начались незначительные, но несколько замедляющие проблемы.
– Молния, – потряс я девушку за плечо. – Успокойся! Мы его так не достанем. Парень и так в шоке от того, что мы остатки его отряда положили, так теперь и к нему ломимся. Представь саму себя без наших сил на его месте. Представила? Вижу, представила. Так ему сейчас сто крат хуже!
– Ну почему этот дурак не хочет вылезать?! – взревела громко Алиса, в последний раз двумя кулаками ударив по металлической переборке, которая чудом функционировала. – Если бы я хотела, я бы этого дурака уже прикончила! Мне всего лишь надо чуть больше силы приложить! Гр-р-р!
Я уселся возле двери, прикрыл глаза и стал просто слушать, раскинув своё восприятие. Из-за металла, что разделял нас с целью нашего задания, было не особо хорошо слышно, что именно делал пилот. Шебуршение, иногда стуки, приглушённые звуки шагов. Не более. А вот с помощью восприятия я уловил весьма неприятную картину. Он готовился подорвать всё тут к чертям, вообще всё. Но у меня была одна очень и очень хитрая идея. Пространство же мне подчиняется, хоть и не на большом расстоянии.
– Алис, – обратился я к девушке в личном мыслеканале. – Мне сейчас понадобится твоя помощь. Этот полудурок решил себя подорвать, но я не хочу, чтобы это произошло.
– В каком смысле? – удивлённо, даже несколько обескураженно спросила девушка. – Тогда я сейчас!..
– Стой! – резко подскочил я, ловя за плечи нашу фурию. – Если ты сейчас туда ворвёшься, он всё на хрен подорвёт! У него уже готово несколько зарядов, но он делает ещё больше, хочет нас с кораблём похоронить даже с закрытой дверью.
– И что ты предлагаешь? – сжала и разжала несколько раз кулаки девушка, по которым пробежали белые всполохи молнии.
– Я буду обезвреживать бомбу за бомбой, – улыбнулся я, хотя этого за шлемом было не видно. – У меня не так много энергии есть в накопителе, сама знаешь, могу полностью перегореть. А если ты будешь делиться, то я просто вытащу всё, что у него там есть.
– А тебе самого его не проще перетащить? – хотя она и интересовалась, но в голоске всё равно проскользнула насмешка.
– А ты хочешь, чтобы у меня опять зерно раскололось? – парировал я вопрос вопросом, в котором звучал ответ. – Вот и славно. Я просто не смогу такую большую кротовую нору сделать. Придётся основываться на том и руководствоваться тем, что я могу. Разбудили бы нас на два месяца попозже, я, может быть, и смог бы… но, увы, придётся выкручиваться так.
Несколько мгновений тишины. Я даже сквозь металл шлема чувствовал этот свербящий, просто сжигающе-оценивающий взгляд. Ей явно не нравилось то, что я предлагал, но иного выхода реально просто не было. А пилот нам нужен был. Причём такой, которого нигде и никто не ждёт. Такой, чтобы он оставался с нами и по доброй воле, и по воле случая.
И она кивнула. А на моём лице расцвела воистину счастливая улыбка. Всё же она не такая безбашенная, какой иногда кажется.
Развернувшись к двери, я сел на одно колено, закрыл глаза и снова раскинул своё пространственное восприятие. В прошлый раз, когда я смотрел, было готово только две небольших бомбы. Сейчас их уже было три, все готовые к детонации. Ждали, когда их активируют, и всё тут уничтожат к чертям.
Сделав глубокий вздох, я дождался, когда пилот отойдёт на мгновенье от своих детищ, после чего активировал свою способность и сунул в неё руку. В чём бонус, она была бесшумной. Да, требовалось три секунды на формирование, но всё же эта способность того стоила. Бомбы были кустарными, даже очень, вырвать пару проводков, и нет бомбы, будут просто куски металла и пластита, ну или что там у него. Что, в принципе, я и сделал.
Пилот вернулся, обнаружил, что пропало несколько проводов, что-то крикнул. Металл опять приглушил звуки, а звуковые вибрации очень и очень слабо влияют на пространство-время, так что я не смог понять, что именно он выкрикнул. И через несколько минут бомба опять была готова.
И снова я сделал ту же пакость, только на другой, попутно сорвав провода и на третьей бомбе. Этакая игра в кошки мышки, я обрывал связь, пилот пытался её восстановить. В какой-то момент он даже начал бродить по своему убежищу, чтобы найти тех «тварей», удалось услышать одно слово, что обрывали ему провода.
В какой-то момент я уже совсем начал изгаляться над беднягой. Честно, так можно было лишиться рассудка, если не знать, что именно происходит. А он не знал. А на фоне постоянных гонений со стороны команды, постоянного давления, что их кто-то может найти из чужих, всё же развилась у парня легкая паранойя. А сейчас я подпитывал её ещё больше. Пускай попаникует, будет осмотрительнее на нашем корабле.
Сбросив ведро с полки, я тут же вернул свою руку назад, тихо посмеявшись. Парень аж подпрыгнул на месте, очень громко и не особо чётко проматерился, пожестикулировал, после чего подошёл к ведру и стал яростно вращать головой в разные стороны. Естественно, он ничего не обнаружил. А я в это время вытащил сами деактивированные бомбы из его логова.
Последнее действие послужило переполнившей чашу терпения бедняги каплей. Он психанул, начал стучать кулаками по столу, чуть ли не реветь, как мне казалось. Его планы явно были сорваны, вот тогда я просто аккуратно и очень тихо постучал по двери и как можно громче крикнул:
– Эй, парень, у тебя там проблемы?! Может, помощь нужна?! Если что, мы всё ещё тут, готовы тебя отсюда вытащить, как и говорили ранее!
– Да кто вы такие на хрен?! – подошёл он к двери и врезал по ней кулаками. – Сначала прикончили моих товарищей, а теперь говорите, что хотите мне помочь?! Да и с вашим появлением какая-то чертовщина началась! Почему я должен вам верить?!
– Потому что мы тебя ещё не убили? – с нотками наигранного удивления я так же, как и Алисе, ответил этому индивиду вопросом на вопрос. – Как думаешь, сколько бы нам понадобилось времени разобраться с твоей защитой, а потом добраться до тебя, при том, что мы с лёгкостью вырубили все турели твоих соратников?
– Да откуда мне, на хрен, знать?! – он явно паниковал, вот прям чувствовалось это. Но меня это веселило! Почему? Да это реально забавно! Я в детстве тоже любил устраивать отцу разные казусы. Как он говорил, «зато не скучно».
И, чтобы заставить парня ещё сильнее прижаться к двери, я снова просунул свою руку внутрь и со всей дури ударил по какому-то гибкому
