– Что? – стянув повязку посмотрела на возмущенного наставника.
– Мы не нюх открываем, а видение, иначе безлунные ночи придётся ждать ещё месяц. Ты на грани, не приведи боги видение откроется днём, сразу ослепнешь. Дыши ртом.
Я ошалело слушала в принципе справедливую отповедь, Ларс никогда ничего не делал просто так. И я была благодарна, что он увёл меня в горы. Если бы слух открылся в городе я бы спятила. Лисехвост нахмурился и сорвался с места.
– Жди здесь.
Да куда я денусь. Поёрзав на жёсткой земле, села удобней, прикрыла глаза и полностью открыв слух слушала музыку ветра. Лёгкие порывы трепали волосы, проносились над кронами деревьев, едва задевая верхушки. Массы воздуха ухали в ущелье, и перекатываясь огромными волнами устремлялись к морю. Моё сознание скользило за ними и в какой-то момент показалось, что я вижу движение воздуха. Тёплые волны от земли поднимались вверх и смешиваясь с холодным, спускающимся с горных вершин образовывали прозрачные завихрения. Ноздри затрепетали почувствовав солёный запах моря и я увидела как со стороны города к горам движется ответный воздушный поток, и в месте их встречи от смешения влаги и температур образуется туман, накрывая предместья и медленно наползая на склоны.
Подняв взгляд, я еле удержала концентрацию, хотя сердце заколотилось от охватившего восторга. Я видела Ашентри, будто город был у самого склона. Каждую башню, поднимающуюся из тумана, каждый этаж, потухшие и светящиеся окна, огни на мостах и переходах, Яркое сияние дворцов на вершинах башен, утопающие в свете фонарей сады. Меня словно магнитом тянуло рассматривать всё больше и больше деталей, вдруг ставших неимоверно чёткими.
Почувствовав болезненный укол в затылок, зажмурилась и затрясла головой, прогоняя наваждение. Не помогало, боль просто разламывала голову, вызывая головокружение и тошноту, не выдержав застонала и почувствовала, как Ларс надел на уши повязку.
Когда звуки исчезли стало легче, но не намного.
– Спасибо.
Мужчина принялся что-то писать когтем на моём бедре и я с удивлением прочла: "Не открывай глаза, дыши ртом"
Когда я боле менее оклемалась и хотела открыть глаза, Ларс тут же стянул повязку с ушей и натянул так, что она плотно прижала веки.
– Жить надоело? – гаркнул так, что я невольно вздрогнула и сжалась, кожей ощущая ярость наставника. – Или у тебя есть запасные мозги? Я что сказал? Не пытаться видеть пока не отключишь полностью обоняние и слух. Ты каким местом думала?
– Наверно тем, на котором сижу.
Лисехвост задохнулся от гнева, а потом рассмеялся.
– Если можешь шутить, значит не весь мозг спалила, – сказал уже спокойно и сел рядом. – Не делай больше так. До вечера повязку не снимай, и вот.
Он взял мою ладонь и сунул в неё что-то мелкое и мягкое, похожее на резиновые шарики.
– Сунь в нос, будет мерзко, но ты заслужила. Если ещё и нюх откроешь так же внезапно, останешься безмозглой идиоткой.
Я послушно вставила шарики в ноздри. Было не то чтобы мерзко, просто очень некомфортно, но даже мысли не было ослушаться. Потерплю, всё лучше чем спалить мозги. И вдруг почувствовала, резкое движение мужчины. Он вскочил, поднял меня на руки с стал спускаться с горы, хмыкнув над самым ухом.
– Давно я девиц на руках не носил.
– Поставь, сама дойду.
– Не дури, ещё расшибёшься на скалах или откроется чувствование, не знаю что будет хуже. Хоть замуровывай тебя в пещеру.
– Не надо в пещеру, – перепугалась я не на шутку.
– Дома посидишь, покараулишь подругу. Сам доложу печь, а Эмита спроважу на пару дней, чтобы не нервировать Милисенту. Не дай бог сбежит девчонка, ты же следом увяжешься.
Ларс скользил по склону с такой лёгкостью, что я расслабилась.
– У тебя очень пластичная психика. Твой ментор проделал хорошую работу. Но это плохо, ты слишком быстро открываешься.
От его слов я вздрогнула, пошатнув нас обоих и он чуть не упал.
– Ты можешь не дёргаться?
– Почему быстро плохо?
– А сама не понимаешь? Мозгу нужно время на выстраивание новых нейронных связей. Хотя...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он замолчал. Я насторожилась.
– Говори, что за манера заинтриговать и потом молчать.
Мужчина усмехнулся.
– Интересно, если ты сейчас прыгнешь между мирами, после пересборки тела новая нейросеть зафиксируется?
Он резко остановился, развернулся и сорвался на бег. Воздух засвистел в ушах. Ветви хлестали по его рукам и моему лицу и я испугалась не на шутку, поняв, что он удаляется от дома.
– Ты что задумал?
– А тебе самой не интересно проверить?
– Твою догадку?
– Да.
– Ты в курсе, что я не контролирую дар?
– Всё получится.
Он резко затормозил, нас качнуло, но Ларс устоял и я услышала как под его ногами зашуршали камни, осыпаясь вниз с высокого обрыва, и не успела вцепиться в сумасшедшего лисехвоста, как он разжал руки и я полетела в бездну.
Приходить в сознание было больно.
– Слава богу ты очнулась.
Меня бережно приподняли и я почувствовала, как ещё кто-то, находящийся в комнате, перестилает на кровати простыни.
– Рик? – узнав голос любимого, вскинула руки и вцепилась в его свитер. – Это ты? Почему я ничего не вижу?
– Потому что на твоих глазах повязка.
– Всё, клади её обратно.
– Сорин?
– Это я, ваша светлость.
Я повернула голову на звук родного голоса. Меня бережно опустили на кровать и укрыли прохладной простынёй.
– Не отпускай, – я ещё сильней вцепилась, в любимого. – Иначе меня опять выдернет обратно.
– Тише, – я почувствовала как он наклонился и поцеловал в лоб. – Никуда ты не денешься, побудешь дома пока не поправишься.
– Но как? Уй!
Почувствовав укол в плечо, зашипела от боли. Это явно не прививка.
– Всё хорошо, спи.
Рик не пытался отстраниться или отцепить от себя мои руки, они сами ослабли и упали вдоль онемевшего тела, и я блаженно вздохнула, как же хорошо когда ничего не болит.
Следующее пробуждение было просто чудесным. Ничего не болело, никакие повязки не давили на глаза и вообще я чувствовала себя прекрасно. Только радость длилась всего пару мгновений. До тех пор, пока не поняла, что лежу на мягком матрасе, заменяющем нормальную ковать в доме на склоне горы. На кухне Милисента готовила что-то умопомрачительно вкусное, потому что мясное, Ларс с Эмитом тренировались у своего дома, чтобы не нервировать девушку. Она разделывала топориком куриную тушку на куски, а парни не самоубийцы, находиться рядом, когда у неё в руках холодное оружие.
Рывком сев, я потёрла глаза. Нет, окружающая обстановка не мерещится. Выходит Рик мне привиделся? Или всё-таки опасения Ларса сбылись и я спалила мозги?
Услышав, как я сворачиваю одеяло и матрас из кухни вышла эльфийка и расплылась в счастливой улыбке.
– Нира, слава богу!
Она бросилась из дома, выбежала на террасу и закричала.
– Ларс! Она очнулась.
Звон мечей сразу прекратился и я услышала как оба мужчины несутся вниз по склону. Ворвались в дом, застряв вдвоём в дверях. Бледный, с кругами усталости под глазами, весь взъёрошенный Ларс впился в меня виноватым взглядом, пихнул смущённого Эмита, в два шага оказался рядом и сграбастал в объятия.
– Прости меня дурак, – и уткнулся лбом в мой лоб, закрывая глаза.
И меня буквально обожгло его чувством вины.
– Так, – я облизнула пересохшие губы. – Для начала руки убери.
Лисехвост отшатнулся, выпуская меня из объятий и делая пару шагов назад.
– Вот выпей, у тебя организм совершенно обезвожен, – подошедшая Милисента сунула мне в ладони огромную кружку с травяным отваром.
Но я продолжала смотреть на Ларса.
– Скотина! Ты бросил меня с обрыва.
– Да, – мужчина даже не думал отпираться, прожигая меня взглядом. – И ты прыгнула.
Я судорожно вдохнула. Выходит Рик мне не привиделся? И расчёт Ларса оправдался – мой дар активизируется в экстремально стрессовых ситуациях на максимальном выплеске адреналина. Вся злость разом испарилась.
