братом. Улыбка сама по себе появилась на лице, когда Вика толкнула дверь и зашла в комнату.
− Мы встречаемся, − без прелюдий объявила Тарасова, глядя на брата и подругу, которые до этого смотрели в телефон Влада и о чём-то с жаром спорили.
Парень отложил в сторону смартфон, молча уставился на сестру.
− Ты должен мне денег, − Ри радостно улыбаясь, протянула к Тарасову руку. Тот недовольно цокнул, достал из кошелька несколько купюр и положил на раскрытую ладошку.
− Блин, систр, не могла ещё пять дней поморозиться? Всего лишь пять дней!
− Что за… − опешила Ви. − Вы поспорили на деньги?
− Ага. И я проиграл свои кровные из-за вас с Максом, − проворчал парень, откидывая кошелёк в сторону.
Проигрывать Влад не любил. Выигрыш Риты был небольшим, всего лишь символических пару купюр, но сам факт того, что он, Влад Тарасов, проиграл, его очень раздражал. Он даже забыл, что в таких случаях принято поздравлять человека, сейчас всё его сознание было сосредоточено на поражении. Хорошо, что они поспорили на деньги, Панкратова могла загадать что-то похуже, чем фэшнвик у факультета дизайна. Чем ближе наступал день икс, тем больше Влад жалел, что согласился на весь этот маскарад.
− Не помрёшь от голода, буржуй, − Рита довольно пересчитала свою добычу и засунула купюры в карман брюк.
Вика неверяще уставилась на этих двоих. Просто слов нет.
− Ауч! Как ты можешь бить по известному достоянию страны?! − Влад держался за лоб, по которому только что со всей силы треснула его сестра.
− На правах такого же достояния, бестолочь.
− А меня за что?! Это он предложил спор! − спустя секунду завопила Рита. Они обиженно уставились на Тарасову, держась за пострадавшие лбы.
− И ты ещё спрашиваешь?
− Ну, прости, Ви! Мы очень за вас рады! − Панкратова полезла обниматься, но Вика выставила руку
