— Слишком прекрасна надежда на то, что это только испытание! — с нажимом произнёс посланник.
— Но потеря надежды обойдётся дороже, — парировал некромант. — Я думаю, что нам остаётся одно: делать своё дело, следуя долгу, и ждать, когда на него последует недвусмысленная реакция Владыки. Даже если ждать придётся долго.
— Даже если дело будет уже сделано? Полно, Гру, в чём состоит то дело, для которого вами привлечены отшибинские карлики?
— Подробностей я не могу сообщить, так как вы можете всему помешать, — признался Гру.
— Значит, следуя вашему пониманию своего долга, вы будете продолжать пытаться обманывать администрацию Цанцкого воеводства?
— Да, буду продолжать пытаться. Теперь вам понятны мои мотивы.
— Уж понятны. Но мне понятны и мои собственные мотивы. Сейчас, когда неясно, в чём состоит подлинное стремление Владыки, необходимо прекратить всякие сомнительные действия, грозящие бедами.
— Они лишь для вас сомнительны.
— Будьте покойны: инструкции, данные мне Владыкой Смерти перед периодом молчания, были также весьма определёнными. Я должен был присмотреться к происходящему в Отшибине и не допустить хаоса, который может отсюда последовать.
— Вы усматриваете хаос в моих действиях?
— Усматриваю.
— Что ж, во всяком случае, мы объяснились — и друг друга поняли. Надеюсь, в дальнейшем не возникнет нелепых взаимных обид, — в словах Гру была то ли надежда, то ли угроза, то ли обречённость…
* * *
Выйдя из аудиториума магистра Гру, посланник осмотрелся. Селение Квинт, в котором жил нижнеотшибинский мудрец, утопало в вечнозелёных кустах, удобных для того, чтобы в их непроглядной тьме спрятался не один десяток карликов.
Дрю из Дрона прошествовал по центральной и почти единственной улице Квинта от аудиториума к трактиру «Чёрный гусь», где он остановился. Боковым зрением посланник пытался уловить подозрительные движения в кустах, но нет — Квинт пока что не выказывал враждебности.
У трактира под навесом были привязаны две новых лошади. Одна из них, как с удовлетворением признал посланник, принадлежала старому Стрё, другая же осталось не узнанной, но почему-то ассоциировалась с некромантом Плю. Итак, все поняли, что Дрю из Дрона на верном пути, все прибежали к главарю жаловаться.
Зайдя в снятый им номер, Дрю понемногу расслабился, но снимать на ночь доспехов не счёл уместным. Всё-таки здесь — Отшибина, и законы некрократии тут многим не писаны.
Улёгшись прямо в доспехах на лежанку, посланник достал купленную ещё утром в книжной лавке «Историю Смерти» Гру. Пролистав её, с удивлением убедился, что она, по сути, представляет собой добросовестно переписанную «Историю мёртвых» Цилиндиана с добавлением больших кусков авторского текста, посвящённых конкретно Отшибине. Воистину, вся деятельность этого великого мудреца была посвящена прославлению здешней земли.
Желая извлечь из этой книги хоть что-нибудь новое о Живом Императоре, посланник сделал ещё одно любопытное открытие: магистр Гру сумел умолчать не только о Живом Императоре, но и обо всей его империи. «Варвары с Эузы» как сила, противостоящая воле Владыки Смерти, в тексте присутствовали, империя же — нет. Можно было ещё понять Цилиндиана, который в своём своде истории также империй не упоминал — ни одной из четырёх, ведь Цилиндиан был автором древним, творившим на рубеже Первой и Второй эпох. Но как было понять современника Восточно-Человеческой империи магистра Гру? Кто от него в ту пору, когда писалась книга (конец Второй эпохи, самое начало Третьей) требовал умолчаний и лжесвидетельств? Неужели Владыка Смерти? Воистину: прочитай труд историка и пойми наоборот — только не пропусти свой поворот!
Интересно, попала ли Восточно-Человеческая империя в десятитомную «Историю Отшибины»? А впрочем, не настолько интересно, чтобы покупать такую кипу дрянных книжонок. Империя попала в сегодняшнюю лекцию пройдохи Гру — и на том спасибо.
* * *
Ночью Дрю из Дрона никто не побеспокоил; он даже успел часок вздремнуть, не убирая руки с рукояти любимого полуторного меча. Наутро, однако, следовало поскорее убираться. Едва забрезжил рассвет, Дрю вскочил и спустился вниз. Общий зал трактира пустовал, у конюшни ошивался особенно противный карлик с крысиной мордочкой.
— Здравствуй, господин хороший, я — Бдер! — представился карлик.
— Здравствуй, добрый Бдер, — на ходу бросил приветствие Дрю, понимая, что крысёныш пытается его задержать.
— Подожди, господин хороший, — упрашивал Бдер, но Дрю из Дрона уже зашёл в конюшню. Первым, кого он заметил, был вчерашний знакомец Рюмп — один из карликов, с которым вместе ему довелось прослушать поучительную лекцию Гру. Только сейчас Рюмп не был расположен что-либо слушать — он медленно отползал от боевого коня посланника, волоча обе ноги, перебитые точным ударом копыта.
Но выведенный из строя Рюмп оказался не единственным врагом дела Смерти на этой конюшне. Из-за полуоткрытых створок ворот выскользнуло ещё трое, а за спиной чуткий слух посланника уловил крадущиеся шаги крысёныша Бдера. Итак, карликов четверо, и сегодня Нижней Отшибине предстоит новая кровавая сеча!
Дрю обнажил меч и тут же получил по спине дубиной — он и не заметил, как один из карликов оказался сзади. Посланник взмахнул мечом, но никого не задел. Карлики были увёртливыми. Дрю совершил обманный выпад, но никого не достал, ему же длинным карличьим ножом оцарапали лицо. Назревало понимание, что в бой с ним вступили не простые карлики, а элитные разведчики, или телохранители Врода Занз-Ундикравна. Двигались они с такой поразительной быстротой, которая не позволяла их вовремя зацепить тяжёлым мечом посланника.
Как только Дрю нацеливался на какую-нибудь из четырёх напавших на него фигурок, она буквально испарялась из-под разящего клинка. Раны, нанесенные ему как бы играючи, были бы уже смертельными для живого человека. К счастью, Дрю был мёртв, и его набальзамированное тело переносило такие раны, не слишком разрушаясь.
Посланник не попадал мечом по нападавшим, зато в ходе боя он имел возможность неплохо каждого из них рассмотреть. Оказалось, что все они, за исключением крысомордого Бдера, побывали на вчерашней лекции Гру, где упивались незабвенными кровавыми метафорами. Уж не специально ли хитрец Гру пригласил их на лекцию, чтобы показать им подозрительного посланника? Самым наглым из нападавших был Тябн. Если другие карлики молчали, то этот, атакуя, выкрикивал лозунги: «Бей предателя!»; «Отшибина для отшибинцев!»; «Раздавите гадину!»; «Мертвецы не кусаются!».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
