будет действовать так быстро и не выберет следующей целью его. Но случилось то, что случилось.
Я встал, скрипнув стулом, и стал ходить по комнате туда-сюда. Понаблюдав за мной, Влад хмыкнул и направился к двери. Попросил гвардейца, чтобы заказали ужин в ресторане напротив, а потом вернулся к столу.
Я остановился у окна и посмотрел на освещённую артефактными фонарями улицу. Но задержался там лишь на секунду и снова принялся ходить. В душе царил такой сумбур, что я не мог спокойно стоять на одном месте.
— Сядь уже, — сказал Влад. — Хватит мельтешить.
— Не хочу, — пробормотал я.
— Я понимаю, у тебя всё это в голове не укладывается. Но ты подожди, я ещё не закончил.
После этих слов у меня заболела голова.
— Хватит на сегодня, — сказал я. — Ты прав, это всё непросто переварить.
— Остались сущие пустяки. Насколько я понимаю, ты уже и так понял, что я изгнал тебя и отправил тебя в Сибирь не просто так.
Я остановился спиной к Владиславу и спросил:
— Хочешь сказать, ты сделал это, чтобы меня защитить?
— Не только тебя. Твою мать и твою… нашу сестру тоже.
Повернувшись, я посмотрел брату в глаза и спросил:
— Серьёзно? То есть ты лишил меня всего, оторвал от родового Источника и говоришь, что сделал это для защиты?
— А для чего же ещё? — пожал плечами Влад. — Ради титула? Он и так мой по праву. Думаешь, мне было жалко денег? Или, тем более, силы Источника? Ты разве не слышишь, как это глупо звучит?
— Действительно, глупо, — согласился я. — Оставить меня без защиты и отправить туда, где я легко могу погибнуть даже без участия врага.
Владислав нахмурился и сказал:
— Кому был нужен изгнанник? Поверь, князь Молотов забыл про тебя в тот же миг. Я исключил тебя из линии наследования — всё, ты больше не угроза. Так что я тебя обезопасил, и не вздумай считать иначе.
— А может, лучше было рассказать мне всё как есть? И мы бы сразу начали действовать вместе?
— Я действительно хотел тебя защитить. И, между прочим, тем самым подставил под удар себя. Ты не знаешь, и никто не знает, но меня уже дважды хотели убить.
— Меня — гораздо больше, — заметил я. — Ты слабо представляешь, сколько опасностей в Сибири.
— Если бы ты сидел на заднице ровно и не высовывался, то тебя бы никто не трогал.
— Наверное, ты прав. Даже нечисть не захотела бы меня сожрать.
— Хватит язвить, — отмахнулся Влад. — Я, конечно, недооценил тебя. Но ты молодец, быстро стал развиваться. Правда, именно поэтому князь Молотов и захотел тебя убрать. Пока ты не стал представлять настоящую угрозу.
— У него не получилось, как видишь.
— Вижу. Ты даже пощадил его вассалов, чего делать не стоило. Если бы Терновские истребили Бехтеевых, это был бы мощный сигнал.
— Мы ещё можем обернуть ситуацию в свою пользу, — сказал я и вернулся за стол. — Например, сделать Бехтеевых союзниками в стане врага.
— Ты что, успел с ними подружиться?
— Не совсем, но с новым графом у нас неплохие отношения. К тому же я спас ему жизнь, а теперь — спас его род.
— А ведь и правда. Неплохо, — кивнул Владислав. — Может, ты и прав, их получится как-то использовать… Теперь давай поедим и обсудим, что делать дальше.
Влад как будто почувствовал, что принесли ужин. Несколько секунд спустя раздался стук в дверь, и потом внесли подносы с жареными перепелами и кучей закусок.
— Приятного аппетита, — сказал князь, подвигая к себе тарелку.
На самом деле, мне тоже хотелось есть. Да и отказываться было неприлично. Поэтому на какое-то время в комнате воцарилось молчание.
Покончив с ужином, мы налили себе чай. Влад бесшумно размешал сахар и положил ложку, а потом сказал:
— Итак, теперь ты в курсе всего. Я надеюсь, ты согласен встать на мою сторону в этой войне?
— Хочешь заключить официальный союз? — уточнил я.
— Нет, конечно, — улыбнулся Влад. — Всё наоборот. Я публично объявлю, что покарал тебя за нарушение условий изгнания. Придумаем какое-нибудь наказание, чтобы грозно звучало. Сделаем вид, будто мы с тобой лютые враги. А на самом деле будем действовать сообща.
— Думаешь, получится обмануть Молотова таким образом?
— Как знать. Ему в любом случае придётся сомневаться. А сомнения — предвестник провала.
Подув на чай, я сделал медленный глоток и сказал:
— Я хочу отомстить за отца и Николая. Несмотря на то, что ты мне рассказал, — я вздохнул. — Это ещё надо до конца осознать.
— Пройдёт пара дней, осознаешь. Коля правда не хотел твоей смерти. Но не нашёл другого способа объявить Рязани официальную войну.
— Ладно, хватит, — я мотнул головой и сделал глоток чая. — Дело не в этом. Без мести можно обойтись, мёртвых всё равно не воскресить. Зачем мне тебе помогать? Молотов хочет захватить
