грязным и в крови. И это тоже очень многое говорило о его настоящем желании иметь со мной хоть какие-то дела.
– Тогда почему ты сражаешься за меня?
– Не за тебя, а за себя, Иззи. Ты сама пожелала стать моей парой. Теперь ты моя.
Я вспыхнула. В других обстоятельствах это можно было посчитать романтичным, но в случае с Дэем это означало, что я теперь его багаж, пока смерть не разлучит нас.
– Ты можешь передумать.
Теперь он посмотрел на меня волком. Да, я видела все это, потому что управлять собственным даром становилось все проще и проще, когда рядом был Дэй. Я даже не сильно заглядывала в будущее. Разве что на секунду-две.
– И стать изгоем среди джайо.
– Земля большая.
– Я. Никуда. Не. Уеду, – процедил он сквозь зубы, а затем вдруг вальяжно развалился на кровати, прошелся пламенным взглядом по моей фигуре: – Но если ты такая противница насилия, можешь стать моей сегодня ночью. Всех это устроит, и я не приму завтра ни одного вызова.
Теперь я не просто вспыхнула, запылала вся, но на этот раз от гнева и возмущения.
– Хочешь сделать меня виноватой? – я сжала кулаки, борясь с желанием наброситься на него и от души поколотить. Добавить, раз ему мало было на том «ринге».
– Предлагаю тебе единственное решение проблемы, – он посмотрел на меня серьезно и похлопал ладонью по покрывалу рядом с собой.
А меня всю перетряхнуло от этого жеста, и от осознания того, что нужно сделать. Точнее, почему это нужно сделать. Если отбросить его ужасный характер, Дэй меня будоражил, возбуждал, привлекал, и я бы могла… Нет, не могла! По крайней мере, не так. Мне не нравилось делать это из чувства долга. И не нравилось, что он тоже будет делать это из чувства долга.
– Это не единственное решение, – я сложила руки на груди, оставаясь на ногах и не подвинувшись в его сторону ни на миллиметр.
Дэй нахмурился, пробуравил меня взглядом и прорычал:
– И думать об этом забудь. Либо мы становимся парой по-настоящему, либо ты и дальше наслаждаешься сражениями вервольфов. Все просто.
– Да пусть тебя хоть на части разорвут, самоуверенное животное! – выплюнула я и плюхнулась на другую сторону постели, благо она была достаточно большой, чтобы даже не сталкиваться друг с другом во время сна. Повернулась к нему спиной.
– На это тоже можешь не надеяться, – услышала позади, но только плечами пожала. Невыносимый волк! Сараси говорила, что вервольфы вызывают Дэя на поединки, потому что он не сумел меня соблазнить. Так он даже не пытается. По-моему, он делает все для того, чтобы меня еще больше от него отвернуло. А может, у него просто настолько мерзкий характер, что он не может по-другому. Не знает как!
Несмотря на то, что меня трясло от гнева, в сон я провалилась быстро и спала на удивление крепко, а когда проснулась, «благоверного» снова не было рядом. Это разозлило меня снова, и я решила не тратить день на бессмысленное наблюдение за тем, как Дэю пытаются перегрызть глотку. Победит – молодец! Проиграет, так ему и надо!
Вместо круга, где проходили бои, я сказала пришедшей Сараси, что желаю тренировать собственный дар. Рассказала ей о том, что рядом с Дэем у меня получается видеть. Правда, тут же с раздражением выслушала, что это только доказывает нашу парность. Очевидно, Сараси ждала, когда же нас накроет неземной любовью, но этого не происходило. Тем не менее она согласилась помочь с освоением моих способностей.
Это было настолько непросто, что в какой-то момент я действительно и думать забыла про то, что где-то Дэй отстаивает собственное право на истинность с верховной жрицей. Смысл упражнений состоял в том, чтобы сидеть на одном месте и «включать-выключать» мое волшебное виденье. Выяснилось, что сейчас мой дар зависит от эмоций. Поэтому я могу видеть, когда злюсь или когда волнуюсь. В общем, рядом с Дэем я испытываю весь спектр чувств, и это получается проще. Рядом с Сараси я спокойна, и это делать сложнее. Но жрица считала, что контроль – это не про эмоции, вот мы и тренировались.
К середине дня я вся взмокла, будто пара раз обежала остров по кругу, хотя все время сидела на месте, и устала. Поэтому Сараси отправила меня в поселение за едой. На мой вопрос, как я доберусь, ответила, что дорога туда прямая, а я теперь вижу многое. Такая «добрая» женщина! Неудивительно, что она легко влилась в стаи джайо.
С прямой дорогой она меня не обманула, да и ходила я здесь уже множество раз, с тех пор как попала на остров. Могла бы найти поселение вслепую, но отныне я использовала дар, можно сказать, совмещала собственное чутье, слух и виденье. Все было спокойно, я почти пришла, как тут заросли растения, похожего на камыш, раздвинулись и на дорожку выпрыгнула бывшая пара Дэя.
Она до боли вцепилась в мне в волосы, заплетенные в косу, и быстрым нечеловеческим движением подтянула к себе.
– Тебе это нравится, тварь? – прорычала Юмали мне в лицо. Я когда-то посчитала ее красивой? Сейчас ее черты исказились, обнажая звериную суть. – Нравится, что братья убивают друг друга из-за тебя?!
Глава 23
Я моргнула и поняла, что никто не сжимает мое горло, я по-прежнему стою на дорожке, застыв в шаге. Сердце колотится как безумное, а дыхание сбилось. Но на меня никто не напал. Пока что.
Когда быстро зашуршали заросли, я была готова. Действовала на инстинктах. Быстро выставила руки вперед и рявкнула:
– Не делай того, о чем потом сильно пожалеешь!
Чем застала разозленную волчицу врасплох. Она замерла, как птица-фета в свете фар резко притормозившего авто.
– Чем грозит нападение на жрицу? – добила я. Сама я этого не знала, но подозревала, что ничем хорошим.
Глаза Юмали лихорадочно забегали, объемная грудь вздымалась и опадала, но кулаки она опустила и рассерженно поджала губы.
– Я тебе ничего не сделала, жрица, – ответила она.
– И не сделаешь, – властно кивнула я. Не знаю, откуда во мне взялась эта уверенность и желание держаться именно так, по-королевски, но на Юмали это удивительнейшим образом подействовало. Она испугалась. Настолько испугалась, что язык от страха проглотила. Пришлось ее подтолкнуть: – Говори, что там с братьями.
Глаза волчицы окончательно вытаращились, она
