Читаем без скачивания Протозанщики 2. Марш оловянных - Сергей Брацио

– Не уверен… Так происходило в настоящей битве, но сейчас-то Савриил знает, что к чему. Как ударишь в спину – второй резерв обойдет по пустому месту, там, где был фланг и ударит в спину тебе.

– Отлично… и что же делать?

– Самому этот вопрос не надоел?

– Казаки подошли! – доложил есаул, – Без малого четыре тысячи.

– Где? – не понял Антип.

– Смотри, командир, – улыбнулся есаул, – Головы поднять!

В лесу между деревьями, в валежнике и лужах вспыхнули несколько тысяч глаз. Отлично закамуфлированные, казаки спрятались в лесу и лишь по команде показались Антипу.

– Прячься! – обрадовался Анти-поэт, и обратился к есаулу и Израдцу, – Слушайте, Савриил введет второй резерв, когда наш засадный полк атакует фланг в спину. Правильно?

– Да и желательно не опоздать, – демон указал на поле боя, – Десантники уже спина к спине с Русланом!

– Отлично! Атакую сейчас же, с теми, кто со мной. Есаул остаешься здесь с казаками. Когда ударю, в бой пойдет второй резерв сикарийцев.

– Откуда?

– Постараются обойти поле, где стоял наш левый фланг.

– Ясно. Зайдут тебе в спину! И тут мы их, – есаул радостно хлопнул кулаком о ладонь.

– Да, но сикарийцы должны поверить, что это весь засадный полк. Так что не показываться.

– Поверит, – однозначно заявил Израдец, – Вы же особо не прятались. Известно, что осталось тысячи полторы. Поверит.

Фланг тем временем полностью повернулся. Антип выждал еще несколько мгновений пока спины сикарийцев не окажутся ровно перед ним, и, выхватив мачете, скомандовал:

– Вперед!

Он первым выскочил из леса. Мачете с размаху опустился на затылок толстого сикарийца, разнося в щепки и каску, и голову. Засадники вслед за командиром с криками бросились на юззи! Тысяча пятьсот мечей, неожиданно ударивших сзади, заставили врага растеряться. Не успевшие вовремя среагировать, юззи падали на землю. Раненные пытались отползать, но оставшиеся на ногах, в сутолоке боя, невольно втаптывали их в грязь, не давая подняться.

Несколько мгновений и враг опомнился – прозвучал приказ, и сикарийцы частично развернулись на Антипа, принимая бой. Сильные, отдохнувшие антиповцы нажимали на сикарийцев, фланг продавливался вперед, отжимая врага в сторону десантников.

– Особо не давите! – крикнул Антип, и командиры эхом передали его приказ дальше, – Десантура устала, а мы на них неприятеля толкаем. Аккуратней.

Но десантники не те люди, чтобы не найти сил на новую атаку. Почувствовав преимущество, огромные мечи зазвенели с удвоенной силой. Коса, отнятая у смерти, пошла по рядам юззи, вынуждая отходить в сторону Антипа. Казаки невольно сделали несколько шагов назад, отгибая фланг обратно.

– Эй, эй, не жмите! – попытался докричаться до десантников Антип, но слова утонули в шуме боя, – Нельзя выравнивать фланг! Нельзя! Можем кого-нибудь послать к капитану?

– Через сикарийцев? – ответили из схватки, – Не думаю.

– Тогда жмем сильнее отсюда!

– Вперед!

Но нажать не получается. Могучие десантники вошли в раж и с каждой минутой все сильнее теснили сикарийцев. Фланг, зацепившись за центр, как дверь отворялся к начальному положению. Прослойка сикарийцев утончалась, но створа фланга открывалась дальше, встав, в конце концов, в позицию начала боя. Антиповцы оказались спинами к свежему резерву Савриила.

– А вот теперь нам хана! – негромко произнес Антип, заметив движение вражеского резерва.

Дурная вышла ситуация: оставленные в лесу казаки ожидали врага под носом, а фланг отвернулся, подставив им спины десантников. ВДВ-шники не помогут казакам Антипа – пока пробьются через оставшихся сикарийцев, антиповцев перебьют. Они сами превратились в прослойку. Такой ужасный пирог: десантники – сикарийцы – антиповцы – и снова сикарийцы. Только неутомленные, сильные и многократно превышающие числом.

– Нас атакуют сзади, будьте готовы! – приказал Антип.

Готовы… Повернуться лицом к одним, значит поставить другим спину. Из начальных полутора тысяч под командованием Антипа билось человек семьсот. Удалось развернуть нескольких бойцов, чтобы не встречать врага затылками, но приближающийся вал противника несоизмеримо сильнее.

– Кажись, придется сдохнуть! – выкрикнули из толпы.

– Да и хрен с ним! – отозвался Антип, – Рано или поздно… В бой!

Без единой надежды, и от этого еще более отчаянно, антиповцы встретили свежего врага. Каждый удар мог стать последним, поэтому наносился так, что разваливал юззи на кровавые части. Не ожидавший подобной отваги, командир-мутант притормозил войско, но через мгновение, одумавшись, снова бросился в бой.

– Вот же уроды, – подбадривал себя Антип, вытирая предплечьем кровь с лица, – Лоб поцарапали! – За рану на голове, под ноги свалились сразу трое юззи, поочередно пронзенные бандитом.

Внезапно натиск юззи ослаб. Сикарийцы в страхе шарахнулись от леса, успевая лишь кое-как защищаться от выпадов антиповцев. Испуганные люди прижимались к уродливому командиру, щедро раздаривающему тычки трусливым подчиненным.

– Демоны, там демоны! – неслись испуганные крики со стороны врага.

– Эка невидаль, демоны, – огрызнулся Антип, не переставая орудовать мечом.

В рядах велийцев так же выкрикивали о бесах. Антип, не понимая происходящего, попытался всмотреться в лес. В темени непроходимой чащи, в сумраке хвойных дебрей, проносились беззвучные тени. Казалось, лес кишит нечистью. Тысячи черных, бесформенных, быстрых как молнии призраков. Силуэты расплывчаты, но огромные белые глаза, сверкали ярким неземным светом.

– Демоны! – продолжали вопить сикарийцы, прижимаясь к центру.

– Да, что вы за юззи такие, если чертей боитесь? – в полный голос захохотал Антип, узнав в «демонах» казачий резерв, но внезапный удар в голову опрокинул его на землю.

– Молодец есаул, догадался… – силы покинули бандита, и тело исчезло под ногами бойцов.

Речной резерв, оббежав фланг по валежнику, вырвался из леса. «Вперед!» – прозвучал громогласный приказ есаула, и тысячи казаков атаковали юззи. Ужасный пирог пополнился еще одним слоем, но теперь это слой завершающий. Добивающий! Шашки наотмашь врубились в строй сикарийцев, не оставляя врагу ни единого шанса. Перепачканные глиной бойцы, блестяще выполнив передислокацию, переломили ход битвы.

Руслан, издав радостный клич, усилил нажим. Рустам, чьего противника оставили без подкрепления, первым обратил юззи в бегство. Комендант, оценив обстановку, бросился в сторону Сикария; следом, в беспорядочную ретираду кинулся центр его войска, бросая на поле тяжелое оружие и белоснежные знамена. Левый фланг убежать не смог – чудовищный пирог додавил противника.

– Догоняем? – спросил Рустам, сверкая многочисленными ссадинами.

– До конца поля. В лес не надо, – улыбнулся Руслан, но улыбка резко покидает лицо, когда взгляд не нашел Анти-поэта, – Антипа кто-нибудь видел? Он жив? Где он?

– Относительно жив, – заявил Израдец, вытаскивая из горы трупов окровавленного бандита.

– Я хоть относительно, а ты абсолютно неживой, – попытался сострить Антип, – Подними, а? Хочу посмотреть…

Страшное, кошмарное поле усеяно трупами и раненными. Некогда белые полотнища втоптаны в грязь, перепачканы кровью. Звуковое оформление сменилось – вместо лязга металла, над вырубкой стоял многоголосый стон. Последние юззи скрылись в лесу. Преследователи медленно возвращались обратно. Превалируя