Читаем без скачивания Коммандос из демиургов - Брутальная Старушка

Оборачиваюсь и вижу, по середины комнаты, стоит, слегка покачиваясь как былинка на ветру, до боли знакомая рожа папашки Ника.

- ***вырезано цензурой. Ты вообще охренел уже, фуфлыжник что ко мне в спальню ходишь как к себе домой? — от злости я стала "тыкать".

— Мое имя, Аркандиэл, но для тебя я просто Арк, ниалия, — ответил визитер, и мой нос почуял запах перегара.

— Да мне *вырезано цензурой* как тебя там зовут или ты сам приходишь, меня млять, интересует вопрос, чего ты, позорник, забыл у меня в спальне, да еще нажратый до сиреневых свиней?!

Демиург сверкнув глазами как новогодняя гирлянда, задал, ну совершенно дурацкий, вопрос:

— Почему ты предпочла его мне?

От неожиданности я растерялась и тупо переспросила:

— Кого его?

— Ну…этого, — гневно раздувая ноздри, проинформировали в ответ.

— Мать, а кого он имеет в виду? — завозилось любопытство.

— Я так все нервные клетки с тобой потеряю, — засопел недовольный мозг, разбуженный моими потугами понять, кого это тут незваный гость имеет в виду.

Видимо на моем лице отразилась такая нешуточная работа мысли, что Творец Миров поняв, что я не понимаю о чем он говорит, выплюнул сквозь зубы:

— С кем ты в гостинице развлекалась!

После этой фразы над его головой разверзся Ад.

— Ах ты, извращенец, ты еще за мной подглядывал? — пошла в наступление оскорбленная девичья честь.

— Да еще поди рукоблудствовал, эксгибиционист проклятый, — поддержало ее отвращение ко всяким подглядывающим и подслушивающим.

— Убью, — резюмировала моя кровожадность, — и впечатала кулак в идеальную скулу мерзавца. И понеслось…

Последний раз с таким упоением я дралась в детском саду, когда избила мальчика за то, что он сел на мой горшок посмотреть мою книжку. Меня колотило от бешенства, что в такой интимный во всех смыслах момент, какая-то любопытная тварь за мной наблюдала. Стоило мне чуть успокоиться, как пришло осознание — что луплю то я совсем не бесплотное тело, а вполне даже живого мужика. Меня накрыло второй волной.

— Ах ты сука, ты оказывается еще и охрану обошел, и залив глаза, ко мне явился права качать? После этих слов, синяков и ссадин у кого-то явно прибавилось.

Через какое то время осознала, что лежу в чем мать родила на демиурге, колочу ему по груди, а эта мразь с такой довольной рожей смотрит мне в глаза, что мне немедленно захотелось их выцарапать! Он просек мои намерения, и перехватив руку перед своей наглой мордой, поцеловал запястье с бешено бьющимся пульсом, и совершено трезвым голосом порадовал:

— Я не подсматривал за тобой, это было бы слишком больно, достаточно знания того, что ты с кем то другим.

Плюнув на стыдливость, я рывком вскочила, метнулась в ванную, бодренько нацепила боксеры и футболку с портретом нашего Президента (бабуля нахаляву оторвала на каком-то предвыборном митинге). Побрызгав лицо холодной водичкой, я вернулась на поле боя, и отчеканила:

— Я сплю с мужиками в двух случаях — если хочу мужчину, а он хочет меня, и если мне от него чего-то надо. Тебя я не захочу даже под расстрелом, и у тебя нет ничего такого, что мог бы мне предложить. Думаю, я удовлетворила твое весьма нездоровое любопытство, так что проваливай давай. И если ты еще хоть раз появишься в этом мире, я сообщу об этом Совету Демиургов и заставлю их признать мою победу.

— Даш, а может попробуем просто поговорить, без взаимных угроз? — на меня вопросительно уставилась копия Кота из мультика про Шрэка.

Вместо слов, я показала широко известный жест, и…отрубилась. Последнее что помню, иезуитскую улыбку довольного до соплей урода.

Первым делом как проснулась, проверила на мне ли пижамный ансамбль. Убедившись, что одежда на месте, прислушалась к своему телу — не совершили над ним насилия, пока я была в отключке. Исходя из сухости между ног и отсутствию приятной усталости в мышцах, ничего позорного не приключилось. Это радует, а вот что рядом со мной постель смята, весьма огорчает. Топаю в ванную сканировать себя на предмет засов и прочих отметок. Слава Богу ничего такого нет. Будем надеяться, Интернете не всплывут фотки и ролики с моей спящей мордой.

Думать о том, что все же было ночью и зачем вообще ко мне приходил демиург было некогда, в спальню ввалился Владыка и сообщил, что он с Сосискиным замучались меня ждать и если через три минуты не буду готова, они уйдут без меня. Пришлось галопом собираться. В впопыхах напялила тренировочные штаны, туфли на каблуках и свитер. Быстро накрасилась, нацепила кое-какие цацки. Глянула в зеркало — отшатнулась, но времени переодеваться не было. Надеюсь, у короля крепкие нервы.

Перед стартом, растолкала Ырка и дала ему кое-какое поручение. Кабану велела ждать штрафников, и если они прибудут до моего прихода, продовольствия не выдавать, в баню не пускать, и вообще оставить их за пределами лагеря. Лакнув в тихорца из предусмотрительно прихваченной с кухни бутылки с коньяком, приличный глоток, я закрыв глаза шагнула в раскрытый Драконом портал.

Открыв глаза, поняла, что мы находимся именно в святая святых дворца — королевской спальне (не забыть бы спросить Владыку откуда он знает ее координаты). На огромной кровати, трое прэлэстных вьюношей, подозрительно смахивающих на кудрявых ангелочков, в поте лица, трудились над достижением оргазма брюнеткой лет 30. На это вопиющее прелюбодеяние, с портрета равнодушно взирал румяный мужчина возраста моего папы. Только мой родитель предпочитал ходить в кепке, а этот дяденька в короне.

Стараясь не ржать, наша троица застыла на месте и с любопытством взирала на процесс наставления рогов венценосцу. Вскоре наигранные охи, вздохи мне порядком надоели, потому как со стороны было видно, что ребятки трудятся без огонька, а тетка усилено симулирует. Дождавшись когда она взгромоздится на одного из тружеников эротического фронта, я подкралась и, постучав ее по плечу, заговорщицким тоном поинтересовалась:

— А САМ то дома?

Глава 22

Лекция по истории Древнего Рима.

Преподаватель: "В Древнем Риме военачальники всячески приветствовали гомосексуальные связи между солдатами. Считалось, что воин, потерявший друга и любовника, в бою будет более свиреп, так как будет стараться отомстить за смерть товарища". Голос с задних рядов: "Га, значит, все римляне были обычным пидорами". Профессор, устало протирая стекла очков: "Молодой человек, я не советовал бы никому с ними встречаться, потому как они были не обычными пидорами, а натуральными боевыми педерастами".

(Похабный анекдот)

— Какое потрясающие млятство, практически на глазах у венценосца! — притворно потупившись, съехидничал пёс.

Его тут же поддержал тихо ржущий Дракон:

— Хоть бы портретик к стеночке отвернули!

Брюнетка, резко превратившаяся в помесь рыбы и совы, сделала попытку вскочить с несчастного парнишки. Мой сволочизм задушил её порыв на корню:

— Не дёргайся, а то, не ровен час, что-нибудь сократится в недрах организЬма, мальчонка застрянет, придёт король, и такой конфуз приключится.

Подпускаю в голос фальшивого участия и добавляю:

— Палач хоть профессионал или так, подрабатывает в свободное от основной работы время?

Но куда мерзкой составляющей характера простого обывателя до закалённых в эротических боях голубых кровей. После этой фразы мадам с тихим писком скатилась с любовника и, рывком завернувшись в одеяло, притворилась мёртвой. Её партнёр всем своим видом начал изображать статую (глаза закатились, лицо побелело), два остальных участника групповушки попытались слиться с простынёй.

Но нас таким гастролем не проймёшь! Сосискин, запрыгнув на сексодром, не спеша профланировал по одеревеневшей тушке трахаря-пахаря и, практически прижав свою носопырку к аристократическому клюву вьюноша, прорычал:

— Ты мне тут не симулируй, не на призывной комиссии, а отвечай, как нам пройти к мужу этой нимфоманки? Что молчишь? Как девок за титьки теребить, так все орлы, так все герои, а как ответить на простой вопрос или там Родине послужить, так все их бин больные?

Юный натуралист дёрнулся, как от разряда тока, побелел ещё больше, и на смену статуе пришло надгробие. Под его напарниками растеклись лужи. Супружница оказалась самой стойкой, у неё хватило сил проблеять:

— Вы от Него?

Сделав заговорщицкое лицо, многозначительно поднимаю глаза вверх, отвечаю:

— Хуже, мы от….

Мамзелька схватилась за свой пышный бюст и забыла, как дышать.

— Поимей совесть, ей же сейчас реанимация понадобиться, — зашипела женская солидарность.

— Отвали, я в летаргическом сне, — заявила поминаемая всуе, я же продолжала гнусно ухмыляться и прикидывать, над чем бы мне таким ещё поглумиться, уж больно ситуация пикантная.