— Знаешь, что я подумала? — прошептала она. — Такая глупость в голову пришла… Если бы сейчас нас увидела наша классная руководительница, она бы сказала: «Ну, я же говорила, что Краснова станет падшей женщиной! Вот же вам доказательство! То один ее обнимает, то другой! И ведь каждый вечер!»
Она смеялась, но ему-то казалось, что она совсем не смеется, а плачет. Просто у нее смех давно перепутался со слезами. И так, что уже невозможно отличить одно от другого.
— Мне пора, — вздохнул он. — Ты мне позвони, если что-то понадобится. Или просто захочешь увидеть… Я телефон-то тебе не забыл дать?
— Нет…
— Это хорошо. Звони в любое время суток, Мышонок. Ладно?
Она кивнула. Он чмокнул ее в щеку.
Пока спускался по лестнице, он столько мыслей успел передумать, что сам удивился. И даже какое-то обращение составил — самому Богу. «Ты, Господи, конечно, можешь давать счастье кому угодно. Даже этим дурехам недоделанным. Но если ты нашу девочку так и оставишь…»
Он уже подходил к машине, когда мысли его безжалостно прервали.
— Скажите, вы тут живете?
Все еще погруженный в составление такой важной петиции, он машинально кивнул.
— Понимаете, я ищу одну девушку… Она живет в этом доме.
Майк поднял глаза и остолбенел.
— Ни фига себе, — вырвалось у него.
Парень невольно отшатнулся, приняв фразу на свой счет.
— Простите…
— То есть ты ищешь какую-то девушку, — задумчиво проговорил Майк, думая при этом, что парень поразительно похож на молодого Кинга.
— Да, — кивнул он. — Такая худенькая, в джинсах, с длинными каштановыми волосами…
— Таких толпы ходят, — заметил Майк.
— Ее зовут Анной, — сказал мальчик, явно впадая в отчаяние. — Я бы прошел по квартирам, но…
— Анной. Одну знаю. Анну. Худенькая, в джинсах, с длинными каштановыми волосами.
«Правда, я бы не стал так настаивать на ее юном возрасте… Но она же выглядит как девчонка…»
— Попробуй, — сказал он. — Верхний этаж. Квартира тридцать.
— Спасибо большое, — обрадовался парень.
— Да не стоит благодарности…
Майк проводил его взглядом, а потом посмотрел в небо.
— Однако быстро ты реагируешь, Господи, — пробормотал он. — Я даже не успел закончить мое обращение, а Ты уже…
Впрочем, может быть, он ошибается? Может быть, этот парень ищет совсем не Мышку и сходство с Кингом — чисто внешнее? Теперь ведь таких, с хайрами, много…
Но так хотелось верить, что чудеса иногда происходят.
— Уж если мне хочется, так что же о Мышке говорить? Он завел машину, некоторое время посидел, глядя на входную дверь. Парень не возвращался.
«Значит, именно Мышонка он искал», — успокоился Майк и тронул машину с места.
На секунду он снова остановился, оглянулся. «А если это не то? — родился в его голове вопрос. — Если…»
Он, впрочем, тут же прогнал подозрения. Качнул головой, рассмеялся и прошептал:
— Если Мышка так верит в своего Бога, то вряд ли Он ей «кузю» подкинет… И глаза у парнишки хорошие… Молод, правда, очень. Но все равно — Бог, как говорится, в помощь…
* * *
Она не могла понять сейчас до конца — чего в ней больше… Грусти? Или теплой благодарности Богу за то, что рядом с ней есть эти люди?
Потом она вспомнила про Лизу. Может быть, ей позвонить? Попросить о встрече? Попытаться убедить ее, что Майк любит ее, просто всем свойственно ошибаться… Объяснить ей, что в человеке есть темный клочок ада, можно назвать это как угодно, но иногда случается беда… Она вспомнила, сколько времени она сама из-за этого вот клочка ада потеряла, пребывая в оцепенении, обиде, — Бог мой! Да как же это было глупо, глупо… Сколько времени они могли бы быть вместе? И возможно, все вообще сложилось бы иначе?
— Если бы я побежала за ним, плюнув на этот спектакль…
Она уже сделала шаг к телефону, потому что на одну секунду ее пронзил страх — а вдруг такое повторится теперь с Майком? А вдруг только она может это остановить?
Жизнь ведь так часто состоит из повторений, как будто Бог снова и снова проигрывает тебе ситуации, чтобы ты постарался найти выход…
В дверь позвонили. Звонок был робкий, неуверенный. Сначала она решила — это Майк что-то забыл или хочет еще что-то сказать ей. Она открыла дверь и замерла.
— Здравствуйте, — услышала она сквозь туман сознания, потому что сначала ей показалось, что на пороге стоит Кинг. И только спустя секунду она пришла в себя. Конечно, она была удивлена, увидев на пороге этого мальчика.
— Здравствуйте, — проговорила она.
Он стоял, переминаясь с ноги на ногу. Отчаянно краснел и пытался смотреть в другую сторону, точно боялся увидеть в ее глазах насмешку.
— Я… Помните, мы с вами говорили…
— Помнится, мы были на «ты», — засмеялась она. — Проходи… Как ты нашел меня?
— Дом ты показала сама, а квартиру… Какой-то дядька подсказал…
— Ага, — кивнула она. — На серебристой машине.
— Ну да…
Он все еще стоял на пороге, неуверенный, нерешительный, и в ее сердце родилась нежность. «Наверное, моему сыну…»
Впрочем, одернула она себя, сын их был бы все-таки моложе…
— Проходи же, — сказала она и удивилась, почему эта фраза получилась шепотом.
Он наконец поднял глаза и улыбнулся.
— Ты правда не сердишься?
— За что я должна сердиться?
— За то, что я пришел…
— Нет, — рассмеялась она. — Просто немного странно… Я почти месяц жила отшельницей. И вдруг моя квартира чудесным образом стала напоминать «площадь Дам»…
— Какую площадь?
— Это такая была площадь в Амстердаме… Туда приезжали хиппи со всех уголков мира… А у нас была квартира. Недалеко отсюда… И туда тоже приезжали хиппи, поэтому ее так назвали. Туда можно было прийти в любое время дня и ночи — все равно… Если тебе плохо или ты просто устал.
Она увлеклась…
Так всегда — стоит только вспомнить голоса из прошлого, как ты забываешь, где ты, в каком времени.
— Ее уже нет, — вздохнула она. — Проходи же… Мы стоим на пороге, а это довольно глупо… Ведь не затем же ты меня искал, чтобы постоять у меня на пороге?
— Нет, — сказал он очень серьезно. — Не для этого… Я просто хотел поговорить с тобой.
Она рассмеялась и, втащив его в квартиру, закрыла дверь.
— Знаешь, — сказала она, — почему-то у меня такое чувство, что, если бы я не приложила немного физических усилий, мы там бы и стояли. Почему ты так боишься меня?
— Я не боюсь, — возразил он. — Просто… Это ведь странно, что я сюда пришел. И вдруг тебе это совсем не нравится?
— Тогда бы не приходил, — усмехнулась она. — Но ты ведь…
— А я не мог. Я все время думал о… том нашем разговоре. И вдруг осознал, что мне обязательно надо с тобой еще поговорить. Потому что ты странная. То есть не в том смысле, что…
