1 Цар., 18: 1. …душа Ионафана прилепилась к душе его [Давида], и полюбил его Ионафан, как свою душу.
Их дружба была настолько крепка и бескорыстна, что выражение «Давид и Ионафан» стало крылатым (наподобие греческой фразы «Дамон и Пифий»). Библия прилагает все усилия, чтобы показать невиновность Давида во всех дурных поступках в отношении Саула, но, даже соглашаясь с мнением Библии, возникают сомнения, был ли он полностью невиновен. Давид был помазан Самуилом и, следовательно, знал, что он царь, — по крайней мере, в глазах священников. Как же он мог быть невиновным по отношению к Саулу?
Саул сам со временем мог взирать на Давида с глубоким подозрением — когда обаяние Давида и его мастерство военачальника принесли ему популярность. Если даже не учитывать эпизод с помазанием на царство, следует помнить, что популярный в народе вождь всегда опасен для царя.
Более того, после битвы у Михмаса Саул мог с подозрением относиться даже к собственному сыну. Наблюдение за крепнущей дружбой между пользующимся популярностью наследником и народным героем Давидом могло привести любого предусмотрительного царя только к одной мысли: в стране готовится переворот.
1 Цар., 18: 9. Я с того дня и потом подозрительно смотрел Саул на Давида.
Номва
Подозрительность Саула росла, и Давид не мог не замечать нарастающую холодность в их отношениях. Когда Ионафан предупредил своего друга, что возникла угроза его жизни, Давид покинул дворец и бежал к тем, кто относился к нему доброжелательно:
Разумеется, если что-то и могло убедить Саула в виновности Давида, то именно это бегство. Саул послал вооруженных людей, чтобы схватить Давида, но тот ускользнул от них.
1 Цар., 21: 1. И пришел Давид в Номву к Ахимелеху священнику…
Действительное местонахождение Номвы неизвестно. Лучше всего оно указано в Книге Исайи. Пророк описывает кульминационный момент наступления ассирийского войска на Иерусалим:
Ис., 10: 32. Еще день простоит он [Ассур] в Номве: будет грозить рукою своею… Иерусалиму.
Так как ассирийцы наступали с севера, может показаться, что Номва находилась в северном направлении, на возвышенности невдалеке от Иерусалима; и действительно, ее местоположение традиционно отождествляется с холмом на территории Вениамина в двух милях к северу от этого города.
Вполне логично, что Давид старался обезопасить себя в Иудее, где его соплеменники могли вокруг него объединиться. И так же логично, что Саул мог это предвидеть и держать наблюдателей за дорогой в Иудею. Давиду удалось дважды вернуться на территорию Вениамина и получить помощь, обманув бдительность царя благодаря тому, что действовал он внезапно.
Похоже, что Номва представляла собой остатки прежнего культового центра в Силоме. Ахимелех упоминается здесь как сын человека, о котором в другом месте говорится как о внуке Илии, последнего первосвященника Силома; и могло случиться, что в Номву бежали все, кто уцелел после разгрома филистимлянами этого древнего священного города.
Саул, разгневанный тем, что Давид ускользнул, принялся укорять придворных, обвиняя их в сговоре, и заявил совершенно недвусмысленно, что считает Давида орудием в руках Ионафана:
1 Цар., 22: 8. …сын мой вступил в дружбу с сыном Иессея… сын мой возбудил против меня раба моего…
Один из слуг царя, Доик (называвшийся идумеем), видел Давида в Номве у Ахимелеха и донес об этом Саулу. В ярости царь решил, что священники находятся в сговоре с Давидом (хотя Библия говорит, что Ахимелех помогал Давиду, считая, что тот выполняет поручение царя). Саул чувствовал, что действовать напрямую против влиятельного Самуила неблагоразумно, но относительно слабая группа пророков и священников под руководством Ахимелеха казалась ему законной добычей.
Саул выступил против Номвы, разрушил город и приказал убить восемьдесят пять священников. Никто из израильтян не осмелился выполнить этот приказ и поднять на них руку. Сделал это идумей Доик. Все священники были убиты, удалось спастись только сыну Ахимелеха Авиафару. Он бежал к Давиду и присоединился к нему. Это был последний уцелевший из древней родословной священников Силома, прапраправнук Илия.
Адоллам
Тем временем Давид наконец отправился в Иудею и встретился со своими соплеменниками:
1 Цар., 22: 1–2. …Давид… убежал в пещеру Адолламскую, и… весь дом отца его… пришел к нему туда. И собрались к нему все притесненные и все должники и все огорченные душею… и было с ним около четырехсот человек.
Адоллам находился в гористой местности Иудеи, приблизительно в пятнадцати милях от Вифлеема и всего в двух милях к юго-востоку от того места, где, как описывалось, Давид убил Голиафа. Здесь Давид укрепился и стал вождем партизанского отряда. И то, что затем последовало, оказалось настоящей войной между Давидом и Израилем.
В этой войне Израиль был гораздо сильнее, и Давид выжил только благодаря искусной уклончивой тактике, постоянно передвигаясь с места на место и всегда опережая на шаг мстительного и безжалостного Саула. Давид полностью осознавал, что война, как она велась в те дни (а порой ведется и в наши), представляла смертельную угрозу для семьи врага, поэтому он забрал своих родителей в Моав, чтобы они находились в безопасности. (Возможно, здесь отразился факт, что Давид по своему происхождению был отчасти моавитянином.)
Секелаг
В ряде историй рассказывается о бесполезных поисках Саула, и авторы Библии явно восхищаются умом Давида, которому удавалось ускользать от его преследования.
И все же Давид понимал, что нельзя полагаться на постоянное везение. Рано или поздно произойдет какая-нибудь оплошность, и он попадет в руки врагов. Поэтому Давид решил обратиться к филистимлянам — это была единственная возможность получить достаточную защиту:
1 Цар., 27: 2. И встал Давид, и отправился сам и шестьсот мужей… к Лнхусу… царю Гефскому.
Анхус мог быть только рад заполучить опытного полководца с отрядом отчаянных смельчаков в придачу, которые были смертельными врагами Саула. Это означало, что Иудея, находившаяся в союзе с Саулом против филистимлян, теперь заключает союз с филистимлянами против Саула.
В качестве части договоренности Анхус дал Давиду то, что в Средние века называлось бы феодальным поместьем:
1 Цар., 27: 6. Тогда дал ему Анхус Секелаг…
Секелаг — город у южной границы Иудеи. Эта территория раньше считалась землей Симеона, но теперь она находилась под властью филистимлян. Точное местонахождение Секелага неизвестно, но, скорее всего, он располагался приблизительно в двадцати милях к юго-западу от Гефа и в двенадцати — от моря.
Роль Давида как военного наемника филистимлян привела в крайнее замешательство авторов Библии. Они изо всех сил старались убедить читателя, что в то время, как Анхус считал, будто Давид совершает набеги на заставы израильтян в Иудее, на самом деле он опустошал земли амаликитян и других кочевых племен, обитавших в пустыне. Однако маловероятно, что Анхуса можно было обмануть. Разумнее предположить, что если Давид служил наемником, то он делал то, для чего его наняли.
Интересно, за все время службы Давида у филистимлян они нигде не упоминают о нем как об убийце Голиафа. И это наводит на мысль, что их знаменитый поединок не был исторической реальностью.
Гелвуй
Филистимляне поняли теперь, что у них появился шанс: Иудея отдалилась от Саула из-за Давида, священники негодовали после резни в Номве. Настало подходящее время для нового нападения на Израиль.
Гора Гелвуй
1 Цар., 28: 4 .И собрались Филистимляне, и пошли и стали станом в Сонаме; собрал и Саул весь народ Израильский, и стали станом на Гелвуе.
Гора Гелвуй — это горная гряда протяженностью около десяти миль, ее высшая точка находится приблизительно в 1700 футах над уровнем моря. Эта горная цепь пересекает северный Израиль приблизительно в семи милях от Иордана и примерно в сорока милях к северу от Гивы.
Сонам, где филистимляне расположились лагерем, находился милях в десяти к северо-западу. Это всего на пять миль южнее горы Фавор, где некогда Варак собирал войска северного Израиля против Сисары.
В ожидании худшего Саул обратился за советом к священникам[69]. Они не помогли ему, а Самуил, великий пророк, который мог бы в это особо трудное для народа время уладить конфликт, недавно умер.
