Читаем без скачивания Заклинание для хамелеона - Пирс Энтони

– Нет... Он... – Но Бинк знал, что Трент попал в точку. Любовное заклинание вызывало неудержимое желание. Он вспомнил то, что видел во время путешествия, когда оказался рядом с Источником Любви, перейдя по мосту Провал. Он тогда чуть не выпил воды из него, не заметив поначалу грифона и единорога в любовных объятиях. Там присутствовала и гарпия. При этих воспоминаниях Бинк содрогнулся.

– Тебя никогда не привлекала хорошенькая русалка? Или леди-кентавр? – настаивал Трент.

– Нет, коварная картина элегантных грудей русалки возникла в его мозгу. И Чери-кентавр, что подвезла его во время путешествия к Волшебнику Хамфри. Когда он дотрагивался до нее, было ли это на самом деле случайно? Она пригрозила сбросить его в овраг, но говорила это не всерьез. Она была очень приятной красоткой. Скорее, личность. Честность вынудила его неохотно признать. – Может быть.

– И наверняка были другие, менее щепетильные, чем ты, – Трент был неумолим. – В определенных обстоятельствах они могли уступить, не так ли? Разве мальчишки из твоей деревни не бегают украдкой подсматривать за кентаврами, как это делали в мои дни?

Парни вроде Зинка, Джамы и Потифера, негодяи и хулиганы, вызывали раздражение в обиталище кентавров. Бинк хорошо помнил их. Он не задумывался прежде над их поступками. Конечно, они ходили, чтобы полюбоваться гологрудыми красотками, а если они подловили одну отдельно...

Бинк понял, что лицо его залила краска.

– К чему ты клонишь? – вопросом он постарался скрыть свое смущение.

– Только к одному – Ксанф должен иметь связь... прости, плохое слово!... должен был иметь контакт с Манденией задолго до самых ранних записей. До Волн Нашествий. Потому что только в Мандении существует человеческая раса в чистом виде. С момента, как человек ступил ногой в Ксанф, он начал изменяться. У него появляется магия, у его детей ее еще больше, пока некоторые из них не становятся Волшебниками. И если они стараются жить в Ксанфе, они неизбежно сами становятся магией. Или их потомки. Или разрушая барьеры между видами, или перерождаясь в чертей, эльфов, гоблинов, великанов, троллей – ты хорошо разглядел Хамфри?

– Он гном, – не думая, ответил Бинк. Потом: – Нет!

– Он человек и хороший при этом, но он уже далеко на пути к чему-то еще. Он находится сейчас на вершине своей магической власти, но его дети, если он когда-нибудь ими обзаведется, будут уже настоящими гномами. Я думаю, он это знает и потому не женится. А посмотри на Хамелеона – у нее нет прямой магии, потому что она сама магия. Таким путем все человеческое население Ксанфа меняется неизбежно, если только нет притока свежей крови из Мандении. Щит нужно убрать! Магическим существам Ксанфа нужно позволить мигрировать за его пределы свободно, там они постепенно вернуться к своим прежним формам. Сюда должны приходить новые животные.

– Но... – Бинк обнаружил, что справляется с ужасом новых концепций. – Если всегда был... прежде всегда был обмен, что случилось с людьми, что пришли сюда тысячи лет назад?

– Вероятно, какое-то время возникали препятствия, отрезавшие миграцию. Вероятно, Ксанф около тысячи лет был настоящим островом, что изолировало доисторических поселенцев, поэтому они совершенно слились с существовавшими формами и дали начало кентаврам и другим видам. Это происходит вновь из-за Щита. Люди должны...

– Достаточно, – прошептал Бинк, окончательно потрясенный. – Я не могу больше слушать.

– Ты уберешь ягодные бомбы?

Понимание вернулось подобно вспышке молнии.

– Нет! Я забираю Хамелеона и ухожу... сейчас.

– Но ты должен понять...

– Нет!

Злой Волшебник начал убеждать его. Если Бинк еще немного послушает его, он перейдет на его сторону и Ксанф будет потерян.

– То, что ты предлагаешь, ужасно. Это не может быть правдой. Я не могу принять ее.

Трент вздохнул с видимым подлинным сожалением.

– Что ж, попытку сделать стоило, хотя я и боялся, что ты отвергнешь мою теорию. Я все равно не могу позволить тебе разрушить замок.

Бинк напрягся, изготовившись бежать, чтобы не оказаться трансформированным. Шесть футов...

– Нужды убегать нет, Бинк, – покачал головой Трент. – Перемирие я не нарушу. Когда я показывал картинки тебе, я мог это сделать, но я ценю данное мною слово. Поэтому придется пойти на компромисс. Если ты не присоединяешься ко мне, я вынужден присоединиться к тебе.

– Что? – Бинк, чьи уши закрылись для коварной логики Злого Волшебника, был пойман врасплох.

– Пощади Замок Ругна. Убери бомбы. Я помогу тебе безопасно покинуть пределы замка.

Это оказалось так легко.

– Твое слово?

– Мое слово, – торжественно произнес Трент.

– Ты можешь заставить замок отпустить нас?

– Да. Это еще одно, что я узнал в этой библиотеке. Я должен лишь произнести определенные слова и замок даже будет помогать нам в пути.

– Твое слово, – повторил с подозрением Бинк. До сих пор Трент не нарушал данного им слова... хотя какая гарантия в дальнейшем? – Никаких трюков, никаких внезапных перемен в намерениях?

– Мое слово чести, Бинк.

Что он мог сделать? Если бы Волшебник хотел нарушить перемирие, ничто не мешало ему трансформировать Бинка сейчас же в жабу, затем подкрасться к Хамелеону и трансформировать ее... Бинку хотелось доверять ему.

– Хорошо.

– Иди убери бомбы. Я договорюсь с Ругна.

Бинк пошел. Хамелеон встретила его радостными криками и на этот раз он с большим удовольствием принял ее в свои объятия.

– Трент согласился помочь нам выбраться отсюда, – сообщил он ей.

– О, Бинк, я так рада, – воскликнула она, целуя его. Ему пришлось схватить ее за руку, иначе она от радости выронила бы бомбу, которую все еще держала.

С каждым часом Хамелеон становилась все красивее. Ее индивидуальность почти не изменилась, исключая то, что ее слабеющий ум делался все менее подозрительным и более простым. Бинку нравились эти качества и сейчас, он должен был признаться, что ее красота ему тоже нравилась. Она принадлежала Ксанфу, она была магией, она не пыталась манипулировать им в своих личных целях. Она была тем типом девушки, что ему нравился.

Но он знал, что ее глупость оттолкнет его так же, как ее уродство во время другой фазы. Он не сможет жить ни с красивой идиоткой, ни с уродливым гением. Сейчас, пока в нем еще жило воспоминание о ее уме, она была привлекательна, а красота ее услаждала его взор. Надеяться на что-то другое было бы верхом глупости уже с его стороны.

Бинк отодвинулся от Хамелеона.

– Нам нужно убрать эти бомбы, – сказал он. – Осторожно.

Но что делать с эмоциональной бомбой внутри него?

Глава 14

Вихляки

Без всяких препятствий трое вышли из замка Ругна. Решетка была поднята. Трент нашел подъемную лебедку, смазал ее и стал вращать при помощи магии, скрытой в механизме. Призраки пришли пожелать всем счастливого пути. При расставании Хамелеон даже всплакнула, да и Бинк ощутил печаль. Он знал, насколько одиноко будет призракам несколько дней после общества живых людей. И он даже стал уважать сам несокрушимый замок. Он делал то, что должен был делать. Так же, как и Бинк.

Они несли с собой мешки с фруктами из сада и были одеты в более удобную одежду из кладовых замка, которая хранилась там и не портилась с помощью древних заклинаний. Они выглядели как члены королевского семейства, да и ощущали себя таковыми. Замок Ругна неплохо о них позаботился.

На этот раз им не угрожала никакая буря. Ни одно дерево ни делало угрожающих жестов, вместо этого они двигали своими ветвями, словно в жестах дружеского прощания. Не появлялось никаких злобных животных. И никаких зомби.

В удивительно короткой время замок исчез из виду.

– Теперь мы за пределами территории Ругна, – объявил Трент. – Пора возобновить бдительность, так как начинается подлинная дикая местность.

– Нам? – переспросил Бинк. – Ты не собираешься возвращаться?

– В этот раз нет, – ответил Волшебник.

Подозрения Бинка вернулись.

– Но что ты сказал замку?

– Я сказал: я вернусь Королем. Ругна будет править Ксанфом снова.

– И он поверил?

Взгляд Трента остался спокойным.

– Почему он должен сомневаться в правде? Я вряд ли смогу завоевать корону, оставаясь в замке.

Бинк помолчал. Злой Волшебник никогда не обещал оставить свой замысел завоевания Ксанфа. Он просто согласился помочь Бинку и Хамелеону безопасно покинуть замок. Он это сделал. Итак, они теперь находились в тех же отношениях, что и раньше – действовали под знаком перемирия, которое заключили, чтобы выбраться из дикой местности. После этого... в голове Бинка было пусто.

Неукрощенный лес не заставил долго себя ждать. Они ощутили его присутствие. Трое вступили на небольшую полянку, поросшую маленькими хорошенькими желтенькими цветами, и поднялся рой пчел. Они сердито зажужжали над ними, не касаясь и не жаля их, но внезапно отворачивая на близком расстоянии.