Читаем без скачивания Наш хлеб – разведка - Альберт Байкалов

– Пустяки, – отмахнулся турок. – Царапина.

– Как это произошло? – изучающе заглядывая ему в глаза, спросил араб. – Неужели там была засада?

– Да нет, – Абдуллах, придерживая больную руку за локоть, прошел в тень и, опустившись на корточки, сплюнул. – После того как я разделался с этой медсестрой и бабкой, у которой она жила, вернулся к машине. А там уже воры.

– И что? – Сарсур немного успокоился.

– Их было трое, – продолжал врать Абдуллах. – Один залез в машину, вырвал провода и пытался ее завести. Но ты же знаешь, у меня был установлен включатель батарей прямо в пепельнице. Зачем она нужна правоверному мусульманину? Курить – большой грех.

Сарсур поморщился. Затянувшийся монолог турка и то, что он отвлекался на вопросы, не касающиеся напрямую случившегося, раздражало его.

– Ты подошел к ним, и?.. – Араб уставился не мигая в лицо Абдуллаха.

– Говорю, зачем трогаете мою машину? – Турок сделал удивленное лицо, словно желая показать наглядно, как он выглядел в этот момент. – Один сказал: «Уйди, не мешай, да!» – и пистолет выхватил. Я-то знаю, что лишний шум мне не нужен, хотя всех бы положил. Побежал, но он выстрелил. Догонять они не стали. Все.

– Понятно, – Сарсур потер подбородок. – Рана серьезная?

– Нет, царапина.

– А что ты морщишься?

– Через калитку шел, задел забор, – Абдуллах посмотрел в сторону сада, за которым был запасной выход со двора.

– Машину вести можешь?

– Конечно, – Абдуллах встал. – Какой разговор?

– Тогда собирайся, сейчас поедем в одно место. Тебе точно не надо к врачу? – уточнил еще раз Сарсур, уже собираясь вернуться в дом, чтобы надеть пиджак.

– Нет, – турок оглядел себя и вздохнул: – Только надо переодеться.

Вскоре одноглазый чеченец открыл им ворота, и белый джип, выехав на дорогу, повернул в сторону Заводского района.

Абдуллах молчал. Рана действительно особо не мешала вести машину. Но могли возникнуть трудности, когда он будет пытаться выключить Сарсура. Несмотря на свои не особо выдающиеся физические данные, араб хорошо владел стрелковым оружием и ножом, мог постоять за себя в рукопашной схватке.

Вскоре Абдуллах заметил белую «Ниву», которая двигалась на значительном удалении позади них.

– Зачем туда едем? – больше для того, чтобы отвлечь хозяина от дороги, чем из любопытства, спросил он.

– Сытянов должен привезти мне кое-что, – уклончиво ответил Сарсур.

– Сейчас куда? – Оказавшись перед перекрестком, Абдуллах притормозил.

– Прямо, – сориентировавшись, скомандовал араб. – Через два дома повернешь направо. Там пустырь, а за ним мечеть. Проедешь мимо нее и остановишься возле новостройки.

Выполнив указания Сарсура, вскоре Абдуллах затормозил у армейского «уазика». Почти одновременно из него вышел уже знакомый ему майор Сытянов. Усевшись на заднее сиденье их джипа, военный заговорщицки поздоровался.

– Поехали, – скомандовал Сарсур.

– Куда? – Абдуллах растерялся. Он не рассчитывал, что в машине будет третий, да еще русский военный.

Тем временем «Нива» уже нагнала их и почти уперлась в задний бампер.

– А это еще кто? – посмотрев назад, испуганно протянул майор. – Ферзинд, ты меня что, подставить решил?

В это время Абдуллах выскочил из машины и, рванув на себя вторую дверцу, схватил араба здоровой рукой за пиджак.

Человек, чью волю он теперь должен был выполнить во имя спасения своей семьи, тоже не терял времени даром. Выбравшись из своего автомобиля, офицер спецназа подбежал к дверце майора.

– Абдуллах! – просипел Сарсур, которого турок тянул на себя за лацканы пиджака. – Что происходит?

Сытянов тем временем выхватил пистолет, но вместо того, чтобы стрелять в открывшего с его стороны дверцу военного, неожиданно бросил его на пол и поднял руки.

– Вот так встреча, майор!

– Вы?! – приходя в себя, прошептал Сытянов, узнав одного из военных, унизивших его в самолете при разгрузке продовольствия. – Ты что себе позволяешь?! – Он медленно опустил руки. – Да я тебя!

Договорить ему не дали. Через мгновение раздался звук рухнувшего на землю тела и вскрик. Военный проворно забрался на место майора, коротким и едва уловимым движением руки выключил араба и надел на его запястья наручники.

– Неси к моей машине! – скомандовал он Абдуллаху и толкнул на него обмякшее тело араба.

Подхватив его на плечо, Абдуллах понес своего хозяина к уже знакомому ему багажнику. Туда же загрузили и Сытянова. Его голова была в крови.

– Теперь только блокпосты без приключений проехать, и баста, – усевшись за руль, капитан весело подмигнул Абдуллаху.

Глава 15

Используя радиомаяк, один из которых предусмотрительно установил на машину предателя Малыш, и спутниковый телефон Антона, Лаврененко с большой точностью вывел группу к месту расположения бандитов.

Прапорщик уже вернулся в Курчалой и последние корректировки вносил прямо со двора комендатуры.

– От вас до них уже не больше ста метров на восток, – наконец проговорил он в трубку, когда группа оказалась на другой стороне трассы.

– Все, конец связи, – ответил ему Антон, лежа за стволом поваленного дерева. – Будем теперь искать их охранение.

Он убрал телефон и огляделся.

Позади него притаился в кустарнике Док. Справа Туман. Банкет ушел немного вперед. Татарина он не увидел, но знал, что тот где-то слева.

– Касается всех, – проговорил Антон в микрофон ПУ, – мешки оставляем здесь. Док!

– На связи…

– Работаешь со мной и Туманом.

Дождавшись, когда Ренат и Туман ответят «понял», он поставил задачу Банкету, с которым на этот раз в паре оказался Татарин. Они должны были обойти место расположения банды Азата с запада и на случай отхода боевиков в северном направлении устроить управляемое минное поле.

Спустя несколько минут, надежно спрятав рюкзаки, из которых предварительно извлекли восемь МОН-50 и радиовзрыватели, начали выдвижение.

Проводив взглядом Банкета, Антон дал команду Туману, чтобы тот перешел на другую сторону проселка, по которому боевики проехали к сараям. Дождавшись, когда майор перебежит заросшую травой и мелким кустарником дорогу со следами недавно проехавших машин, он на пару с Доком стал пробираться вдоль нее, стараясь контролировать Тумана, работающего без прикрытия. Видно его не было, лишь иногда мелькала между деревьями камуфлированная куртка или появлялось из зарослей кустарника лицо в зелено-коричневом «гриме», с повязанной на голове косынкой.

Антон шел первым. Прикрываемый Доком, пригибаясь, иногда и вовсе ползком, он практически без шума, метр за метром приближался к сараям. Судя по данным Джи-пи-эс-навигатора, до цели оставалось меньше пяти десятков метров. Впереди появились просветы между деревьями. Пройдя еще немного, Антон обернулся в сторону Дока и сделал знак рукой, означающий «стой, осмотрись», после чего слегка постучал ногтем по микрофону.

– Туман, – шаря глазами по кромке небольшой полянки, шепотом проговорил он. – Пройди вперед, осмотри заросли орешника на нашем направлении. Не нравятся они мне.

– Секунду, – в наушнике послышались едва различимые шорох и дыхание. Антон догадался, майор ищет место, с которого лучше видно противоположную сторону дороги. – Есть! – наконец послышался облегченный вздох. – Двое. Сидят спиной ко мне, значит, к тебе боком. Вооружены автоматами. Сильно расслабились. Давай из «винтореза» сниму?

– Опасно, – возразил Антон. – Слишком тихо, а до лагеря близко. Могут услышать. Лучше сориентируй, сами сделаем.

– Меня видишь?

Антон приподнялся и оглядел видимую часть дороги. Справа от нее из орешника показалась рука, одетая в беспалую перчатку.

– Вижу, – подтвердил Антон.

Туман пальцем указал направление:

– Тридцать метров…

Антон переполз к стволу бука, росшего чуть правее, и, прикрываясь им, медленно поднялся.

– Ни хрена, – с минуту вглядываясь туда, куда показывал Туман, едва слышно проговорил он. – Одна сплошная зеленая стена. Переходи на мою сторону. Я к тебе иду. Док, меняй Тумана!

Сзади раздался шорох. Антон обернулся. Док, высунувшись из травы у проселка, бросил по сторонам настороженный взгляд и перебежал его. То же самое сделал Туман, только в обратном направлении. Стараясь не выпустить майора из виду, Антон направился в его сторону.

– Вон они, голубки, – проговорил одними губами Туман, когда Антон опустился рядом с ним.

Наконец он увидел бандитов. О чем-то мирно беседуя, двое бородачей любовались красотами равнины, хорошо видимой с этого места. Антон вынул из нагрудного кармана нож. Медленно, буквально по сантиметрам, опасаясь даже поднимать взгляд, они стали приближаться к посту.

Вскоре голоса стали слышны отчетливей. Боевики общались на чеченском, но по отдельным фразам Антон понял, что речь идет о каком-то Биберте, который скоро умрет от оспы.