Мой источник бунтовал. В моей голове всплывали образы-картинки, которые истолковать иначе как слова «вернись обратно» было нельзя. В замке Нурменгард, прежде чем уснуть, я попытался разобраться с новой «особенностью» самого себя. Никогда прежде я не слышал, что магический источник обладает сознанием. Когда я уснул, мне приснился Перси, который звал меня на помощь. Я видел, что ему сильно больно. Я проснулся в холодном поту. И взглянув в окно я увидел, что ночь ещё не наступила, потом заметил рядом с собой Гермиону, которая сосредоточенно сидела за книгой.
— Герм, — позвал я её. Она отвлеклась от своей работы и посмотрела на меня с вопросом в глазах. После чего я рассказал ей, про свой сон, и в конце своей истории сказал, — С завтрашнего дня мы начинаем сборы в Империю.
Глава 9
Глава 9.
Новость о моём скором отбытии Гриндевальд воспринял крайне негативно. Он не хотел меня слышать и слушать, всеми путями пытаясь навязать своё мнение, которое было, как он считал, единственно верным. Прежде, чем покинуть его кабинет, я сказал ему, что мне его разрешение не нужно и я зашёл к нему, чтобы поставить в известность. Закрывая дверь, почувствовал, как с другой стороны в неё что-то прилетело. Крик Гриндевальда был хорошо слышен и, когда я обратил внимание на волшебников, которые выстроились рядом с его кабинетом, то заметил их взгляд, не сулящий мне ничего хорошего.
В тот день от Темного лорда не шарахался разве что только больной на голову. Любому, кто выходил из его кабинета, приходилось бежать за успокаивающим зельем. Когда Снейп увидел, что его запас успокаивающего подходит к концу, он быстро узнал после кого настроение у их предводителя упало ниже плинтуса. После чего он вместе с Малфоем и Ноттом отправился ко мне на разговор.
— Мистер Уизли, наша новая знаменитость! — вместо приветствия начал Снейп, заходя в мой рабочий кабинет. Я выпросил себе рабочее помещение, когда места в спальне перестало хватать. С большим облегчением я вздохнул, когда стопки книг и исписанного пергамента исчезли из моей спальни.
Я посмотрел в его сторону и не сразу понял, что ко мне заявилась делегация недовольных магов. Переводя взгляд с одного на другого, я задал самый предсказуемый вопрос.
— Чем обязан, господа?
— Рональд, — обратился ко мне Драко, не дав Снейпу и дальше вести разговор, — до нас дошли слухи, что после того как ты вышел из кабинета Милорда, у него резко ухудшилось настроение. Не мог бы ты рассказать, что между вами произошло? И есть ли возможность сбавить напряжение, возникшее между вами?!
Я не собирался делать из этого тайну и рассказал им, что собираюсь переместиться в Империю. Новость их не обрадовала, это можно было прочитать на их лицах не применяя легилименцию.
— Как долго ты собираешься пробыть в Империи? — спросил Драко.
— Не знаю. Всё зависит от результатов поиска брата и племянника. А что? — задал я ответный вопрос.
Драко тяжело вздохнул и попросил разрешения присесть.
— Рональд, буду откровенным с тобой. Если раньше только Гриндевальд имел на тебя одному ему известные планы, то, после последнего сражения, у Делакуров всё изменилось. Ты слишком громко заявил о себе. Малькольм Варун и Шан Лу были очень сильными магами. И победив обоих с такой легкостью я, — и Драко посмотрев в сторону Нотта, который ему кивнул, — и Теодор очень хотим, чтобы ты вошёл в наши ударные отряды. Бойцы, вернувшиеся с того сражения, рассказывают своим семьям о тебе. Твоя популярность растёт в геометрической прогрессии.
— И? Мне то что с этого? — спросил я.
— Ну как же! — поучительным тоном заговорил Малфой. — Ты заявил о себе, как о сильнейшем волшебнике, и когда ты нас покинешь боевой дух наших сторонников пошатнётся. И я согласен с Гриндевальдом, твой поступок похож на детское ребячество.
Я слушал этого павлина и с трудом сдержался, не заорать на него сразу же. Посчитав до десяти, я медленно прошипел:
— Малфой, а ты часом не ох@ел? Когда ты успел записать меня в гриффиндорцы?! Ты сам себя слышишь? Ты только что озвучил тему, так хорошо воспеваемую Дамблдором! Ещё скажи мне, как он это любил говорить: «Рон, мальчик мой, твоя жертва послужит ради всеобщего блага»!!! — В конце этой фразы я уже просто кричал на него. Сделав глубокий вдох, я продолжил. — Я покидаю замок! По поводу возвращения, я вам повторяю, как решу дела рода, так и вернусь. На крайний случай, выдайте мне порт-ключ, и, если надо будет, я приду на помощь.
Драко хотел снова мне что-то сказать, но был перебит Ноттом.
— Рон, я не со всеми словами согласен, что сказал Драко, но зерно здравой мысли он озвучил правильно.
— Нотт, лучше молчи, — и сделал жест рукой, будто отмахнулся от него, как от назойливой мухи, и видя, что он начинает краснеть, продолжил, — тебе пятый десяток лет, а ты до сих пор не научился окклюменции. Я прекрасно знаю, о чём ты думал в момент сражения. Чтоб вы все понимали, мне абсолютно насрать на ваше мнение. У всех, кроме пока что Снейпа, есть на меня корыстные планы. Вы с чего-то решили, что раз мне четырнадцать лет, то легко сможете прижать меня к ногтю. Не вышло, теперь я хочу знать, что вы предпримите дальше.
В комнате наступила гнетущая тишина. Никто из этой троицы не желал смотреть мне в глаза, тогда как я специально не сводил с них глаз. Первым решил заговорить Снейп, который ещё не успел оконфузиться в разговоре со мной.
— Ладно, раз у нас не получится переубедить Вас, мистер Уизли, — вскинув бровь в своей излюбленной манере, — то я предлагаю выработать план и использовать Ваше отбытие по полной. — И уже обращаясь к Малфою и Нотту, продолжил: — Я не думаю, что Уизли покинет наши ряды столь быстро, как рассчитывает. Думаю, милорд снова сможет предложить ему, то от чего он не сможет отказаться. А мы это время должны использовать, чтобы подготовить население и выдать им информацию под правильным углом.
— Хорошо, — откликнулся Малфой. — Звучит как план. Предлагаю переместиться ко мне в кабинет и там продолжим.
— А чем вам стал плох мой кабинет? — спросил я. — Вы все равно собираетесь обсуждать планы на меня. Мне интересно послушать чем вы попытаетесь меня озадачить.
— Знаешь, Рональд, — начал говорить Теодор, — я не собираюсь извиняться перед тобой за свои мысли во время сражения, и ты всё верно сказал, мне уже пятый десяток, но МОИ ЩИТЫ ОККЛЮМЕНЦИИ, не
