её требования!»
– Да, Лара, я помню, что мы с тобой как-то о кошках уже говорили. Но я вот уточнила у своей знакомой, так она сказала, что беременным кошек дома ТОЧНО держать нельзя! Это же очень вредно! В них же эта… токсоплазма!
На заднем плане Понев согласно кивал головой, полностью поддерживая матушку, а Амик и Рысь с недоумением рассматривали женщину, которая говорит такие глупости.
Лара глубоко и с наслаждением вздохнула и расправила плечи, предвкушая приятный разговор.
Понев, уже знакомый с привычками своей супруги и уловивший, что сейчас тут станет слишком жарко, насторожился, а потом почему-то странно пригнулся и чуть не на цыпочках удалился в глубь квартиры.
Анастасия Понева на исчезновение сына не обратила никакого внимания. Она вещала о том, что от кошек нужно немедленно избавиться! И, вообще, теперь она сама будет следить за режимом и питанием своей невестки, чтобы её внук родился во всех отношениях идеальным, а не таким, как Настя!
– Значится так… от кого, когда и зачем я буду избавляться, я решу сама! Нет, токсоплазмоза у моих кошек нет! Откуда я могу знать? Уважаемая, анализ на это делается! Я сделала и теперь точно это знаю! Более того, ДАЖЕ если он есть, заразиться им можно, только если вы содержимое кошачьего лотка будете не убирать, а хранить в тёплом месте трое суток: это особенность цикла развития токсоплазм, и только потом перебирать это всё голыми руками! Я не знаю, как вы, но я такого точно делать не собираюсь!
Картина, описанная Ларой, заставила Поневу содрогнуться, а про подобные анализы она и слыхом не слышала.
– Волосы стричь и красить я буду столько, сколько сочту нужным, да и на маникюр ходить! Мой режим и питание – не ваша проблема, тем более что питание и режим Николая были спорными: у него давление и постоянные головные боли, особенно когда он ложится подремать днём или вечером! И да… я видела вашу старшую внучку и ничего плохого про неё сказать не могу, а вам с вашими взглядами на идеальность и близко не позволю так измываться над моим ребёнком!
От подобного хамства Понева-старшая застыла, но лишь на секунду! Почему-то, услышав про беременность невестки, она моментально утратила всё уважительное к ней отношение, низведя её до положения, в котором когда-то пребывала беременная Ирина. Получилось, что она – Понева – опытная, мудрая и разумная женщина, а Лара – глупая девчонка, которой и деваться-то теперь некуда!
Ларино контрнаступление матушку Понева несколько отрезвило, но не совсем: очень уж она прониклась ролью идеальной бабушки, воспитывающей абсолютно идеального во всём внука и делающей всё именно так, как она это видит!
«А что? Лара бизнесом будет заниматься, ей некогда, Коля – на работе, а я – вот она! Так что всё будет, как я решу!» – настраивала она себя.
Сейчас выяснилось, что сама Лара представляет будущее абсолютно не так и вообще не собирается позволять Поневой выбирать, как им жить.
Они активно «беседовали» и не обратили внимания, как Амадей насторожился и куда-то заторопился, покинув место дискуссии, ну, то есть поле битвы. За Амиком метнулась и Рысь – интересно же!
– Ты чего? – поинтересовалась она, догнав кота в коридоре.
– Мышь… по-моему ему нехорошо! – объяснил Амик.
– Да с чего ты взял? Гляди, как шустро бежит к лотку! – оценила Рысь перемещения Понева к туалету.
– Он уже несколько раз туда бегал, – наблюдательный Амик всегда краем глаза отслеживал перемещения своего мыша. – И его сегодняшний тайный корм пах не очень-то…
– Так зачем же он его ел? Да ещё и тебя прогнал, когда ты хотел этот корм унести!
– Я поэтому и хотел его убрать, ну, спрятать куда-нибудь, чтобы он стал пахнуть совсем плохо. Тогда бы и мышь учуял. Только он жадный – не дал! Ещё и ругался на меня, вот чудной мышь!
Понев вышел из очень нужного места с превеликим сомнением. Ему бы там поселиться… Только вот в прихожей продолжалась словесная баталия, и он очень опасался, что мать или Лара начнут уточнять, где он. Если найдут забаррикадировавшимся в туалете, начнётся такой кошмар, что и думать страшно! Тем более что проклятый кот может приволочь им пакет с остатками пирогов. Он сегодня их уже таскал – хотел украсть!
– Ой, что бууудееет, что бууудееет! – простонал Понев, ощущая две противоположные вещи: полное обессиливание и стремление галопом вернуться обратно в нужное ему помещение!
– Это были они! – вздохнул он через некоторое время, добравшись всё-таки до кровати. – Пироги! Гречка с отварной индейкой, которые я ел на завтрак были свежими, только приготовленными. Лапша с курицей и котлеты на пару с овощами на обед тоже. Это точно пирооогииии!
– Бедный мышь! – переживал ответственный Амадей. – Давай его полечим, что ли…
– Да он не дастся! – убеждённо фыркнула Рысь.
– А он уснул. Гляди-ка, они там так мяукаются громко, а наш мышь спит! Жалко же его! Пошли, только потихоньку.
Понев не проснулся, когда к нему прильнули два тёплых кошачьих лекаря. Он, свернувшийся калачиком и обхвативший руками многострадальный живот, спал и видел во сне летящие к нему злобные пирожки, каждый из которых разевал пасть, полную острых зубов, и норовил его куснуть.
Через несколько минут пирогов во сне стало поменьше, потом ещё поменьше, а потом они и вовсе исчезли так же, как и боль…
– Понев! Ты куда делся? – Лариса, отправив восвояси морально разбитую в пух и прах свекровь, вдруг живо заинтересовалась отсутствием супруга.
Заглянув в гостиную, она мгновенно унюхала запах Поневских пирогов – так у неё обострилось обоняние из-за беременности, а уже потом, поискав, узрела крохотный бумажный уголок, выглядывающий из глубин диванно-кресельной границы.
– Детский сад! Понев! Ну, что за… фууууу… пахнет как-то странновато! Он что, ЭТО ел? Понев, ты, вообще, жив?
Лара нашла Понева, завернувшегося в шёлковое покрывало и безмятежно спящего. На нём сверху возлежал Амадей, а правый бок курировала Рысь, успокаивая встревоженную и возмущённую Поневскую печень.
– Вот удивительно как… Коты и то его поняли и пожалели, эх, ты… Понев! Когда же ты сам-то что-то начнёшь осознавать в жизни, – тихо пробормотала Лариса, прикрывая за собой дверь.
Она брезгливо осмотрела пакет с пирогами, выкинула его в мусор, долго отмывала руки – всё ей казалось, что от пальцев пахнет, а потом отправилась в гостевую комнату.
– Где-то здесь я прятала подарок с набором для вязания… Кто-то подарил, а я почему-то оставила… Надо бы поучиться. Говорят, что это очень успокаивает нервы, да и вообще явно чрезвычайно полезное занятие!
Она представила себя в удобном кресле, с малышом в кроватке, с Амиком и рысью рядом, с вязанием в руках.
– А Понев? – уточнило её воображение. – Его куда приткнём? Или того…
