— Врёшь, дхусс, ой завираешься! Ты и погибать станешь, на помощь не позовёшь, даже если тебя на куски резать станут.
Тёрн не ответил, лежал, тяжело и с хрипом дыша.
— Не молчи, а? — попросила бывшая Гончая. — Скажи, что сделать? Воды, может?
— Нет. Ничего не надо, Стайни, спасибо. Я полежу так и… и ничего. Приду в себя.
— Почему тебе на нас наплевать? — возмутилась девушка. — Сам твердил — «мы керван», «мы керван»… Какой же тут керван, если ты молчишь, как зомби на допросе?
— Мне не наплевать, — Тёрн шевельнулся, в голосе звучала боль. — Но от молчания зачастую куда меньше вреда, чем от слов. Оставь мне мои беды, Стайни…
— А почему же ты не оставляешь нам наши?!
— Потому что могу судить и сравнивать.
— А мы, значит, не можем? — Гончая рассердилась не на шутку.
— Сможете. После того, как керван докажет жизненность.
— И когда ж это случится?
— Не надо сарказма, Стайни. Керван пройдёт испытание в храме Феникса.
— И ты расскажешь нам о себе?
— Это настолько необходимо, Стайни?
— Мне — да, — решительно заявила Гончая.
— Отсутствие этого знания помешает нам драться плечом к плечу?
— Ты обо мне знаешь всё. Я о тебе — ничего. Ты нам не доверяешь?
— Кажется, — слабо усмехнулся дхусс, — ты начала разговор с того, не нужно ли мне воды.
— И что же?
— Нужно. Горло пересохло, пока с тобой спорил.
— Ладно, — Стайни бросила вёсла, отстегнула флягу (ещё один подарок Ксарбируса), поднесла горлышко к губам Тёрна. — Тогда скажи хоть, как ты справился с Гнилью?
— Никак я с ней не справился, — досадливо отвернулся дхусс. — С ней и не справишься просто так. Сработал твой эликсир — на время.
— На время?
— А ты думала, Мастера Некрополиса нашли универсальное средство от Гнили? — Тёрн поморщился. — Их заплатка просто ненадолго затыкает гнойник, пока Гончая не отдалилась на достаточное расстояние — достаточное, чтобы не учуяли, ибо твари всё равно короткоживущи. Потом «пробка» вылетит. Надеюсь только, что обитателям фактории достанет рассудительности не соваться обратно денька Два, для верности.
Гончая гневно поджала губы.
— Пей ещё. Ну и ухайдакал же ты себя, краше только на зомбирование Мастерам отправлять.
Дхусс молча повёл плечами, мол, какая разница?
— Все живы. Люди спаслись. Детишки. Мы тоже.
Стайни только скрипнула зубами и отвернулась, нарвавшись прямо на жгучий взгляд сидхи. Гончая передёрнула плечами и гордо задрала подбородок.
Меж тем мэтр Кройон под чутким руководством алхимика успешно доказал, что искусство гребли вполне доступно даже демоническим обитателям огненного плана, и теперь увлечённо работал вёслами, лихо таща на буксире два других челна. Во втором удобно устроился сам мэтр Ксарбирус, не устававший нахваливать быстрые успехи своего нового ученика, и сидха, то и дело находившая предлог, чтобы оглянуться на третью лодку, с дхуссом и бывшей Гончей. Своей, не надо забывать, кровницей.
— О чем беспокоится прекрасная дева лесов? — куртуазно осведомился тощий медикус. — Всё образовалось наилучшим образом. Признаться, я не ожидал от нашего дорогого демона таких способностей. Посмотри, какой гребок! Какая мощь, какое усилие!
Сидха лишь презрительно сощурилась. Вопрос «о беспокойстве» выглядел явно риторическим.
После паники, заклинаний, стрел, беготни и прыжков вдруг наступило полное спокойствие. Кройон, забавляясь новым делом, сильными гребками гнал связку челнов против течения, мэтр Ксарбирус развалился, насколько это позволяла неширокая банка, сидха же вертелась, словно сидя на муравейнике.
— Досточтимый доктор, не знаете ли вы, что с Тёрном? Почему он так обессилел?
— О, уверяю тебя, с ним ничего страшного, — безмятежно отозвался алхимик. — Просто выложился, творя свои заклятья. Он мальчик крепкий, скоро придёт в себя, можешь не сомневаться.
— Он остановил Гниль, ведь верно?
— Остановил? О нет. Задержал, как и эликсир нашей смертоносной Гончей, то есть, я хотел сказать, «нашей бывшей смертоносной Гончей». Но не более того.
— Я таких чар не знаю, — сидха повесила голову. — А он, дхусс… откуда?
— Норовишь меня разговорить, красавица? — Ксарбирус хихикнул и погрозил Нэисс пальцем. — Что ж, тебе повезло. Я как раз в настроении побеседовать, помогает скоротать время. Тёрн, скорее всего, обладает редкой способностью обращаться непосредственно к рассеянной силе Камней, пребывающих в глубинах земной коры. Это исключительное умение, чаще всего встречающееся, кстати, у полукровок. Ты не разглядела, часом, как именно он творил чары?
— Сперва крутил посох что твоя мельница, потом… потом словно заиграл на нём, только беззвучно.
— Так я и думал. Арфа без струн, Беззвучная Арфа, да-да, сомнений быть не может, — энергично закивал алхимик. — Редчайшая школа, очень редкая. Я, признаться, полагал, что её адептов и вовсе не осталось.
— А откуда же она?
— Откуда? О, тут даже я вынужден признать своё бессилие, прекрасная моя сидха. Анналы сохранили не так много упоминаний об этом направлении. Но всё шло откуда-то с юга, с берегов Смарагдового моря, остров Луал, знаешь, и окрестности. Последний раз этот стиль наблюдался в Державе… — алхимик закатил глаза, поцокал языком, вспоминая, — лет двести назад.
— И что же стало, — сидха сделала невольную паузу, — с носителем?
— Как «что»? Угодил в застенки дознавателей Высокого Аркана, — Ксарбирус оставался равнодушен. — Доступные мне архивы утверждали, что он быстро умер, не выдержав пыток, но и ничего не открыв. В департаменте дознавания после этого полетело немало голов. Насколько я знаю, воспроизвести этот стиль так и не удалось, хотя Таурмагический университет за истекшие два века выдал не один грант на его изучение. Ходили слухи, что выдаёт до сих пор. Так что на месте Тёрна я бы очень поберёгся, особенно в пределах Навсиная. Для Державы и Высокого Аркана он — лакомая добыча.
— Но дхусс прошёл насквозь всю Державу…
— Что лишний раз говорит о его способностях, — подхватил алхимик.
— То есть… с ним точно всё хорошо?
— Прекраснейшей нет никакой нужды волноваться, — тонкие губы Ксарбируса кривились, не поймёшь, то ли глумливо, то ли презрительно. — Бывшая Гончая Стайни, вне всякого сомнения, искусна во врачевании подобных расстройств и временного бессилия, вызванного перенапряжением магических способностей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
