Неотвратимо двигаясь вперёд, как гидравлический пресс, армия Рокоссовского к концу декабря полностью освободила Молдавию и вступила в Румынию. Одновременно с этим морским десантом была захвачена Констанца, после чего только что сформированный 11 мехкорпус совершил молниеносный рывок на Бухарест и две с половиной сотни километров, почти не встречая сопротивления, наши части преодолели меньше чем за сутки. Для румынского правительства стало шоком появлением на улицах своей столицы русских танков. Попытка удрать провалилась, так как небольшие мобильные группы уже перерыли все выезды из города, и 29 декабря 1944 года в Бухаресте Румыния подписала акт о безоговорочной капитуляции. Не теряя темпа, только подтянув линии снабжения, армия Рокоссовского не встречая сопротивления вступила в Болгарию. Сразу же Болгарское правительство запросило мира, так что боев в Болгарии не случилось, и армия двинулась дальше в Сербию и Грецию, где к ней сразу стали примыкать партизаны, которые всё это время боролись с гитлеровцами. Благодаря местным проводникам из партизан, наши войска нигде не плутали, а также всё знали о противнике.
Обеспокоенные таким стремительным продвижением Красной Армии забеспокоились и союзники, и 7 января 1945 года попытались высадиться в Афинах. Что интересно, высадки в Нормандии так и не случилось, так как пока немцы ещё не понесли тех катастрофических потерь в войне с СССР, и пока имели достаточно сил. Только в этом году все поняли, что Германия окончательно проигрывает войну. Разработку операции по высадке союзников во Франции пришлось срочно отменять, после того, как Рокоссовский захватил Румынию и двинулся в Югославию и Грецию. Совершенно не желая, что бы СССР освободил Балканы, союзники срочно перенесли место высадки. Вот только немцы имели достаточно сил и операция по десантированию провалилась. В ходе полуторанедельных боёв союзники потеряли почти сто тысяч солдат убитыми и взятыми в плен. Также значительные повреждения получил и их флот. Массированный ночной налёт на эскадру, которая стояла у Афин, позволил потопить и повредить часть судов. В результате 16 января остатки десанта союзников были вынуждены эвакуироваться на корабли и отплыть на Мальту. Недостаток войск, Рокоссовский восполнял партизанами и добровольцами, причём не в своих войсках, а как отдельные отряды. Наши войска тараном сносили опорные пункты немцев, а зачистку и контроль территорий осуществляли партизаны, они обильно снабжались трофейным оружием, которого было много и отлично разгружали наши войска от этой работы. Выйдя к Адриатическому морю, и оставив мощный заслон, Рокоссовский двинулся на Афины, достаточно легко сметая со своего пути немецкие части. И что удивительно, но вместе с ним были и болгарские добровольцы, если с сербами у болгар были достаточно напряжённые отношения, то вот греки от их помощи не отказывались. Итогом этого стало то, что через месяц Рокоссовский вышел к Афинам, одновременно с этим другая часть его войск освобождала полуостров Пелопоннес, который они освободили раньше, чем были взяты Афины. Свободно использовать тяжёлую бронетехнику в городских боях Рокоссовский запретил, так как совсем не хотел уничтожения города. Всё же это было историческое наследие всего мира и превращать его в руины он не желал. Здесь приходилось работать виртуозно и тяжёлые танки в боях участвовали, вот только огонь они в основном вели из пулемётов. Пользуясь тем, что их толстую броню не могли пробить противотанковые пушки немцев, они пулемётным огнём подавляли их огневые точки. В итоге к концу февраля 1945 года вся Греция была освобождена, а Рокоссовский перебросил свои войска на Запад.
Глава 19
Оставив в городах только небольшие отряды военных комендатур, Рокоссовский продолжил наступление на Югославию, а в освобождённой Греции вовсю формировались на основе партизанских отрядов силы самообороны, которые и следили за порядком. Их было вполне достаточно для наведения порядка на освобождённых территориях и поиска небольших групп немцев, которые умудрились не попасть нам под удар или смогли вовремя удрать. Это высвобождало нам большое количество войск, которые в противном случае пришлось бы привлечь для контроля за территорией. На всём пути, когда наши войска входили в любой населённый пункт, то население встречало их цветами, исключением была Хорватия, вот там пришлось повоевать, но к концу февраля 1945 года войска Рокоссовского вошли в Венгрию, где и встретились с войсками Жукова. Сам Жуков, после полного освобождения Украины, двинулся на Чехию, частично захватив и Польшу, тут он был моим соседом. Карпатские горы несколько задержали его, так как немцы обильно минировали горные дороги и перевалы, и поэтому сначала приходилось расчищать дороги для техники, именно этим и была вызвана его задержка, да и в отличие от Рокоссовского, ему не помогали партизаны, поскольку их тут не было. В Греции и Югославии, если противник подрывал дорогу, то партизаны, которые тут знали каждый камень, проводили войска в обход неизвестными тропами, а Жукову оставалось только тупо проламываться в лоб, под сопротивление немцев, так как другого выхода просто не было. Даже артиллерию в горах особо не поиспользуешь, вот и пришлось Жукову сбавить темп. А я тем временем двинулся на Варшаву, честно говоря не хотел бы я оказаться на его месте и воевать в горах, не моё это.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Немцы сопротивлялись упорно, хотя мы и выбили достаточное количество их солдат, которые имели большой опыт войны, но недаром немцы считались одними из лучших солдат Европы. Кроме немцев, ещё приходилось воевать и с Армией Крайовой, руководимой из Лондона. Если немцы были сразу видны, то вот поляки зачастую одетые в гражданскую одежду не вызывали особого подозрения, зато при каждом удобном случае стреляли нам в спины. Именно поэтому я и не особо заботился о мирном населении, конечно специально его не уничтожали, но и не жертвовали собой ради их спасения. Кстати, в отличии от моей истории, здесь Армии Людовой не было, как и корпуса Андерсона, не настолько тяжёлым было наше положение в 1941 году.
В нашей истории, оставшиеся верными польскому правительству войска, назывались Армией Крайовой, и они, как воевали с немцами, так и зачастую действовали вместе с ними сообща против нас. В противовес ей, в СССР была создана Армия Людова, которая была подконтрольна Советскому правительству и между собой Армия Людова и Армия Крайова враждовали. Ещё был корпус Андерсона, его создали в 1941 году из пленных поляков. Советский Союз их снарядил и вооружил, что в тех условиях было очень непросто, но корпус Андерсона отказался воевать на нашей стороне и потребовал, что бы их через Иран отпустили к Англичанам, что и было сделано.
Прекрасно зная, как было в нашей истории, я действовал исключительно в своих интересах, и при каждом обстреле мои войска отвечали ураганным огнём не заботясь, есть там мирные жители или нет. На взятие Варшавы мне потребовалось три недели, и так после восстания город был основательно разрушен, а после взятия его моими войсками, минимум половина зданий была в руинах. Меня не особо беспокоила сохранность города, намного важней для меня были жизни моих солдат и офицеров, а в городе временами возникали коллизии, когда все воевали со всеми. Хоть немцы и подавили восстание, но всё же в Варшаве осталось достаточно бойцов Армии Крайовой, и когда мы взяли её в кольцо и пошли на штурм, то их остатки снова вылезли из подполья и воевали со всеми, как с немцами, так и с нами. Итогом стало то, что даже после того, как остатки немецкого гарнизона сдались в плен, поляки продолжали стрелять по нашим солдатам. Проблема была в том, что мы не знали, кто из жителей города мирный человек, а кто боевик Армии Крайовой. Охрана тыла и СМЕРШ замучались наводить порядок и так и не смогли вычистить всех аковцев, хотя обстановка и улучшилась.
К январю 1945 года я с Коневым вышел к Одеру, и успешно его форсировал, и тут нам обоим пришлось дальше идти черепашьим шагом. Увидев, что война пришла в их дом, немцы осатанели, они цеплялись за каждый клочок земли. Учитывая, что территория Германия достаточно плотно заселена, там населённые пункты встречаются на каждом углу, это не как у нас.
