шутку!
Мир сошел с ума.
Весь мой мир…
И я тоже.
Даже под страхом смерти я не смог бы объяснить, зачем сделал то, что сделал дальше.
А сделал я следующее: упал на колени рядом с Натаном и объявил:
— Леди Элизабет! Маркиз преувеличил происходящее: мисс Хеллиана еще не дала ему согласия. Но я тоже проверился на все возможные привороты и должен сообщить вам, ваша светлость, о моих точно таких же намерениях.
Бабуля похлопала губами — удивительнейшее зрелище! — и уточнила:
— А именно?
— Я тоже желаю объявить о помолвке с Хеллианой.
— Помолвке маркиза?
— Нет, о своей. Я тоже готов жениться на ней хоть завтра. Но мисс Хеллиана не дала согласия ни одному из нас. Однако я намерен его добиться.
Сумасшедший дом…
Только одна из присутствующих не потеряла ни рассудка, ни дара речи. Услышав решительные шаги, я повернул голову и увидел, как моя малышка пересекает гостиную и становится сбоку от кресла герцогини. Место перед леди занимали мы с Натаном.
— Ваша светлость леди Элизабет! — громко сказала Хелли. — Мисс Хеллиана — это я. Позвольте мне вас утешить. Я не собираюсь выходить замуж ни за вашего внука, ни за маркиза Реманского! И ни одного из них я не поила приворотными зельями, клянусь! Но вы можете это проверить!
И она выбежала прочь, а я, поднявшись с колен, метнулся следом.
Глава 14
О дороге в снегу
Хеллиана Вэртззла
Лица всех присутствующих слились для меня в один, единый калейдоскоп. Образы в нем перещелкивались и причудливо смешивались из-за застилающих глаза слез. Тарис, его бабушка, довольное лицо Натана, испуганное Кари, встревоженное Фисы… Их черты плыли и причудливо соединялись в уродливую маску, которая полностью отражала мое внутреннее состояние.
Словно я оказалась в цирке, но вместо того, чтобы шутить друг над другом, клоуны внезапно напустились на меня. Зло, жестоко, не заботясь о том, как жертва их амбиций будет себя чувствовать.
Это было невыносимо. Мир словно шатался и грозил погрести меня под обломками абсурда. И потому я хотела сбежать! Всеми фибрами души!
Прочь! Подальше!
Чтобы не видеть, не слышать… просто побыть с собой, хотя бы несколько минут.
Да, в идеальном мире или если бы я была закаленной всяким Фисой, то я бы вздернула нос, извинилась, что мы заняли дом, и триумфально вышла. Как королева.
Но я не королева. Я девочка из ПТУ со своими маленькими целями.
И потому я просто ухожу, не в силах находиться в этой ситуации. В нервном напряжении. Несчастную старушку утешила — и хватит!
За спиной хлопнули двери гостиной, и я, скользя в шерстяных носочках по мраморному полу, метнулась к лестнице. Ступени, холл… заветная дверь, возле которой навытяжку стоял мужчина в ливрее лакея. Эмблема на его шевронах была печально знакомой. Слуга герцогов Таргских.
На меня он даже не посмотрел.
Я быстро сунула ноги в свои сапожки, стоящие у самой двери, и окинула рассеянным взглядом пустую стену в поисках куртки.
Так как дом это был не просто абы чей, а герцога, то, конечно, вешалки для верхней одежды при выходе не наблюдалось. Их мы отнесли в отдельную комнатку, и моя тоненькая курточка была надежно скрыта под вещами друзей.
За спиной послышались чьи-то шаги, оклик «Хелли!», и, более не сомневаясь, я выскочила на улицу. Порыв холодного ветра тотчас дунул мне в лицо, срывая с кожи и выпутывая из волос эхо тепла помещения.
Я зябко сомкнула руки на груди и рванула вперед. Сначала подальше сбежать!
Дорожка, кованые ворота, освещенная яркими огнями улица. В этот поздний час закутанных в шубы прохожих было мало, но все как один смотрели на меня с удивлением. Один поворот, второй, третий и вот наконец какой-то закоулок, в котором чудом поставили фонарь. Он заливал все вокруг теплым янтарным светом, добавляя зиме иллюзию тепла.
А меня с каждой секундой колотило все больше и больше. И непонятно, где в этот момент заканчивалась нервная дрожь и начинался холод.
— Так… тихо, Хелли, — сказала я сама себе, останавливаясь под фонарем и дуя на ладони. Заиндевевшие пальцы отказывались сгибаться, а мозг — воспринимать даже мой голос. — Ничего ведь не случилось, и чего ты так испереживалась? Совершенно ничего не произошло. Ну, подумаешь, мальчишки-аристократы опять заигрались чужими чувствами и жизнями. Подумаешь, пришла герцогская бабушка и облила тремя фунтами презрения. Тю, и не такое в деревне случалось. Хоть… хоть…
Достаточно весомого сравнения, к сожалению, в голову не шло. Потому я решила, что надо заканчивать себя утешать и пытаться разобраться в причинах того, почему мне сейчас так плохо.
Потом, все потом. Как говорила тетка, если ты с ведрами идешь от колодца и тебе кажется, что еще три шага — и упадешь от их тяжести, то надо просто идти. Шаг, еще шаг, и еще. Пусть даже плечи ломит от коромысла, а если дело зимой, то и ноги мерзнут. Главное — делать следующий шаг! Всегда нужно делать следующий шаг!
И мой следующий шаг — согреться.
— Бытовой маг я или погулять вышла? — пробормотала я, пытаясь скрестить замерзшие пальцы в нужный знак, и хмыкнула. — Хотя да, чего это я. Вышла.
Наконец руки поддались, и, начертив в снегу нужную последовательность, я напитала ее магией. Снег зашипел и превратился в воду, а затем и в пар.
— Перестаралась, — заключила я, часто моргая и пытаясь стереть из головы образ того, как Тарис говорит, что он на мне женится. Пошатнувший мой мир образ.
Но сейчас мы не о парнях. Сейчас мы о заклинании. Почему так горячо?
— Хелли! — резкий, порывистый оклик застал меня врасплох. Как и сам герцог Таргский, чья фигура красиво встала в свете фонаря.
Я отвернулась, прикрыла глаза, прерывисто выдохнула
