коньяка. — Не хочу ссориться.
Почему он мне уступил? Между ним и Егором было что-то, о чем я не знаю? Иначе почему он так резко оборвал разговор? Нет, он явно проговорился и теперь пытается соскочить с неприятной темы.
— Стас, в чем дело? — я подошла к нему, вырвала коньяк из рук и поставила на стол. — Хочу знать все! Что ты от меня скрываешь?
— Тебе нужно знать только одно, Таня, — он обнял меня и зарылся лицом в волосы. — Я лучше Егора.
— Почему? — я отстранилась от него, и он не сделал попытки удержать меня силой.
— Потому что я тебя люблю, Танюша. И потому что сначала потерял тебя, а потом понял, чего ты стоишь. Я — битый, а за одного битого двух небитых дают. В одной умной книге написано, что исправившийся грешник стоит двадцати праведников. Кто тебе сказал, что Егор лучше меня? — Стас обеими руками взял меня за лицо и заглянул в глаза. — Ты ведь совершенно не знаешь его. И если решишь выбрать вместо меня, то тебе только предстоит притираться и узнавать много нового. Ведь у всех есть свои скелеты в шкафу. А у него их полно, поверь на слово. Я — вот он, весь перед тобой, — Стас сделал шаг назад и развел руки в стороны. — А Егор скользкий и верткий, как ящерица — не ухватишь. Сквозь пальцы просочится и выскользнет. Ты знаешь моих родителей, домашний адрес. Знаешь, что в пять лет я упал с качелей и под волосами скрываю шрам. Тебе известно, что я ненавижу зиму и люблю тепло. А что ты знаешь о нем? У меня есть привычка: наводить справки о деловых партнерах. И когда он пришел к нам в офис, я попытался пробить его через своих ребят, которые могут достать инфу обо всех. Так вот Егор — это черная дыра. Ни родителей, ни адреса — ничего. Он даже не зарегистрирован в соцсетях. Ты много знаешь людей, у которых нет хотя бы одной странички в соцсетях? Где он родился? В каком городе вырос? Кто его мать? А отец? Какое у него образование? И главный вопрос: на черта так шифроваться?
Я отвернулась к окну, чтобы скрыть растерянность. Стас в точности озвучил мои мысли. Он, действительно, всегда наводил справки о бизнес-партнерах. Этому его научил отец. Жаль, что я не вспомнила о его привычке в Москве. Можно было бы попытаться выяснить что-то о Егоре, осторожно задавая наводящие вопросы. А сейчас поздно. Стас прав. Егор — темная лошадка. Хотя в отличие от Стаса, я как раз знаю друзей Егора по клубу "Верный кот". Так что у меня перед Стасом преимущество. Пусть и сомнительное. Потому что мне известно, где живет Ритка Бэмс, я была дома у Дианы, но понятия не имела, где живет Егор. Но как же все-таки приятно, что Стас так яростно ревнует! Это так ново и странно! И так смешно! Мы поменялись с ним местами. И теперь он боится меня потерять. И только сейчас начинает понимать, насколько это унизительно ждать и подозревать.
Внезапно в дверь громко и настойчиво постучали.
— Откройте! Это администрация! — потребовали из-за двери тоном, не терпящим возражений.
Стас открыл дверь. В коридоре собралась целая делегация под предводительством старшего администратора. Рядом с ним стояли два охранника. Из-за их широких спин выглядывали соседи по этажу: благообразные европейцы в халатах и пижамах.
— В чем дело? — нахмурившись, спросил Стас.
— У вас все в порядке? — администратор, вытянув шею, ощупал цепким взглядом номер, проверяя цело ли имущество отеля. — Соседи по этажу жалуются, что у вас здесь скандал. Ваши крики слышны были даже в лифте.
— Извините, мы немного поспорили, — сухо отчеканил Стас. — Больше такого не повторится. Расходимся, господа, расходимся, спектакль окончен! — он хлопнул в ладоши.
Я, воспользовавшись тем, что Стас занят, наконец, сбежала в ванную и заперла дверь, два раза повернув круглую ручку. Постанывая от наслаждения, залезла под душ и намылилась душистым гелем с запахом жасмина. Но блаженный покой продолжался недолго. Стас сплавил непрошенных гостей и снова занялся мной.
— Таня, открой! — раздался из-за двери его голос.
— Стас, дай мне спокойно помыться, пожалуйста!
— Я не помешаю!
— Нет, ты как раз помешаешь! Я люблю быть одна в ванной!
Круглая дверная ручка зашаталась. Дверь задрожала. Стас яростно дергал ручку с той стороны, пытаясь открыть дверь.
— Мы не договорили, Таня!
— Договорим, когда выйду.
— Нет, ты впустишь меня сейчас! Я хочу тебя осмотреть.
Что за бред? Он что в доктора играет, что ли? Или просто пьян? Хотя когда мы с ним разговаривали, от него не пахло алкоголем. Он выпил лишь маленькую бутылочку коньяка, от которой не опьянеет даже ребенок.
— И что ты собираешься осматривать, Стас?
— Следы на твоем теле, — ручка задергалась еще сильнее, задвижка внутри жалобно лязгнула, но удержалась в пазах. — Если ты была с мужчиной, то обязаны должны остаться следы: припухлости, натертости, засосы, красные пятна на коже. Я хочу знать: можно ли тебе доверять, как раньше?
— Стас, перестань изображать Отелло, ладно? Ничего я тебе показывать не буду. Оставь меня в покое! Дай спокойно помыться! Что за бред ты несешь? Может, еще анализы мне сделаешь?
Это уже больше похоже на манию. Мне стало так неприятно, что даже под горячей водой по коже поползли мурашки. Я представила себе унизительный осмотр, как в специфических эротических фильмах. У него башню, что ли, снесло? Получается, что я не только не знаю Егора, я и Стаса как следует не знаю. Потому что он никогда меня не ревновал. И то, что в начале казалось забавным и приятным, такая небольшая женская сладкая мстя из серии: "получи, фашист, гранату!" теперь стало пугающим. Не хватало мне еще домашнего деспота в мужьях и пятидесяти оттенков Стаса!
Кстати, о следах. Вот что значит мужское мышление! Мне бы и в голову не пришло искать следы. Но если Егор их все-таки оставил своими страстными поцелуями? Я открыла дверь душевой кабины. На стене напротив висело большое зеркало. Ручка двери замерла. Слава богу! Отелло успокоилось! Я подняла ногу, собираясь перешагнуть порог кабинки и выйти, и вдруг дверь ванной комнаты сотряслась от мощнейшего удара. Ручка оторвалась и отлетела мне под ноги. А дверь, качнувшись, с грохотом упала внутрь ванной и вдребезги разнесла огромную, в полметра высотой, напольную керамическую вазу со свежими цветами, которые горничные меняли каждый день.
Я завизжала от ужаса и отшатнулась назад, в кабинку. А в ванную комнату ворвался Стас.
