– Благодарю вас, Лукас, – тихо сказала она. – Лукас, мне очень жаль.
– Да, я понимаю. Однако, Николь, поверьте, насчет меня вы заблуждаетесь. Но я хочу, чтобы вы сами это поняли. Уже далеко за полночь, и вам нужно отдохнуть. Я постучу к вам в восемь, и мы спустимся вниз на завтрак. Может быть, вы пожелаете прокатиться на Джульетте.
Застрявший в горле комок не давал ей говорить, поэтому она только кивнула и вышла. Оказавшись в своей комнате, она посмотрела на эту дурацкую тарелку с ягодами и отшвырнула ее в сторону, так что та ударилась о стену и разбилась, забрызгав все вокруг сливками.
– Точно так же поступила бы эта ужасная миссис Пейн, – пробормотала она, глядя на испачканные стену и ковер.
Потом она забралась в кровать, спрятала лицо в воротник рубашки Лукаса, чтобы ощущать его милый, такой пьянящий запах… и разрыдалась.
Глава 17
Лукаса разбудили еще до рассвета, принеся письмо, адресованное мистеру Пейну. Помедлив секунду, он сломал печать без герба, догадываясь, что произошло нечто важное, раз Раф послал человека в такую даль.
Поблагодарив хозяина гостиницы и закрыв за ним дверь, он подошел к окну, небо за которым только начинало светлеть, и достал из конверта единственный листок. Он быстро пробежал глазами текст, затем внимательно перечитал еще раз и только потом бросил в огонь.
Его камердинер был бы поражен, если бы увидел, как скоро он умылся и оделся, выбрав куртку свободного покроя для верховой езды, наскоро повязал свежий шейный платок и, даже не поглядев в зеркало, натянул сапоги.
Торопливо пригладив взъерошенные после сна волосы, он подошел к двери в смежную комнату.
– Николь, я иду! – постучав, крикнул он. – Нам нужно срочно ехать.
Он думал, что застанет ее еще в кровати, но она уже стояла рядом в расстегнутой куртке своей амазонки, из-под которой виднелась белая рубашка, и закалывала волосы.
Лукас застыл на месте, с радостным восхищением глядя на юную прелестную женщину, которая этой ночью стала его женщиной, хотя сама не соглашалась это признать. И, несмотря на то, что будущее их было неизвестно, он уже считал себя счастливейшим человеком в мире.
– Выходит, я не ошиблась, – вынув изо рта шпильку, объяснила Николь. – Меня разбудил конский топот, и когда я открыла окно и выглянула во двор, мне показалось, что звали мистера Пейна. Я сразу стала одеваться. А вам лучше было бы причесаться, – с легкой улыбкой заметила она.
Лукасу понравилось, что она нисколько не испугалась, но из-за спешки он решил отложить поцелуи и похвалы на потом. Любопытно, что ей даже в голову не приходило, что один он быстрее добрался бы до Лондона, а ее мог оставить на попечение человека Рафа, который доставил бы ее домой.
Впрочем, он сам только что додумался до этого разумного решения, но сразу от него отмахнулся.
– Раф отправил нам навстречу свою коляску со свежими лошадьми. В этот час дорога на Дувр будет заполнена людьми и повозками. Мы сэкономим время, если оставим свои вещи в моей карете, а сами поедем до первого постоялого двора. Не знаю, как он узнал, но марш на Вестминстерский мост назначен на сегодняшний вечер, а нас отделяют от Лондона больше пятидесяти миль.
Она быстро кивнула, ловко прикрепив к волосам головной убор в виде кивера.
– Понятно. Вам нужно вернуться в город вовремя, чтобы успеть предотвратить этот марш, – сказала она, потянувшись за перчатками. – Прикажите седлать лошадей, я сейчас буду. Да! Как вы думаете, вы сможете достать для меня обычное седло? Мы домчимся быстрее, если мне не придется ехать по незнакомой местности, сидя боком.
В ответ на эту просьбу он мог задать ей много вопросов, но не стал.
– Я посмотрю, что можно сделать. Николь, у вас всего пять минут. Жаль, конечно, что мы не успеем позавтракать, но можем перекусить, когда доберемся до Линстеда, то есть сократим путь на добрых двадцать миль. Потом уже можно будет не так торопиться. А ваша Джульетта продержится?
– До сих пор мы с ней не преодолевали за один раз такое расстояние. Но думаю, она справится, должна справиться.
Времени у них было в обрез, и все-таки он привлек ее к себе и обрадовался, как она сразу потянулась к нему и закинула руки на шею. Губы их слились в поцелуе, и они замерли на несколько секунд, набираясь друг от друга силы и решимости.
– Вы готовы? – спросил он, когда она мягко отстранилась.
Прерывисто вздохнув, она кивнула и спросила:
– А мне нельзя с вами в «Сломанное колесо»?
Он покачал головой:
– Вам и сейчас не следовало бы ехать со мной.
– Но ведь вы не оставите меня здесь?
– Нет. – Он пристально смотрел в ее глаза, надеясь, что она понимает: он ответил не только на этот ее вопрос. – Я никогда вас не оставлю.
Глаза у нее потемнели от прилива чувств, но она только сказала, что встретится с ним на конюшне.
Через пять минут, когда Лукас наблюдал за тем, как на кобылу Николь водружают поношенное седло, купленное им втридорога, к нему подошел хозяин и спросил, не ошибся ли он при оплате счета за услуги.
Глядя в светившееся робкой надеждой круглое лицо, Лукас ответил, что нет, не ошибся, вручая деньги, и хозяин просиял улыбкой:
– Хорошо провели ночь, сэр? Господь любит женщин, какими бы они ни были, если они знают, как подарить мужу счастливую ночь.
Лукас догадался, что спровоцировал эту фамильярность своими вчерашними шутками, но не мог скрыть удивление.
– Прошу прощения?
Хозяин побарабанил себя пальцами сбоку по шее и широко улыбнулся.
– Желаю вам счастливого пути, сэр, а вашей матушке быстрого выздоровления, – сказал он, повернулся и быстро зашагал к дому, фальшиво напевая какой-то мотивчик.
Лукас поднес руку к горлу, вспомнив, что повязал шейный платок наспех, не посмотрев в зеркало, прикрыл ли он место, где остался след от страстного поцелуя Николь.
Приподняв платок выше, он отправился искать человека Рафа, чтобы приказать ему забрать их багаж и возвращаться на Гросвенор-сквер.
Понимая, что ждет его впереди, не совсем уверенный в своей решимости, он рассеянно насвистывал.
Николь вышла из двери для слуг, с сожалением покинув кухню, где так аппетитно пахло только что испеченным хлебом, но ей тоже не терпелось поскорее отправиться в путь.
Мысль, что она опять будет наедине с Лукасом, и радовала ее, и смущала. К этим чувствам примешивалось еще что-то непонятное, но она решила сейчас не ломать голову, иначе весь день только и будет вспоминать прошедшую ночь и жалеть о пропавшей из-за спешного возвращения в столицу второй ночи.
– Эй, ловите! – весело крикнула она Лукасу, который стоял спиной к ней.
