Итальянец все записывал в свою тетрадь: названия островов, мимо которых плыл корабль, имена раджей, списки товаров, которые можно достать в этих местах, обычаи туземцев, смутные, искаженные и запутанные сведения о Китае и сказки дальних морей.
Около месяца плыла «Виктория», лавируя между зелеными островами и пережидая непогоду в бухтах, защищенных от ветра горами.
26 января 1522 года «Виктория» прибыла на остров Тимор, славившийся сандаловым деревом. За этой дорогой древесиной в Тимор съезжались корабли, джонки и ладьи из Китая, Аннама, с Малакки, Явы, Суматры и далеких островов. На Тимор для обмена на сандаловое дерево привозили ткани, железо, иглы, топоры.
Испанцы купили немного сандалового дерева, чтобы захватить с собою на родину образцы. Но важнее всего было запастись провизией. Осмотрительный Эль-Кано знал, что дальше придется плыть в открытом океане, потому что по берегам — на Малакке, в Индии и Африке — хозяйничали португальцы. Чтобы не попасться португальцам, капитан «Виктории» должен был не только обходить портовые города Индийского океана, но стараться идти в стороне от облюбованных португальцами морских путей через океан.
Сделав запасы воды и провизии, «Виктория» 11 февраля 1522 года покинула Тимор. Этот маленький корабль пересек Атлантический океан, потом преодолел просторы Тихого океана. Теперь ему предстояло переплыть Индийский океан.
Девяносто восемь дней плыла «Виктория» по Индийскому океану, и девяносто восемь дней моряки не видали берегов, если не считать необитаемого острова, открытого ими 18 марта. Они не запаслись солью, и мясо, взятое на Тиморе, испортилось. Пришел к концу рис, стала затхлой вода. Опять начала гулять по кораблю цынга.
«Виктория» плыла медленно, потому что корпус корабля оброс раковинами и водорослями. Кроме того, на судне было много больных, и управление кораблем становилось с каждым днем труднее и труднее.
Наконец, 9 мая на рассвете с корабля увидели африканский берег. Смелые моряки «Виктории» победили Индийский океан, как победили раньше Атлантический и Тихий. Но эта победа далась не легко. Многие были больны, несколько человек умерло. Эль-Кано собирался высадиться и поискать провизии и воды. Но все время дул штормовой ветер. Обрывистый берег был дик и негостеприимен. Негде было бросить якорь. «Виктория» пошла вдоль берега. Эль-Кано искал гавани, но ее все не было.
На корабле поднялся ропот. Многие, особенно больные, предлагали отправиться в город Мозамбик и сдаться на милость португальцев.
— Все равно, лучше будет, чем помирать в открытом море, — кричали они.
Но Эль-Кано, Пигафетта и другие говорили, что честь должна быть дороже жизни, что стыдно, будучи почти у цели, отдаваться в руки португальцев, что вряд ли те ласково примут людей, поставивших своей задачей раскрыть секрет островов пряностей и выполнивших эту задачу.
С большим трудом Эль-Кано уговорил моряков плыть в Атлантический океан.
10 мая показались черные горы мыса Доброй Надежды.
Когда Бартоломеу Диаш открыл этот мыс, он назвал его мысом Бурь. Позднее шторм, разыгравшийся у мыса Бурь, потопил корабль, на котором плыл Диаш, и смелый моряк погиб у открытого им мыса.
Карта мира по Рибейро (1529 г.).
На этой карте отражены результаты экспедиции Магеллана. Контуры материков, изображенных на карте Рибейро, даны жирной штриховкой. Истинная конфигурация показана линией с пунктиром.
И на этот раз мыс Бурь оправдал свое название. Много дней провела «Виктория» со спущенными парусами у мыса. Противные ветры, переходившие в штормы, не пускали корабль в Атлантический океан.
Пигафетта пишет: «Мы оставались в виду мыса девять недель со спущенными парусами из-за западных и северо-западных ветров, дувших беспрестанно и окончившихся ужасной бурей. Мыс Доброй Надежды лежит под 34°30′ южной широты, в тысяча шестистах лигах от Малаккского мыса. Это самый большой и самый опасный среди всех известных на земле мысов».
Воспользовавшись временным затишьем, Эль-Кано обогнул мыс.
Взяли курс на север и поплыли по Атлантическому океану. Так плыли пятьдесят дней. От цынги умерло тринадцать моряков «Виктории» и восемь островитян, взятых с собой испанцами на Молуккских островах. Провизия приходила к концу. На корабле обнаружилась течь. Решили зайти на Сао-Тьяго — один из островов Зеленого мыса, чтобы купить провизии и негров-рабов. Эль-Кано думал поставить негров к насосам и заставить их круглые сутки откачивать воду.
Эль-Кано строго приказал морякам, чтобы они не проболтались, откуда плывет «Виктория». Он боялся, что португальцы, узнав, что в Сао-Тьяго пришел единственный из кораблей Магеллана, которому удалось побывать на Молуккских островах и почти завершить кругосветное плавание, постараются захватить корабль и задержать его команду. Капитан велел всем говорить, что корабль возвращается из Америки.
Однако эта уловка не помогла. Правда, испанцам сначала удалось обмануть португальцев, и те разрешили капитану «Виктории» обновить запасы провизии и воды. Но 15 июля моряки попытались купить негров и неосмотрительно предложили в обмен гвоздику и имбирь. Ни гвоздики, ни имбиря в Америке не было, и португальцы поняли, что испанский корабль возвращается с Молуккских островов.
Португальцы тотчас же захватили шлюпку с «Виктории», находившуюся у берега, и бросили в тюрьму ее команду — двенадцать испанцев и одного островитянина с Тидора. Они пытались задержать и «Викторию», но Себастиан Эль-Кано приказал поднять паруса и поспешил покинуть гавань Сао-Тьяго.
Опять поплыли по Атлантическому океану. Провизии было мало. Многие болели, двое умерли. Но теперь смелые моряки плыли по знакомому морю. Невзгоды и лишения не страшили их.
6 сентября 1522 года, через тысячу сто двадцать два дня после того, как эскадра Магеллана покинула Испанию, «Виктория» вошла в знакомый порт Сан-Лукар.
Герб, пожалованный Себастнану Эль-Кано после его возвращения из первого кругосветного плавания.
Эль-Кано велел выстрелить из пушек и поднять флаги. Восемнадцать моряков «Виктории», совершившие впервые в истории кругосветное плавание, молча смотрели, как приближаются родные берега.
Так окончилось это замечательное плавание. Лишь ничтожная кучка смельчаков завершила дело, начатое Магелланом. Большинство моряков погибло в пути. Погиб и сам командир, бесстрашный Фернандо Магеллан.
Но первое кругосветное плавание сыграло огромную роль в культурном развитии человечества, в развитии его географических познаний. В плавании Магеллана ученые эпохи Возрождения усмотрели неопровержимое доказательство того, что земля — шар. И действительно, после Магеллана всякие споры об этом прекратились.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
