— Скоро приедем, Игорь Александрович.
— Да, спасибо. Вы предупредили их о нашем приезде, Геннадий Михайлович?
— Да, разумеется. Думаю, почта работает уже надёжно.
— Вы не отправили своего курьера? — удивился Бурлаков.
— Да. Решил, что неофициальная форма будет эффективнее.
— Что ж, возможно, вы и правы. Как я понимаю, вон тот поворот?
— Да. Вы неплохо ориентируетесь, Игорь Александрович.
— Я посмотрел карту. А в Сопротивлении… — Бурлаков усмехнулся, — Да, ориентированию я тоже там научился.
Пересекая границу имения, Старцев дал гудок.
— Вряд ли услышат, но надо же поздороваться, — улыбнулся он в ответ на вопросительный взгляд Бурлакова.
Фредди был в слесарне, когда туда влетели с вытаращенными глазами Том и Джерри.
— Русская машина едет!
Фредди кивнул, и они так же стремительно выскочили во двор. Значит, они приехали. Генни и профессор. Что ж, поглядим…
… Появление почтальона произвело лёгкий переполох и здорово озадачило их с Джонни. Рыжий веснушчатый парнишка вручил им письмо, попросил повесить на границе у своего поворота ящик, чтобы ему не мотаться лишнего, и уехал. А они остались стоять посреди двора. Собравшиеся поглазеть на почтальона разошлись по своим делам, и только Марк крутился неподалёку. Под его взглядом Джонатан вскрыл конверт, быстро пробежал глазами по одинокому листку и поднял голову. Марк рванулся к ним и замер в нескольких шагах.
— Нет, Марк, — покачал головой Джонатан, — это не от отца.
Марк попятился, повернулся и убежал. Когда они привезли Монти, то в общей суматохе и беготне он сунул Марку письмо Ларри, бросив на ходу:
— Держи. Это тебе от отца. Письмо.
Письмо Ларри допоздна рассматривали и изучали на кухне. И так же теперь они с Джонни рассматривали и перечитывали незамысловатый текст. Что Генни приедет со специалистом-экспертом, профессором истории, девятнадцатого октября. Им на подготовку оставалось двое суток. Хотя, что там готовиться? Перенести всю эту… дребедень из тайника в сейф. Что они и сделали вчера вечером.
— С крестом придётся проститься, Фредди, — Джонни вертел крест, любуясь рубинами.
— Мы на это пошли сами, — пожал он плечами. — Если только крестом обойдётся…
— Будем надеяться, — кивнул Джонни…
…И вот, значит, приехали. Фредди вытер руки тряпкой, швырнул её на верстак и вышел во двор.
Посреди двора машина, та самая, на которой прошлый раз приезжал Генни, рядом с машиной Джонни, военный… Генни и высокий седой старик в штатском. Профессор. Ну что ж, ставки сделаны, играем.
— Добрый день.
— Здравствуйте.
— Фредерик Трейси.
— Очень приятно, профессор Бурлаков.
— Можно, Фредди.
— Хорошо.
— Пройдём в дом, — Джонатан радушным жестом хозяина приглашает гостей.
На предложение коктейля с дороги Бурлаков ответил отказом.
— Я думаю, что дело в первую очередь. Для ленча поздно, для обеда рано.
— Резонно, — согласился Джонатан, сдвигая бар.
Бурлаков деликатно отвёл взгляд и изучал книжные полки, пока Джонатан и Фредди выкладывали на стол предназначенное ими для осмотра.
— Пожалуйста, профессор, — позвал Джонатан.
— Да, конечно, — Бурлаков оторвался от книг и подошёл к столу. — У вас найдётся лупа?
Фредди молча вытащил из кармана и положил на стол лупу. Бурлаков таким же молчаливым кивком поблагодарил его.
Он рассматривал вещи долго, очень тщательно. И молча. И как ни вглядывался Фредди, так и не мог догадаться, о чём думает этот старик с молодыми блестящими глазами странного тёмно-серого цвета. Однако же и выдержка у старика! Ни на золото, ни на камни душа у него не горит, а видно, что толк понимает. Не так, как Ларри, по-другому, но понимает.
Крест с рубинами Бурлаков взял в руки в последнюю очередь, осмотрел так же тщательно, как и всё остальное. И наконец улыбнулся.
— И что же вас смущает?
— Но, Игорь Александрович…
Вопрос и ответ прозвучали по-русски, но Джонатан перевёл дыхание, а Фредди позволил себе переступить с ноги на ногу.
— Могу вас, — Бурлаков перешёл на английский, — успокоить. Все вещи, безусловно, ценны, но… ни одной, подлежащей конфискации, нет.
— И вы можете выписать… документ? — медленно, очень осторожно спросил Джонатан.
— Да. Я имею такие полномочия. Вы позволите? Геннадий Михайлович, разрешите…
Из потёртого обшарпанного портфеля Бурлаков достал бланк и стал быстро заполнять его, изредка поглядывая на расставленные на столе вещи и занося их в перечень.
— Геннадий Михайлович, вы подпишите от администрации?
— Да, разумеется.
— Вот и всё. Если вы выставите эти вещи на продажу, то акт снимет … возможные трудности.
— Благодарю, — Джонатан бережно принял акт.
— Игорь Александрович, — улыбнулся Старцев, — может, вы нам расскажете об этом, — он показал на бокалы. — Чьи это гербы.
— Охотно, — кивнул Бурлаков. — Гербы подлинные. Это немецкие княжества четырёхсотлетней давности примерно. Династии угасли где-то двести пятьдесят, двести лет назад. Но для более детальной атрибуции и сертификата обратитесь в соответствующие структуры.
— Ну, понятно, — кивнул Фредди.
Он помог Джонатану убрать вещи в сейф. Акт Джонатан положил в папку с документами на имение. Теперь бар на место, и Джонатан взялся за бутылки.
— Ну, теперь-то вы от коктейля не откажетесь, — он улыбнулся, протягивая Бурлакову и Старцеву по высокому стакану.
— Не откажусь, — ответно улыбнулся Бурлаков. — Так что же вас всё-таки смущало?
— В кресте? — Старцев неловко потоптался, пожал плечами. — Ну, размеры, пожалуй. Я принял его за наперсный крест, — последние слова он произнёс по-русски, но тут же перевёл сам себя на английский, — нагрудный крест священника.
— Меня тоже это… смутило, — кивнул Джонатан. — Я никогда не видел раньше такого.
— У православного священника крест украшен иконками, — улыбнулся Бурлаков. — Зайдёте когда-нибудь в церковь, обратите внимание. И немного другие пропорции. Нет, не беспокойтесь. Вещей русского происхождения здесь нет. Немецкая и французская работа, шкатулка с венецианской мозаикой… музейных вещей нет, а если они были чьей-то собственностью, личной, то… — он пожал плечами, — через суд, гражданским иском. Я так полагаю.
Старцев кивнул.
— Ну, это совсем другая проблема, — хмыкнул Фредди.
И сразу столкнулся с внимательным внутренне напряжённым взглядом профессора.
— Идёмте, я вам покажу имение, — предложил Джонатан. — А потом пообедаем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
