– Слушаю, господин полковник!
– Не вздумай… – выдохнул Железный Джо, потом сделал небольшую паузу… и поменял мнение на противоположное: – Впрочем, тебе виднее. Делай, как знаешь. Если что – я возьму ответственность на себя. Полетишь сам или кого выставишь?
– Спасибо… Сам, конечно… – усмехнулся я, и, дав тягу на эволюционники машин Орловой и Гомеса, лихо сорвал их в крутой разворот.
– Я тебя люблю. Осторожнее, ладно? – Иришка ограничилась парой фраз. Видимо, чтобы не мешать мне настраиваться…
…Первые секунд тридцать я чувствовал себя не в своей тарелке – за последнее время я так привык летать в составе звена, что ощущал дискомфорт от отсутствия дополнительных защитных полей и параллельно подключенных сознаний Иришки и Марка. Казалось, что мой 'Кречет' стал в три раза меньше и в три раза более уязвим. Впрочем, после впрыскивания в кровь 'коктейля' это ощущение быстро пропало – вместо него появилось желание действовать. Которое пришлось слегка придавить – лезть на рожон, ничего не зная о противнике, было бы редким идиотизмом.
'Жить и воевать надо так спокойно, как будто впереди вечность. И так быстро, как будто живешь последний миг' – повторил я про себя любимый Кощеевский перифраз известной пословицы, и, еще раз оглядев построение вражеских кораблей, ожидающих начала поединка, дал тягу на маршевые двигатели.
Циклоп не торопился – сделав пару 'бочек', он двинулся параллельно строю своих кораблей, развернулся в приглянувшейся ему точке, и, дождавшись, пока я займу положение напротив, трижды 'мигнул' дюзами эволюционников.
– Банза-а-ай! – зачем-то заорал Рикки, и я, автоматически заглушив его голос, рванул навстречу противнику…
Мой противник оказался чертовски хорошим пилотом: за первые пять с половиной минут мне ни разу не удалось зайти ему в хвост. Ему, впрочем, тоже. Сложность задач, которые приходилось решать ежесекундно, поражала: – в каждой точке траектории необходимо было контролировать относительное положение корабля противника, выпущенных им торпед и 'обманок', и при этом закрывать свою машину щитами. Безумный каскад фигур высшего пилотажа, в который превратился наш бой, постепенно создал у меня ощущение участия в тренировке. И это провоцировало на рискованные эксперименты. Однако идти на поводу у своего азарта я не стал, и ограничился прощупыванием предела возможностей противника.
Увы, с ним у него было все порядке: он легко повторял почти все мои эволюции и не давал ни одного шанса воспользоваться его ошибкой. Мало того, вскоре я пришел к выводу, что и истребитель у Циклопа нестандартный: он постоянно выходил за предельные величины ускорений и кривизны поворотов, которые когда-либо демонстрировали его соплеменники. И при этом оставался и резок и быстр. Пришлось еще уменьшить радиусы поворота истребителя. И увеличить тягу маршевых движков и эволюционников. Циклоп, приняв вызов, попытался поработать в таком же режиме, и… довольно скоро уперся в предел своих возможностей: на выходе из очередного виража он ненадолго потерял сознание и 'поплыл'. Где-то секунды на полторы. По крайней мере, другого объяснения задержке ориентации в перемещении его щитов я придумать не смог. Да и не пытался – пролетев мимо его кабины, не закрытой защитным полем, я без особых проблем всадил в нее одну-единственную 'Пиранью'…
В то же мгновение во всех каналах сразу раздался слитный многоголосый вопль.
– Викки! Але! Вернись за трофеем!!! – перекричав беснующихся ребят, взвыл Рикки. – Вбей в него захваты и тащи к нам, слышишь? У тебя же до сих пор над камином нет ни одной головы настоящего Циклопа! Непорядок! – А что, у меня есть камин? – приглушив общий канал, в котором продолжали вопить все, кому не лень, поинтересовался я.
– Блин, на камин мы тебе, так и быть, скинемся… – расхохоталась Элен. – Купим вместе с домом. Конти прав. Подбери их кораблик, босс!
Удивительно, но факт – до тех пор, пока я не пристыковал их покореженный истребитель к ремонтному доку, висящему около Ключа-два, флот Циклопов не сдвинулся с места. Зато потом пространство возле планеты закипело и превратилось в ад…
…Циклопы методично пытались продавить 'коконы' из двух противоположно направленных защитных полей ближайших к их строю кораблей Шестого флота. Разделяющиеся боеголовки сотен выпущенных торпед согласованно взрывались на границе силовой пленки выбранного жертвой борта и иногда создавали усилие, достаточное для преодоления щита. Впрочем, это получалось сравнительно нечасто – во-первых, Шестой флот добросовестно выполнял рекомендации полковника Ридли и не тратил энергию на маневры, что здорово усиливало мощность защитных полей. А во-вторых, Циклопы постоянно отвлекались на наши звенья, мечущиеся между их кораблями.
Первые полчаса боя оказались сравнительно легкими – несмотря на то, что за каждой нашей тройкой охотилось по две двойки истребителей врага, нам удалось сжечь три эсминца и отстрелить два двигателя у одного из двух крейсеров. Правда, нашей заслуги в этом было немного – тот, кто командовал группировкой Циклопов, видимо, не мог себе представить, что кто-то из противников рискнет ворваться в самую середину их боевого построения, и расположил все тяжелые корабли поодиночке, на довольно больших расстояниях друг от друга. Несмотря на относительно невысокую плотность огня со стороны Шестого флота, все защитные поля кораблей врага закрывали ТОЛЬКО переднюю полусферу. Что создавало прекрасную возможность для атак со стороны кормы.
Увы, радоваться такому 'счастью' нам удавалось недолго: стоило мне вцепиться в потерявший возможность нормально маневрировать крейсер, как добрая половина истребителей Циклопов, до этого атаковавшая защитные построения вокруг орбитальных крепостей, вернулась к себе в тыл. И разделилась на две неравные части. Первая, состоявшая из семи машин, вихрем пронеслась вдоль строя своих эсминцев и крейсеров, и, оставляя по одному борту возле каждого тяжелого корабля, своими силовыми полями перекрыла им задние полусферы. Вторая часть – двенадцать(!) двоек, – разделившись на три группы по две пары, рванула к нам на перехват…
Уйти от озверевших Циклопов удалось с большим трудом – истребители отцепились от нас за второй линией обороны, и то только после того, как одна из их пар влетела в одно из управляемых минных полей МЗ 'Беспечный'. Если бы не оно, боюсь, мы бы потеряли Гашека – одновременный взрыв нескольких десятков боеголовок выпущенных вдогонку торпед продавил оба силовых поля звена Вильямс, и превратил один из двигателей машины Якова в нечто, не поддающееся описанию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
