- Вы имеете ввиду заигрывание лорда Хьюго с бандитами? – скептически поинтересовался Минзи.
- Судя по товарообороту и кое-каким просмотренным мной ранее отчётам, я почти уверен, что лорд Хьюго с причмокиванием отсасывает у Повелителя нежити, а половина восточных лордов уже заменена на «копии-марионетки». Вторая же половина продалась врагу с потрохами, - в грубой манере ответил Эрго.
Представителю Ассамблеи такой ответ не понравился. По мнению Минзи, он указывал на то, что майор всё же действительно свихнулся. Ища поддержки, он повернулся к Владимиру и тут же отпрянул. Румяного, вечно чем-то недовольного исследователя более не было. Глаза Ректора буквально излучали силу, а сам он вмиг стал тяжелее и старше.
- Есть что-то, что мы должны знать до того, как прибудем в город? – поинтересовался Ректор у Эрго.
Майор вопросу обрадовался.
- Всё это время я держу активным поле определения, - убрав с лица свою обычную надменную улыбочку, серьёзно заговорил Эрго. – Минут десять назад нас галопом обогнал всадник, точнее всадница. Её ауру я узнал - леди Анита Антри - текущая фаворитка императора. Женщина, с появлением которой возле с Граама II многое в Империи начало стремительно меняться. Кто-то даже шутит, что у неё между ног находится подчинивший Граама артефакт. Расслабьтесь, мы её не догоним, ведь её лошадь - нежить с практически бесконечной выносливостью.
- Нежить? Вы шутите? И что леди Анита забыла в Лемарине? – возмутился Минзи.
- Что забыла? Думаю, она хочет убить всех жителей в городе, после чего выкрасть труп своей «сестрички», - ответил Эрго, словно речь шла о том, что есть и пить на запланированном пикнике.
- Вы сумасшедший! – охнул координатор, после чего, ища поддержки, повернулся к Владимиру. Однако реакция Ректора была необычной. Он, казалось, стал ещё серьёзней, погрузившись в глубокую задумчивость.
- А вот это положительно интересно! – воскликнул майор и на ходу, распахнув дверцу экипажа, закричал кучеру и охране сопровождения.
- Стоп! Остановить экипаж!
Не дождавшись полной остановки, мужчина выпрыгнул из транспорта и побежал по мощёной дороге в сторону, откуда они ехали.
Быстро настигая экипаж и его охрану, по дороге рысью ехала группа из семерых всадников. Маша руками и крича, Эрго настойчиво требовал их внимания:
- Стойте! Остановитесь! Есть важный разговор!
Увидев, что приближающиеся всадники прекрасно экипированы и при оружии, конная охрана экипажа перестроилась и выдвинулась вперёд.
Приняв решение, всадники остановили коней, не доскакав до Эрго считанные метры.
Внимательно оглядев вооружённый отряд, майор, обращаясь к выехавшему вперёд неприметному человеку, произнёс:
- Эта неживая сука в любом случае будет в городе значительно раньше вас. У нас тут два пробуждённых, и я думаю, нам лучше объединиться…
Всадники были удивлены и это было то удивление, когда совершенно незнакомый вам человек рассказывает вдруг всю вашу подноготную:
- Ах да, меня зовут Эрго Минорес… - улыбнувшись и поправив свою синюю мантию, произнёс майор.
***
«Империя – это бюрократия, помноженная на идеологию и авторитет правителя», - переложив очередную бумагу, на которой он только что поставил подпись, Евгений вспомнил брошенное когда-то отцом изречение.
Изречение ему не нравилось. Подобные определения на его взгляд были опасны тем, что они обманчиво превращали сложные, многогранные и не до конца понятные самим «шестерёнкам» механизмы во что-то ясное и простое.
И всё же часть про бюрократию, похоже, если и не являлась истиной в последней инстанции, то очень к истине приближалась.
Последние дни подполковник принимал множество единоличных решений, если не сказать, раздавал приказы направо и налево. Раздавал так, что им следовали, а когда он подозревал, что могли не последовать, прямым текстом предупреждал, что в случае неисполнения отправит саботажника на виселицу.
Ситуация требовала жёсткости, ибо произошла без пяти минут катастрофа. Нежить разбили лишь в Гирбурге, части оборонявшие Освадор и Лидорг потерпели не сокрушительное, но поражение. И пусть были приняты меры по эвакуации, это не исключило жертв среди мирного населения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Спалив города, потрёпанная нежить объединилась в один большой отряд, который неторопливо полз к Эрандору – городу при Лабиринте цветущей лилии. Туда же стягивались остатки Императорского корпуса, силы Гильдии авантюристов и собранные союзными лордами войска. Нежить будет разбита, это лишь вопрос времени, однако работа по минимизации урона активно велась уже сейчас.
Бумажная же работа проистекала из того, что каждый отданный приказ или принятое решение приходилось подкреплять формальной бумагой, которую после размножат и отправят минимум в три инстанции. Зачем это нужно? Чтобы не подставиться. Ибо, если бумаги не будет, то запросто могут обвинить в самоуправстве и превышении служебных полномочий, а если бумага есть, то вроде-бы работает не сам подполковник, а отлаженный имперский механизм.
И сейчас у Евгения возникло ощущение, что он не столько занимается бумажной работой, сколько совершает ритуал по ублажению «бога бюрократии».
С улицы, преодолев стёкла двойного окна, донеслись крики, при этом кричали так, словно кого-то убивали. Победив желание встать и подойти к окну, подполковник взял новый чистый лист и принялся заполнять его аккуратным убористым почерком.
Крики за окном повторились.
«Да что там творится то?» - недовольно подумал мужчина, усилием воли заставив себя остаться на месте.
У входа в здание стоит пара вооружённых дежурных, в случае каких-либо эксцессов они разберутся.
Внезапно дверь его кабинета распахнулась. Евгений напрягся, невольно активировав «поле определения». На пороге, держа в руке окровавленный палаш, стоял один из тех самых дежурных. При этом глаза его были абсолютно безумны:
- Сер, в городе нежить! Много нежити! Цепная волна!
- Что? Высший вампир? – вскочил из-за стола подполковник.
- Не похоже сер, тугая она и глаза мутные, - растерянно сообщил дежурный.
Высших вампиров боялись не только из-за их почти легендарной скорости и силы. Такие вампиры способны были инициировать так называемую «цепную волну», когда созданное вампиром умертвление, убивая свою жертву, создавало новое умертвление. Как несложно догадаться, явление нередко имело свойство геометрической прогрессии.
Радовало лишь то, что у такой «цепной волны» имелось два естественных стопора. Первый – сила самого, начавшего волну вампира. Второй же - пирамидальная иерархия, а именно, спустя примерно сутки своего существования, девяносто девять процентов умертвлений «усыхали», в живых же оставались лишь те, кто породил наибольшее количество собратьев, да и то, если это позволял вампир.
При этом определить «почерк» высшего вампира было несложно, ведь умертвления заметно отличались от обычной нежити. Они были значительно умнее, а глаза их сохраняли человеческий вид, приобретая, впрочем, красноватый оттенок.
Схватив со сойки у двери свою адамантовую саблю, Евгений бросился по лестнице вниз. Спустившись, подполковник обнаружил, что сотрудники Особого управления повели себя грамотно: быстро сформировав заслон, они не пускали нежить в здание.
На улице тем временем царила паника. Вспыхнув буквально минуту назад, она неумолимо набирала силу. Появившаяся со стороны городской площади нежить бросалась на прохожих и, пользуясь своей нечеловеческой силой, убивала. Увы, но данный - деловой район города с его людностью и расположенными на первых этажах зданий магазинчиками, играл мертвецам на руку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Отдав на дверях пару коротких указаний, Евгений метнулся в ближайшее помещение первого этажа, из окна которого с ужасом узрел, как задушенная мертвецом женщина почти сразу начала подниматься на ноги.
Также успел он разглядеть и полностью классическое для обычной нежити поведение.
