— Итак, Джеймс передал эту книгу Джеффри в качестве подарка, — молвила Аврора, перечитывая слова своего прапрадеда.
— Мнимого подарка.
Аврора в изумлении подняла голову;
— Мнимого? Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, что это Джеймс был известным любителем соколов, а не Джеффри. Это его библиотека набита книгами об охотничьих птицах. А у Джеффри их не было ни одной, кроме этой.
— Теперь я понимаю, куда ты клонишь, — тряхнула головой Аврора. — Если бы кто-нибудь посторонний наткнулся на эту книгу и заинтересовался ее загадочным появлением в Морленде, то ему стоило бы только открыть обложку, как он увидел бы эту надпись. Этот человек подумал бы, что книга — подарок, и все подозрения, если они у него и были, вмиг рассеялись бы. — Перечитав еще раз надпись, Аврора озабоченно нахмурилась: — Удивляюсь, почему Джеймс выбрал именно эти слова. Они должны иметь какой-то смысл.
— Начнем с того, что здесь упомянуты все подсказки, связанные с великанами из твоей легенды о Тамаре, по которым мы нашли ящик Джеймса: «ключ», «карта», «великан». Очевидно, Джеймс уверен, что мы собрали в одно целое все необходимые части, — и мы это сделали.
— Но части чего? И к чему они приведут нас? Назад к Тамаре?
Джулиан нахмурился:
— Думаю, что нет. Я еще не знаю. Пока не знаю. Нам надо будет перечитать все, что мы разыскали, затем проштудировать всю эту книгу — строчку за строчкой и выяснить, не оставил ли Джеймс еще каких-нибудь особых подсказок. Ведь до сих пор мы прочитали только страницу, которую нашли в его ящике, еще две страницы и дарственную надпись в этой книге. Пока у нас не будет дополнительной информации, я не смогу выбрать правильное направление дальнейших поисков бриллианта.
— Черт побери! — взорвалась Аврора, вскакивая на ноги. — Неужели мы зашли так далеко только затем, чтобы все наши планы оказались разрушенными?!
— Ничего еще не разрушено. — Джулиан поднялся, положив книгу на край стола. Затем дотронулся рукой до плеча жены и нежно погладил его. — Рори, ты хотела стать искательницей приключений. Для этого тебе надо поупражняться в терпеливости. Никто, каким бы умным он ни был, не разгадал бы всю эту тайну сразу. Загадки, особенно такие сложные, как подобная, требуют времени для решения. Я думаю, мы проделали огромную работу, если учесть, что прошло всего лишь несколько дней.
Аврора вздохнула, расслабляясь под ласкающими руками мужа:
— Наверное, ты прав. У меня голова болит от раздумий и от этой бешеной гонки.
— Ну еще бы. — Джулиан ласково потер большими пальцами шею жены. — Ты знаешь, надо почаще отделять себя от своих приключений. Такая отстраненность дает некоторую объективность, перспективу, а это, в свою очередь, помогает найти верное решение. Но все заслоняется, как только чрезмерно окунаешься в свое расследование. Поверь мне — я все-таки занимаюсь подобными делами гораздо дольше тебя.
Он медленно и нежно провел рукой по ее затылку.
— Помнишь, я говорил тебе о картине, которую нашел во Франции? Мне пришлось умерить свое нетерпение и дождаться нужного момента — иначе бы все пропало. Сейчас мы в таком же положении. Это касается не только наших действий, но и наших мыслей. Неразгаданная тайна измотала нас за последние две недели, не говоря уж о том, что она вечно довлела над нашим прошлым. — Джулиан замолчал, потом прошептал хриплым голосом: — То, что нам сейчас нужно, так это на время отвлечься.
— Правда? — Губы Авроры дрогнули в улыбке. — Ты что-то можешь предложить?
— Хм-м-м. Конечно: всепоглощающие возбуждение и вдохновение — они потребуют полной отдачи всех наших сил, как духовных, так и физических, всех до последней капли.
— Звучит заманчиво… работа, наверное, будет напряженная. И что же это?
Джулиан недвусмысленно ухмыльнулся ей в ответ и разжал свои объятия, но только лишь затем, чтобы закрыть дверь в библиотеку.
— Это то самое, что ты обещала мне еще в карете по пути в Морленд. Или ты думаешь, что я забыл?
По его лицу было ясно видно, что он все помнит. Как, откровенно говоря, и тело Авроры — многозначительное напоминание Джулиана заставило заиграть ее кровь.
— Нет, думаю, что не забыл. — Она посмотрела на мужа долгим взглядом, к ней вернулось ее самообладание. Тем временем Джулиан снова заключил ее в свои объятия. — Просто я сомневаюсь, захочешь ли ты предаваться таким удовольствиям прямо здесь.
— Я готов предаваться таким удовольствиям с тобой где угодно, — шумно выдохнул Джулиан, целуя шею и затылок жены, — в том числе и в библиотеке.
— Я не имею в виду библиотеку, а говорю о Морленде. — Веки Авроры сомкнулись, ей с трудом удавалось собраться с мыслями, а тем более выражать их. — Ведь твои воспоминания об этом поместье не из разряда приятных.
— Да, это так. — Джулиан расстегнул ей платье и стянул его вместе с сорочкой. — Но в таком случае мы можем сотворить себе более приятные воспоминания, нет, даже не просто приятные — захватывающие.
Его губы нашли впадинку между ее грудей, потом скользнули ниже:
— Тебе хорошо?
С протяжным стоном Аврора сдалась. Она крепко схватила руки Джулиана и выгнулась, теснее прижимаясь к нему.
— Да!
— Отлично. — Он наклонился, прильнув к ее грудям, втягивая ртом тугие, набухшие соски и лаская их. Аврора закусила губу, с трудом сдерживая крик.
— Не кричи, — предупредил ее хриплым шепотом муж. — Совершенно ни к чему, чтобы сюда прибежал Тайер. Думаю, что он не в состоянии выдержать это зрелище, если вдруг сломает дверь библиотеки. — Сказав это, Джулиан еще ниже наклонил голову, продолжая свою восхитительную пытку.
— Джулиан, — всхлипнув, проговорила Аврора, держась за его плечи. Казалось, прошел целый год, а не день, с тех пор как они наслаждались близостью друг друга.
Джулиан подхватил ее на руки.
— На ковре или на диване? — хрипло спросил он и сам себе ответил: — И там, и там.
Он опустил жену на диван и стащил с нее белье. Аврора осталась совсем без одежды и была восхитительна в своей наготе.
— Ты потрясающе выглядишь. — Джулиан встал коленями на ковер, подтянул ее к краю софы и раздвинул плечами ее бедра. — Помни — ни звука, — еще раз предупредил он.
Затем он склонил голову и прижался губами к ее лону. Аврора схватила подушку и прижала ее ко рту, чтобы приглушить рвавшийся из груди крик. Пальцы Джулиана стиснули бедра жены, раскрыли шире ее плоть, которую неистово ласкал его язык, мгновенно доводя ее до высшей точки возбуждения. Бедра Авроры подались вперед, стремясь навстречу острым ощущениям и к тому, кто их вызывал.
Джулиан просунул руки под ее ягодицы, приподнял и плотно прижал к себе. Ритм его ласк резко возрос, разжигая в ней сладостный огонь. Волна острого наслаждения, разрывала тело Авроры на сотни кусочков…
