— Нет, показатель, — возразил маг, продолжая выискивать подсказку в моих глазах. — В тебе есть то, в чем я нуждаюсь. Оно где — то там, внутри. Я чувствую его, но не могу понять, что это.
Флер. Наверное, он описывает флер лэйтарцев. Остатки магии, которыми оборонялся Малыш в парке. Они вызывают легкую зависимость и притупляют рациональное мышление.
Рэйн сместилась руку с моей ладони. В неловком движении мазнул кончиками пальцев по локону волос. Ива и Мадина пытались скрутить тугие «барашки», но без магии прическа держалась не дольше сахарного замка на пляже во время прибоя.
— Рекрутер с мертвым взглядом. — Рэйн мотнул головой, и отстранился назад. В соцветиях сирени вспыхнули отблески каминного огня. — Снисходительная сволочь. Он знает, о чем я. Он тоже хочет это получить. — Его речь становилась менее связной и четкой: алкоголь и тепло делали свое дело. — Знавал я таких. Он опасно одержим желанием. Выжидает подходящего момента. Слишком поздно. — Лицо мужчины постепенно расслаблялось. — Завтра ты станешь ле Мералль. Он не сильнее меня. Он тебя больше не побеспокоит. Осталось меньше суток.
Под потолком продолжали роиться цветные кружки света. Пламя камина играло огоньками на гранях стекла. В последней осмысленной попытке маг потянулся погладить меня по голове и случайно зацепил одну из заколок.
— Пустота сменится страстью, — пробормотал он, — когда тебя наполнит магия рода и мы возляжем на брачном ложе как законные муж и жена.
О, понесло.
В цветущей сирени окончательно угасла искра мысли.
— Да, да. — Подтвердила, поднимаясь с колен. — Я возлягу завтра, а вы — сегодня.
Мужчина потянулся за мной. Я подхватила его под руку.
— Пойдемте, помогу вам нормально устроиться. Иначе у вас затечет спина, а виноватой останусь я.
Кое как я дотащила мужчину до дивана. Повернула на бок. Стащила расшитые тапочки и поставила рядом.
Надеюсь, дорогой коньяк и аристократическая выдержка не испортят ковер, и Рэйн отделается только с жутким похмельем.
— Я слышал достаточно. — Вновь заговорил он. Тихо, еле разборчиво. — Как это возможно? Отсутствие близости. Он желает тебя. Почему не взял? На что большее мог рассчитывать?
Я уже задавалась этими вопросами. А надо было другими!
Придумала как сохранить волю, но забыла о брачной ночи. Артефакты, контракты, флер. Столько искусственных возможностей сойти с ума от страсти, а я их все отвергла! Нельзя же возлагать все надежды на клубнику и шампанское.
— Где ты так долго пропадала? — спросила Мадина, когда я вернулась. — Уже почти половина. Мы опаздываем!
Я проигнорировала вопрос.
Высунулась из — за двери.
Ива все еще сидела на полу, без особого интереса изучая рисунок обоев. Я оповестила ее, что Мадина уходит, провожать не надо, выход найдет сама. Предупредила, что остаюсь в своей комнате и прошу не беспокоить до утра. Завтра сложный день, надо выспаться и тишина в приоритете.
Ива не спорила.
Мадина демонстративно попрощалась со мной и вышла. Ива легонько поклонилась, пропуская гостью. Я занырнула в комнату, нацепила кольцо обратно на палец, вынырнула и захлопнула за спиной дверь, оставаясь совершенно незамеченной для служанки.
Ива подождала секунд десять, тихо вставила ключ в скважину и провернула в замке.
Я пристроилась за спиной Мадины. У дверей ее встретил дворецкий, и проследовал с ней до ворот, чтобы выпустить за пределы поместья.
Амулет не подвел. Я покинула территорию без лишнего шума.
Спустя минуту мы уже мчались по дороге к городским огням. Когда поместье и угодья скрылось из виду, я позволила себе выдохнуть, а Мадина расслабленно откинулась на спинку сиденья.
— Сработало, — удовлетворенно констатировала она.
Я не могла себе позволить тех же чувств. Моя битва только начиналась. С выпрямленной как жердь спиной, я вглядывалась в скользящую вереницу дороги.
Почему место встречи — кофейня у фонтанной площади? Понятно, почему его выберет девушка. Людное место — хорошая страховка от необдуманных решений спутника. Но решение принимала не Мадина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Что ты имела в виду?
— А?
Мадина поерзала на сиденье.
— Сказала, что с даром возникнут проблемы.
Я не собиралась переубеждать, вразумлять или перетаскивать на свою сторону приверженцу иного метода. Если на ней использовали флер, то все старания бессмысленны. И даже без него лэйтарцы умеют быть чрезвычайно убедительными.
— Это сложно объяснить. — Тяжело произнесла я, подбирая слова. Раньше не приходилось формулировать это вслух. — Дар нельзя видоизменять или искусственно накачивать силой. — Тут же вспомнились фаты из немагического мира. Тогда проблема заключалась в законах мира. В Крэйстане магия цвела всеми оттенками радуги. Жаловаться не на что. Но, лэйтарцы не просто так оставляют свой дар нетронутыми. — Перепады настроения, боль, пограничное состояние, голоса. Это расшатывает эмоциональную составляющую. Это начинает тебя менять.
Девушка фыркнула.
— Домыслы. Я ожидала чего — то более конкретного. Фактов. Доказательств. Отсылок к научным работам.
— Тогда забудь. — Легко отмахнулась я.
Девушка покачала головой, но во взгляде появилась тревога.
— Ты спрашиваешь не для себя? — озарила меня догадка. — Проблема с Кларидой?
Мадина сверкнула яркими глазами, хмыкнула и отвернулась.
В молчании мы проехали еще минут двадцать. У въезда в город, я скомандовала шоферу:
— Притормозите.
— Зачем? — Вышла из оцепенения Мадина. — Что случилось?
— Твоя остановка.
— Но мы же договорились! Ты пообещала!
Юная и наивная.
Вот какие люди легко могут провести опытную Избранную вроде меня.
— Ага. Я иду на встречу, а ты шагаешь домой и не мешаешься под ногами.
Убираем потенциальную подмогу лэйтарцу и потенциального заложника.
— Но…
— Разговор для взрослых. Давай, топай. И не делай глупостей, ловя другое такси и пускаясь в погоню. Возвращайся к жениху или к родне. Кто — то же тебя ждет? Или меня одну прессуют комендантским часом?
Не дожидаясь продолжения возражений, я вытолкала школьную подругу из «химеры». На лице девушки все еще читалось удивление, когда машина издала протяжный звук, обдав Мадину облаком дыма и пыли.
Спустя полчаса я расплатилась с шофером остатками денег с учебы, и ступила на брусчатую площадь.
Мне доводилось проезжать несколько раз мимо, но никогда достаточно долго, чтобы оценить всю красоту. К сожалению, сейчас я тоже не могла себе этого позволить.
Не теряя времени, я направилась к ряду кафешек, окружающих площадь по периметру. Черная мантия мало способствовал скрытности среди пестрой иллюминации и влюбленных парочек, но я планировала брать эффектом неожиданности, а не длительным наблюдением.
Лэйтарец нашелся сразу.
Он и не думал скрываться или прятаться в тенях. Как ни в чем не бывало, он сидел на открытой веранде кофейни. На обычной скамейке, прислоненной спинкой к каменной кладке стены. Закинув ногу на ногу, мужчина потягивал кофейный напиток из большой высокой кружки и наслаждался видом на скульптурную экспозицию в центре сквера.
Идиллия.
— Свободного вечера, Георджиан. — Я проигнорировала стул с ажурной спинкой и присела рядом с мужчиной, вплотную прижавшись к его боку. В этот момент острие шила как раз уткнулось ему между ребер. — Отвратительное имя, кстати. Понятно, почему ты сменил его на Георгия.
— 16 -
Самое обидное, что мужчина за маленьким круглым столиком выглядел совершенно нормальным человеком. Доброжелательным, приветливым, учтивым. Надежным, черт побери! Рядом с ним моментально смолкал инстинкт самосохранения, который должен был надрываться, крича об опасности.
Гера.
Он обладал симпатичными, сильными чертами лица, коротенькой бородкой — эспаньолкой, карими, почти кофейными, интеллигентными глазами, темным каштаном безупречно ухоженной шевелюры и идеальным маникюром. А еще принадлежал к касте Незыблемых. Безымянных, безликих, могущественных и почти бессмертных лэйтарцев, стерших богов с лица Золотой оси.
