себя приятное послевкусие, а сейчас просто сворачиваю петлю. Снова стою за спиной девушки, вдыхаю аромат ее волос.
— Ларик, ты бежал что ли? Что-то случилось? — снова она задает свой вопрос.
— Соскучился, очень. Может сходим вечером в кино? — я обещал девушке, но обещание так и не выполнил. А до войны еще два с половиной месяца, успею всех предупредить, кого надо.
— А почему бы и нет? Давно не была в кинотеатре, — она с удовольствием соглашается. Целую ее в макушку и стараюсь быстро ретироваться в коридор. Сердце готово выпрыгнуть из груди. Мне жутко стыдно, но и очень сладостно. Лера меня любит и хочет, а это очень многое для меня значит.
Сделаю все возможное и невозможное, но не позволю сдохнуть этой планете, пока на ней существует моя любимая. Вот сейчас, вспомнив взрыв, снова сильно разозлился. На уроки мне не нужно, все, что скажут у меня уже давно в голове. Иду на выход из академии, за мной плетутся потерявшие меня охранники. Срочно надо переговорить с Азазелем и обсудить с ним, как поймать диверсанта…
Лера после ухода Ларика из кабинета, не могла долгое время собрать мозги в кучку. Она только что разбирала бумаги, но вот пришел этот парнишка с безумно горящими глазами, и она снова потеряла голову от нахлынувших чувств. «Да что это со мной? Он всего лишь пригласил в кино?», — Лера ощутила, как бешено стучит сердце, внизу разгорается пожар, на своих губах ощутила вкус его губ, отчего у нее вырвался невольный стон. Думать сейчас о чем-то важном была не в силах. Она плотно сжала ноги, стараясь утихомирить разбушевавшуюся страсть. «Если я каждый раз так буду на него реагировать, то долго не протяну, и сама его изнасилую», — рассмеялась куратор собственным мыслям…
Поговорил с Азазелем о возможном развязывании войны в самое ближайшее время, путем нападения на царскую особу, возможно, принцессу Франции. Попросил распутать интриги, затевающиеся кем-то против России. Намекнул, что всему этому миру придет хана, и он не успеет дождаться открытия первых порталов, если не уберет с пути интригана. На это Азазель сильно рассвирепел, сказал, что не позволит никому стоять между ним и будущей свободой. Я ему верю, он из-под земли достанет зачинщика и оторвет ему не особо важное, например, голову, в которой отсутствуют мозги. Намекнул присмотреть за Вильсеном, очень чванливым и злопамятным премьером министра Великобритании. Россия ему в пособничестве недавно отказала, поэтому за ним следует понаблюдать более пристально. У демона в Европе много шпионов, тех кто входил в масонские ложи, они с удовольствием послужат ради благого дела.
После разговора, договариваюсь с командованием и императором о встрече, сообщаю что есть серьезное пророчество. Ну, раз меня окрестили пророком, почему бы ему не соответствовать. Пришлось прокатиться в бронированном автомобиле ко дворцу.
— Говорят, что у тебя серьезные новости? — хмурым взглядом встречает меня Долгорукий. Императора еще нет, он на приеме, но скоро должен присоединиться. Прохожу и спокойно усаживаюсь в свободное кресло.
— Все верно, Михаил Гаврилович, новости прямо глобального масштаба, — начинаю создавать серьезную атмосферу. От того, поверят ли мне, многое может зависеть. Тут прибывает министр обороны Румянцев и пожимает мне руку.
— Добрый день, Петр Афанасьевич, сожалею, что оторвал вас от дел, но новости касаются безопасности России, — он сразу же становится весьма серьезным, занимая кресло напротив.
Пока болтаем о том, о сем, об учебе, об отряде Михаила, который он собирается набрать в будущем, ждем императора. Через тридцать минут Алексей III возвращается со встречи и кивает всем присутствующим в комнате. Сейчас здесь мы только вчетвером, без аналитиков и секретарей.
— Рассказывай, что там увидел, предзнаменование важное? — покрутил рукой в воздухе император.
— Важное. Через два с половиной месяца будет нападение на Россию со стороны Франции, развяжется ядерная война. На Санкт-Петербург сбросят, то здесь взорвут прямо в столице три ядерные боеголовки, все умрут, — хотел посмотреть реакцию людей, в чьей власти не допустить подобного.
— Ты уверен, что это не будет атакой с воздуха? — сразу понял в чем дело Долгорукий.
— Сам стоял, как сейчас перед вами, видел, как все начнется, — обозначил число и время нападения.
— Хорошо, твои наводки и прогнозы еще ни разу не давали сбоя. Не верить тебе нельзя, а значит будем предпринимать предупреждающие меры, — высказался император, так как только он может принимать настолько важные решения. — Есть понимания, чего это лягушатники расшаляться?
— Есть. Будет провокация на нашего посла, не важно кем он будет. Все заранее подстроят, улики подделают, убьют на приеме в Версальском дворце наследную принцессу, — эти сведения конечно же трудно списать на пророчество, поэтому дополняю, — эти новости о строящемся заговоре мне рогатая птичка принесла в клювике.
— А кто его планирует? Может уберем провокатора? — вклинивается князь Долгоруков. — Это самый бескровный путь.
— Мы можем отрубить хвост ящерице, и упустить того, кто за этим стоит. Могут и план Б продумать. Это так себе вариант, — понимаю, что и Азазель может не добраться до головы.
— Верно мыслишь, надо сообразить предупреждающий удар, который отобьет всю охоту нападать, — поддержал меня император. — Может вдарим по ядерным державам нашим радиочастотным вооружением? Что думаете министр вооружения? — обратился он к Румянцеву.
— Должно охладить пыл нападать на нас у идиотов. Вот только боеголовки доставят непосредственно в город, а это весьма чревато, — почесал лысую голову министр обороны.
— Если дадите карту, нарисую точки атаки. Возможно мы сохраним столицу, но не факт, что в других больших городах не произойдет нечто подобное. Еще и глушилки скорее всего установят, связи не будет. Я сейчас вспомнил, что в своем видение стоял с телефоном, но не мог связаться с вами, — Долгоруков достал карту столицы. Я указал эпицентры взрывов, ведь видел их, когда уже умер сверху.
— Будем работать во всех направлениях. Сегодня же направим дополнительных шпионов за всеми вышестоящими чинами, разбудим скрытые резервы, — серьезно отнесся император к угрозе. Есть такие шпионы, которые входят в ближайший круг, но их не используют до определенного момента, чтобы не выявили раньше времени засланцев.
Выходя из кабинета совещаний, подумал, что мы все еще чего-то не учитываем. И все предпринятые нами меры могут и не сработать, если не предусмотрим все нюансы. Я был настолько в шоке от развязанной войны в прошлый
