навернулись слёзы. Она запрещала себе плакать всё это время, но теперь, как ни кусала губы, как ни давила горький комок у горла, не смогла сдержаться. Яко, Ори, да даже эти двое. Разве все они заслужили такую ужасную смерть? Разве это действительно те испытания, которые следовало проходить ученикам? Какой бы ни была опасной работа после.
Дечи в её руках мелко задрожал, на щеках пылал нездоровый румянец. Этайн громко всхлипнула.
– Нет, Дечи, нет-нет-нет. – Она лбом уткнулась в горячий лоб парня. – Не оставляй меня. Я выполню любое твоё желание, только не умирай…
Слёзы полились из неё нескончаемым потоком. Лисс буквально пальцами чувствовала, как последние силы оставляют друга. Всхлипы превратились в вой отчаяния. И ей уже было плевать, что на её голос к костру может сбежаться ещё Бездна знает кто. Ей было больно. Так больно, как никогда в жизни. И всё, что хотелось, – чтобы это оказалось жутким кошмаром.
В порыве отчания она уже намеревалась зачерпнуть магической силы из силы земли или воды, благо их тут было достаточно. Пускай она останется калекой, но хотя бы Дечи выживет. Осталось набраться храбрости. Ещё немножко.
Сквозь плотно сомкнутые веки Лисс увидела свет. Вскинув голову, девушка замерла, затаив дыхание. Перед ней горел ослепительно-белый круг света, из которого ступала нога в кавалерийском сапоге.
Глава 16
Из портала в ослепительном сиянии шагнула могучая фигура начальника Разведки. Он опустил взгляд на чародейку с умирающим другом на руках, и теперь стало видно, что в глазах Кетцера один сплошной белок, подсвеченный молочным светом. Выглядело жутковато и чем-то роднило того с Эльдетт.
Но Этайн было плевать, как выглядит величайший маг. Даже если бы у него была вторая голова или неожиданно отросли рога, она бы всё равно, как и сейчас, испытала острое облегчение. Спасены. Они спасены.
– Ты молодец, – вместо приветствия мягко произнёс маг, отходя чуть в сторону. За ним из портала выходила профессор Вессел. – А теперь спать.
Этайн не успела и слова сказать, как веки её потяжелели. Не в силах бороться с приказом, она закрыла глаза, а открыть уже не смогла. Сон затянул её в свои липкие объятия.
Лисс проснулась резко, как будто её кто-то выдернул из чёрного небытия. Села, судорожно хватая ртом воздух и оглядываясь. Она в кровати, из знакомого окна тусклый свет сумерек. Кто-то заботливый донёс её до её комнаты в башне. Этайн была в той же одежде – в засохшей грязи болот и крови. Только сапоги с неё стянули. Она совершенно ничего не помнила.
Очевидно, что Кетцер ввёл её в искусственный сон. Но сколько же она пробыла без сознания? Надо узнать, что с остальными.
С трудом разминая затёкшие после сна конечности, Лисс медленно свесила ноги с кровати и только сейчас заметила на комоде рядом птичку-письмо. Та спокойно дожидалась, пока хозяйка комнаты соизволит её заметить.
Письмо было от Кетцера. Тот в коротких строчках, явно написанных впопыхах, просил Этайн зайти в кабинет ректора, как только она проснётся. Чародейка заставила письмо вспыхнуть. Если бы было что-то срочное, то вряд ли бы Кетцер стал церемониться и дожидаться, пока она проснётся. Значит, прежде чем идти на ковёр к начальству, у неё есть время смыть с себя грязь и чужую кровь.
В кабинете ректора пахло жжёными травами и было сумрачно. Обычно ярко освещённое светлячками, сейчас большое помещение утопало в полумраке. Лишь широкий стол был ярко освещён. За ним сидел глава Разведки. Шатз расхаживал рядом, чеканя шаг.
– Вы не понимаете, Кетцер. – Шикарные усы ректора забавно топорщились. – Что бы там ни произошло, ответственность лежит на мне. Хрустальное братство разберёт меня на ингредиенты для зелий.
– Разберёт! Разберёт! – заверещала птица под потолком.
Очевидно, речь шла о произошедшем на болотах. Хрустальное братство – совет тринадцати магов – было высшей магической инстанцией. Творило законы для магов, вершило правосудие, номинально подчиняясь императорам.
– Да, в произошедшем виноваты вы, архимагистр. – Начальник Разведки поднял голову, глядя на подходящую к столу чародейку. – Но прежде чем паниковать, я предлагаю выслушать нашего единственного свидетеля.
Шатз повернулся лицом к Этайн, та поклонилась, приветствуя магов.
– Ну что, Лисс. – Кетцер указал на кресло перед ректорским столом. – Рассказывайте. С самого начала, в мельчайших подробностях.
– Извините, архимагистр, но, прежде чем я начну… – Этайн покосилась на зло запыхтевшего рядом Шатза, – я бы хотела узнать, что с моими товарищами.
– Орсини и Риччи сейчас под присмотром магистра Вессел. – Кетцер кивнул, признавая право Этайн на её любопытство. – Думаю, пара недель, и будут в порядке. Марвина мы нашли недалеко от вас в ту ночь, он отправлен домой. Физически он в полном порядке, но потеря сестры плохо сказалась на его ментальном здоровье. Тела Мевис и Гальярди отправлены их семьям. Я удовлетворил ваше любопытство?
Этайн кивнула, подавляя в себе желание заплакать. Чародейка незаметно ущипнула себя за запястье и подобралась в кресле. Горевать будет потом.
Как и просили, Лисс начала рассказ с самого начала – выхода «шестёрки неудачников» из академии. Этайн не утаила ничего, рассказав и о постоянных ссорах между сокурсниками, и даже про встречу на озере с драконом. Шатз в этот момент схватился за сердце, а Кетцер только одобрительно хмыкнул. Кажется, он был уже в курсе этой истории, только с другой стороны. И ждал, будет ли Лисс достаточно откровенной, чтобы поведать о встрече с принцем.
Когда рассказ подошёл к сражению, оба мужчины стали молчаливы и сосредоточены. Не перебивали и даже не задавали уточняющих вопросов. На моменте, когда Этайн рассказывала о смерти Ори, ей пришлось прерваться на секунду. Воздух в комнате отчего-то стал колючим и неприятным, в носу защипало. Лисс провела пальцами по шершавой ткани форменных штанов, шумно вздохнула и продолжила.
– Как и думал. – Кетцер откинулся в кресле, когда Этайн закончила свой рассказ. Взглянул на Шатза, который стоял рядом. Ректор только повёл плечами.
– Не виноват! Не виноват! – Птица наверху запрыгала по клетке. – Свобода-а-а-а!
– Дело вот в чём. – Шеф Разведки проигнорировал говорливого питомца ректора. – Тварь, которую вы убили, Этайн, исключительно редкое магическое существо-паразит. Главная его особенность – отравлять чужое сознание. Этот паразит – природный телепат, который умеет только одно – вызывать агрессию. И когда его потенциальная пища переубивает друг друга, оно собирает свой корм. Чем старше этот паразит, тем он сильнее и дальше распространяется его сила. Мы должны были заподозрить неладное, ещё когда в Крайней местные жители стали косо смотреть на магов. – В этот момент Кетцер красноречиво взглянул на ректора. Шатз демонстративно фыркнул.
– Извините, архимагистр. –
