— Да, племянник подарил! Вам не нравятся? Сирень! — забеспокоилась она.
— Нравятся! Очень нравятся! — рассмеялась Ната и поцеловала ее в щеку.
«Какая же я была дура, когда решила, что сирень меня может подвести! Прости меня, Господи, что я не поняла и забыла, что эти цветы всегда, всегда несли для меня все самое лучшее, преддверие счастья! Теперь точно все будет хорошо!»
Когда Ната с помощью Полины Ивановны уже переодевалась в приемном отделении роддома, позвонил Мишка.
— Наточка! Как ты там, одна?
— Нормально, — рассмеялась она.
— Скоро Дина приедет, ее Славик привезет с занятий. Ты не скучай!
— Вот скучать в ближайшее время мне точно не придется!
— Ната, ты о чем? — настороженно спросил Михаил.
— В данный момент я собираюсь рожать! Ты только не пугайся!
— Как — рожать?! — закричал Михаил. — Нам же еще рано!
— Миша, подожди… — Она переждала очередную схватку, отдышалась и спросила: — Ты еще здесь?
— Здесь, здесь! Наточка, а ты где?
— Уже в роддоме. Миша, пошли Славика встретить Антона, у него там на стоянке машина стоит, а то он будет гнать как сумасшедший, и не говори ему, пока.
— Хорошо! Мы с Диной сейчас приедем!
— Не надо! Неизвестно, сколько это продлится!
— Это не важно! Мы все равно приедем!
Антон вышел из таможенного коридора и сразу увидел Славу.
Он перепугался так, что забыл дышать, мгновенно представив все самое плохое, что может случиться!
— Здравствуйте, Антон Александрович! — радостно поздоровался Слава и взял у него одну сумку.
— Почему ты меня встречаешь? — очень спокойным голосом спросил Антон. — Что-то случилось?
— Ничего! — ответил Славик, улыбаясь во весь рот.
Антон достал телефон, нажал кнопку Натальиного номера — ее телефон был выключен. Стараясь не поддаваться панике, он набрал номер Мишки, сердце стучало так, как будто вот-вот выскочит!
— Ринк! — сразу ответил Михаил. — Все в порядке! Врач сказала, что все идет хорошо!
— Какой врач, твою мать? Что происходит! — заорал Антон так, что на этот крик обернулись перепуганно люди вокруг.
— Ната рожает! Славка тебя сейчас в роддом отвезет. Он разве тебе не сказал?
— Нет! Все, еду!
Он широкими шагами двинулся к выходу, через плечо бросив Славе, еле поспевающему за ним:
— На ближайшей тренировке, в зале, будешь вместо боксерской груши!
— Ну что вы, Антон Александрович! — не испугался Слава. — Это же сюрприз!
— Я тебе устрою сюрприз, мало не покажется!
В родовую вбежала медсестра:
— Наталья Алексеевна! Там папаша сюда рвется!
— Переоденьте и пустите! — распорядилась Наталья Алексеевна.
— Да он сам уже переодевается! Можно подумать, мы могли его остановить! — возмутилась медсестра.
Несмотря на сильную боль, Ната рассмеялась.
— Наталья, не отвлекайся! — прикрикнула на нее врач. — Давай! Работай!
В тот момент, когда Антон влетел в комнату, родился его первый ребенок!
У Наты и Антона родились сын и дочка, маленькие, но совершенно здоровые и крепкие! Мальчик, покрупней сестрички, плакал недовольным баском, а девочка, совсем маленькая, не плакала, попищала без энтузиазма, обозначив себя в этом мире, и сразу успокоилась и замолчала, когда ее положили на руки отцу.
В палату, куда привезли Наталью после родов, пришла ее врач, чтобы поздравить.
— Ну, Наталья! Ты героиня! Быстрые роды и такие легкие! О вас с мужем уже легенды слагают! Антон сидел на стуле, возле кровати, где лежала Ната, и держал на руках детей, которые спокойно спали.
Наталья Алексеевна помогла ему уложить детей в кроватку, поздравила еще раз и вышла, оставив их вдвоем. Антон посмотрел на спящих детей, потом подошел к Наталье.
— Мне хочется тебя обнять! — сказал он. — Всю!
Она подвинулась и пригласила его:
— Давай!
Он осторожно, чтобы не задеть ее, лег на бок рядом с ней, нежно прижал к себе. Ната повернула к нему голову, и они смотрели друг другу в глаза.
— Натка! — сказал он тихим голосом.
Его переполняли чувства, которые и пережить-то трудно, не то что описать словами!
— Натка! — повторил он. — Я тебя люблю! От всего переживаемого у него навернулись слезы на глазах.
— Я тоже тебя люблю! — Она усмехнулась. — А дети тебя ждали — родились, только когда ты пришел!
Он поцеловал ее в губы, заглянул в ее зеленые глаза, поцеловал еще раз и признался:
— Я не знаю, как передать словами все, что сейчас чувствую!
— Не надо словами! — шепотом сказала она. — Ты поплачь, пока никто не видит, а я, честное слово, никому не расскажу!
КОНЕЦ
