Читаем без скачивания Дом с черной лентой - Алексей Викторович Макеев

смотреть не мог на все эти машины, его мучили кошмары. Пришлось продать все и уехать в другой город. Он признался, что буквально месяц назад купил в Иванове квартиру и решил вложить деньги в ювелирный бизнес. Но еще не определился, где покупать помещение под салон.

Альбина Марковна удрученно рассматривала свои ухоженные ноготки, а Викентий тем временем задал следующий вопрос:

– Вы сказали, что у этого Дениса была весьма непримечательная, заурядная внешность. А подробнее его можете описать?

– Да, конечно. – Женщина кивнула и, на секунду задумавшись, нарисовала полный внешний портрет афериста. – Как видите, в нем нет никаких особенно притягательных для женщин примет. Понимаете, Вик… – Она чуть понизила голос, и ее слова стали звучать несколько доверительней, чем предыдущие. – Можно я буду называть вас Виком? – улыбнулась она Соловьеву.

– Да, пожалуйста, если вам так удобнее, – несколько уныло согласился Викентий, который давно уже привык к такому фамильярному обращению со стороны дам.

– Понимаете, Вик, женщинам моего возраста уже неинтересны смазливые юнцы или красавцы с рекламных роликов. Нет, конечно же, есть и такие мадам, которым и в шестьдесят лет подавай молоденьких мачос. Но в основном нам, женщинам за сорок, хочется надежности и стабильности во всем, в том числе и в отношениях. Но вы сами понимаете, что сейчас очень сложно встретить таких мужчин, на которых можно положиться. Я имею в виду одиноких мужчин, – уточнила Альбина Марковна. – Все хорошие партии всегда почему-то оказываются занятыми, – вздохнула она и замолчала.

– Вы хотели сказать… – тактично напомнил ей Викентий.

– Ах да, – вышла из задумчивости Сиротина. – Я к чему все это хотела сказать? Денис – он был как раз из породы надежных. Вернее, он таким мне представлялся. Вел себя как истинный джентльмен, был корректен, учтив, обаятелен… Впрочем, я опять повторяюсь. Никогда не могла бы подумать о себе как о глупой курице, которая поведется на развод. Всегда считала, что запросто смогу распознать в мужчине алчного альфонса или мошенника. Но, как видно, ошиблась, – огорченно вздохнула она.

– Не стоит так себя корить, – попробовал утешить женщину Викентий. – Вы ведь не могли знать, что вам попадется такой хороший актер…

– Актер? – удивленно посмотрела на корреспондента Альбина Марковна. – Знаете, а ведь вы правы. Он действительно оказался прекрасным актером. Так перевоплотиться может не всякий.

Альбина Марковна приободрилась и, доверительно положив мягкую и полноватую ладонь на руку Викентия, сказала:

– Ведь я и откликнулась на вашу статью, потому что очень уж описанный вами случай похож на мой собственный. Бедную девочку он так охмурил, что она готова была не только миллион отдать, а жизнью пожертвовать ради спасения любимого. А они знакомы-то были всего неделю, как я поняла. Меня этот Денис, или как его там, тоже очаровал буквально за пару дней. Наверное, это какие-то особые флюиды, – немного подумав, заявила она. – Как в «Парфюмере». Вы читали «Парфюмера» Патрика Зюскинда?

– Нет, не пришлось, – признался Викентий.

– Почитайте обязательно, – по-матерински наставительно похлопала его по руке Альбина Марковна. – Я, например, вполне даже допускаю такой вариант, когда от некоторых мужчин исходит нечто вроде особого мускусного запаха, который привлекает женщин, и они от него теряют остатки разума. – Последовал очередной вздох, и Альбина Марковна стала прощаться: – Мне нужно бежать, уж простите меня, дела.

Викентий галантно распрощался с женщиной, только что руку ей не поцеловал, а когда она удалилась, пробормотал, глядя вслед:

– Флюиды, флюиды… Глупости это все и женские штучки. Удобная отмазка не показать собственную глупость и не пасть в собственных глазах. И ничего больше!

4

Полковник Главного управления МВД России Лев Иванович Гуров пребывал в последние дни июня в прекрасном настроении. Несмотря на то что работы было невпроворот, он выполнял ее легко и даже с некоторым задором и удовольствием. Правда, какое уж может быть удовольствие в поимке очередного преступного элемента! Однако последнее их с Крячко дело хотя и было сложным, но обошлось без драматических погонь и особо кровавых моментов задержания. Преступников, а вернее, целую группу наркоторговцев удалось найти буквально по горячим следам – за пару дней. И хотя обычно задержания подозреваемых, связанных со сбытом и покупкой наркотиков, происходили в перестрелках, никто на этот раз в них не стрелял и они тоже ни в кого даже ни разу не стрельнули.

Генерал Орлов, начальник Гурова и Станислава Крячко, похвалил их за оперативность и пообещал в начале июля отправить в двухнедельный отпуск. Что было уже само по себе удивительным. Обычно летними отпусками Петр Николаевич не раскидывался так вот запросто. Летом работы оперативникам всегда было больше, чем, например, зимой или осенью.

– Вы, ребята, сильно не радуйтесь, – предупредил их Орлов, когда, выслушав доклад об аресте подозреваемых, на радостях пообещал им отпуск. – Вижу я, как у вас глазки заблестели и мечтательность во взоре образовалась. Отпуск я вам даю чисто теоретически, пока окно в графике отпусков образовалось. Может случиться так, что неожиданно появится какое-нибудь срочное дело, в котором мне без вас ну никак не обойтись… – Последовала многозначительная пауза. – И тогда срок отпуска будет зависеть от вашего энтузиазма, с которым вы захотите побыстрее с этим срочным делом разобраться.

Орлов замолчал, походил по кабинету, хитро косясь на подчиненных и наблюдая их реакцию, а потом продолжил свою мысль.

– Вот правильно вы сейчас реагируете, – усмехнулся он. – У хороших оперативников эмоции на лице отражаться не должны. У вас правильное отношение к словам начальства, а значит…

– А значит, Петр, заканчивай издеваться и говори прямо – будет нам отпуск или нет, – не вытерпел Лев Иванович.

Орлов был для Гурова и Крячко не только начальником, но и другом уже много лет, поэтому в отсутствие других подчиненных они могли называть его по имени и даже делать ему замечания, если он вдруг становился слишком уж ехидным или занудным по отношению к ним.

– Лева, я вам и объясняю, что сие зависит не от меня, а от обстоятельств, – хитро улыбнулся генерал. – Так что, если вдруг что-то пойдет не по плану, прошу на меня всех собак не вешать, а подчиниться этим самым обстоятельствам. Договорились? – миролюбивым тоном закончил он.

Крячко молчал и, опустив голову, только улыбался, а Лев Иванович и вовсе не стал отвечать на вопрос начальника, а в свою очередь спросил:

– Мы уже можем идти?

– Идите, – позволил Орлов. – Ступайте и надейтесь на фортуну.

– Хм, а что нам еще остается, – пробормотал себе под нос Крячко. – Не обязательно тогда было и обещать…

– Станислав, чего ты там себе шепчешь? – поинтересовался Петр Николаевич.

– Это я