Отдохнув всего пять часов, я встал раньше продолжающей тихо-мирно посапывать викаэлки и сразу принялся за дела. До рассвета еще около трех часов, и я не думаю, что моя спутница проснется раньше, если судить по ее степени усталости. А чтобы быть точно в этом уверенным, кинул на нее плетение сна — перестраховаться никогда нелишне. А теперь-то можно и заняться моими магическими трофеями с места побоища. При Шинве такого не сделаешь, хотя бы что-нибудь из подобранного снаряжения караванной охраны она узнает, и тогда не избежать упреков, а оно мне надо?
Сначала я выложил на стол два защитных амулета средней сложности и силы. Первый представлял собой серебряную пластину, в которую вставили драгоценный камень и все это подвесили на тонкую цепочку из того же металла. Второй был выполнен из какого-то темного камня в виде вставшего на дыбы единорога с прозрачным рогом из магического кристалла, вешался он на кожаный шнурок, продевающийся в спускающуюся по спине гриву.
Пожалуй, начну с пластины, на вид там меньше всякой ерунды накручено. Подняв руку над амулетом, я стал пускать исследующие импульсы, переключившись на истинное зрение. По мере того как вложенные заклинания на мгновение активировались и тут же затухали, давая мне необходимую информацию, перед моими глазами представала полная картина возможностей изделия неизвестного мага. Неплохой специалист делал эту безделушку, до наших, конечно, далеко, но для аборигенов неплохо. Имеет собственный запас маны, правда, без функции пополнения. Защита от простых стрел и легкого метательного оружия, больше пяти одновременно не отклонит, но хоть что-то. Может прикрыть от простейших заклинаний, типа «порыва ветра», и подлечивать носителя при получении ран, подстраивается под ауру хозяина и не дается в руки никому другому, реагируя на чужака сильными разрядами. Личностной настройки амулета на владельца при создании не было, поэтому можно продавать спокойно. Отложив его в сторону, я занялся вторым.
Единорог оказался улучшенной версией пластины, все те же свойства, пусть и немного в другом исполнении, слегка усиленные, плюс к этому дается возможность владельцу амулета высвободить половину его силы в заклинании «испепеляющего света» (более сильная версия заклинания, которым я жег гулей), но для этого его надо держать в руке и направить рогом в нужную сторону. Ах да, еще создание сторожевой паутины радиусом на двадцать метров и постепенное наполнение хранилища силы, но проще отнести на зарядку магу, чем ждать, пока само восстановится. Судя по стилю и тонкости исполнения, это работа ушастых. Хотя личной привязки опять же нет. Повезло. С учетом дороговизны всех подобных вещиц можно хорошо на этом заработать.
Следующими на очереди оказались щит и кинжал, обычный пехотный щит круглой формы с шипом в середине, надевается на левую руку, зачарован на крепость защиту от ржавчины, в бою несильно отталкивает от себя оружие противника, емкость силы маленькая, но степенно восстанавливающаяся. Больше ничем не примечателен, нет даже защиты от воров, короче, бездарная поделка. То же самое можно сказать и про кинжал, единственная функция — причинять нестерпимую боль при ранении противника, хотя запас силы большой, но не восполняется сам. Если в щите хранилищем силы сделан он сам, что обуславливает и его малую емкость, то здесь используется небольшой рубин в конце рукояти. Его присутствие поднимает цену изделия в полтора раза.
Я кинул взгляд в затянутое прозрачной кожаной пленкой окно и с большим удивлением обнаружил, что утро почти наступило и скоро взойдет солнце. Вот это да! Заработался и не заметил, как три часа буквально пролетели. А ведь разобрался всего с четырьмя далеко не самыми сложными трофеями. Сняв с викаэлки наведенный сон, я убрал все со стола обратно в торбу. С остальным буду разбираться потом, без посторонних, и когда целый день можно будет посвятить только этому.
Тихо размяв тело, я вышел из номера. Пока Шинва не проснулась, нужно сделать еще одно дело. Несмотря на ранний час, трактирщик уже не спал, протирая столы в зале, а из кухни слышался шум готовки и потихоньку тянулись струйки аппетитных запахов. Кивнув на утреннее приветствие, я немного с ним поболтал на разные темы типа погоды и стоимости продуктов в самом начале теплого сезона, а потом озадачил проблемой с одеждой для моей спутницы и еще попросил достать швейный набор для починки еще живых штанов.
Всего один медяк да десять минут ожидания — и у меня в руках оказалось все требуемое, после чего я вернулся обратно в комнату, где застал забавнейшую картину. Шинва уже проснулась и встала, сейчас пытаясь решить проблему явного недостатка одежды на себе. Поддоспешная рубашка, остававшаяся на ней, была порвана и прорезана во множестве мест, еще и я ее немного покромсал при лечении, поэтому вид у нее теперь был самый что ни на есть непотребный. За ночь ситуация только ухудшилась, так как рубашка окончательно расползлась на лоскуты, не выдержав суровой правды жизни. Вот эти куски ткани Шинва и пыталась пристроить как перевязь для груди, но из-за неровности разрывов каждый раз в дыры проглядывало самое интересное, и повязку приходилось наматывать заново.
Неожиданное зрелище так меня захватило, что я продолжал стоять на пороге со свертком в руках до тех пор, пока воительница, наконец, не заметила меня. Осознав, что у нее появился зритель, она ойкнула и покраснела, кинувшись прикрывать грудь своим плащом.
— Поздно, — со вздохом сожаления проинформировал я, входя и прикрывая за собой дверь, — все интересное я уже хорошо рассмотрел, причем не один раз.
На мое заявление викаэлка только хмыкнула, хотя уши у нее тоже предательски заалели. Не став дальше развивать эту тему, кинул принесенный сверток на ее кровать.
— Здесь рубашка и иголки с нитками для починки штанов, если займешься сейчас, то как раз к завтраку успеешь все привести в нормальный вид.
— Спасибо. — Шинва схватила сверток, повернувшись ко мне голой спиной, развернула его и стала надевать на себя предложенную рубашку.
Так как трактирщик оказался мужиком очень даже объемистым, особенно в пузе, то по ширине рубаха пришлась почти впору. А вот длина подкачала и не доходила воительнице даже до пупка. Но викаэлка не растерялась и подвязала рубаху узлом так, чтобы ничего нигде не мешало.
Оставив свою спутницу разбираться с одеждой, я бухнулся на заскрипевшую кровать и, достав информационный кристалл, продолжил чтение раздела артефактов, который не изучил и наполовину, изредка бросая взгляды на викаэлку. Она сняла свои кожаные штаны, оставшись в коротких, до бедра, штанишках, сейчас сидела и зашивала все прорехи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
