был наполнен Силой, зельями и формулами Ведьм от пальцев ног, прятавшихся в чёрных кожаных сапогах, сорок последнего размера, до пепельной макушки. А это значит, что…
— А это значит, что Повелитель и по совместительству Палач Вселенной Ар поражен неизлечимой болезнью под названием — Истинная Любовь, — по — доброму усмехнулся мужчина. — Но он не оценил Подарок Вселенной! Не захотел понять. Принять. И потерял свою любовь. Изначальной тишины, Евгелика!
— Жаркого вам светила и прощения Вселенной, Повелитель! — склонила голову в ритуальном поклоне Ведьма.
На губах Повелителя на мгновенье зажглась и погасла широкая улыбка, промелькнув яркой кометой в бесконечной тьме его осенних глаз.
Он медленно подошёл к Евгелике.
Она запрокинула голову и почему — то улыбнулась ему. Он больше её не пугал.
— Думаешь, она меня простит? — задумчиво пропустил сквозь пальцы выбившуюся из хвоста рыжую прядь её волос Повелитель.
— Когда — нибудь. Не скоро. Через сотни погасших и снова родившихся звёзд. Она вас простит! Я уверена в этом! А мы поможем.
— Я знаю, девочка, знаю, — вздохнул Повелитель, — я в неоплатном долгу перед Ведьмами!
Он посмотрел на отдыхающего на полу Валафара.
Его Сила уже очистила организм от воздействия формулы ведьмочки. Не тронутой осталась только кровоточащая рана на плече.
— Превосходная формула! Вы не перестаёте меня удивлять! Я надеюсь, когда — нибудь, Сила и мудрость наших видов выстроят дорогу к общему будущему. Евгелика, прошу тебя, не оставляй моего брата сейчас. Его Сила огромна, и он платит за это слишком высокую цену! Вселенная привела тебя к нему не просто так.
— Я люблю и уважаю его как старшего брата, Повелитель! Но иногда он просто не выносим! А я всего лишь хрупкая девушка, — преувеличено тяжело вздохнула Евгелика.
— О да! Я вижу! — хохотнул Повелитель. — И всё же. Постарайся.
— Только ради вас! — улыбнулась ему Евгелика.
За спиной раздался хруст камня и стекла под тяжёлой подошвой мужского ботинка.
Евгелика обернулась.
Валафар встал. Дёрнул раненым плечом. Поморщился. Сфокусировал зрение и обвёл кабинет прищуренным взглядом.
Пальчиков на правой руке коснулись горячие мужские губы.
Она резко обернулась.
Никого!
Только невесомый, быстро растворяющийся аромат цветущего тикового дерева и перца.
Она задумчиво улыбнулась. Повелителю хотелось помочь.
— Значит, ты любишь меня как старшего брата? — услышала она охрипший баритон Валафара. — Какая интересная рана.
Евгелика посмотрела на названного брата.
С его мощного тела чёрной ртутью стекала одежда.
Через мгновенье перед ней стоял по пояс обнажённый мужчина.
На его ладони зажёгся и загудел адарский огонь.
По кабинету прокатился жар. Во влажные запахи дождя, грозы и леса вплёлся тонкий аромат капающей с горящих поленьев древесной смолы.
Он выругался и щёлкнул пальцами.
Каким — то чудом уцелевшее, слегка обшарпанное кресло выпрыгнуло из — под обломков, проскрежетало по полу и остановилось в шаге от неё.
Евгелика с недоверием посмотрела на предложенное кресло. Ей показалось, что кожаная обивка на подлокотниках превратилась в фиксирующие пыточные ремни.
Она сморгнула навеянный морок и посмотрела на мужчину.
Валафар ехидно усмехнулся. Евгелика ослепительно улыбнулась. Села в кресло и кивнула на раненое плечо: — Больно?
— Очень, жестокая моя! — ответил Тёмный и впечатал адарский огонь в беспрерывно кровоточащую рану.
Евгелика закрыла глаза и поморщилась.
По кабинету поплыл тошнотворный запах спёкшейся крови и горелой плоти.
Через несколько секунд в кабинет ворвался свежий ветер, наполненный запахами океана и водорослей.
Она открыла глаза.
Её кресло стояло на песчаном берегу.
Серый песок напоминал толстый слой осевшего пепла. Перед её взором до огненного горизонта раскинулся бесконечный океан с тёмной почти чёрной водой.
Спокойная гладь воды была похожа на перевёрнутое ночное небо. Беззвёздное ночное небо. Колебаний пространства или раскрытия воронки портала она не почувствовала!
Валафар стоял чуть в стороне.
Руки сложены в замок за спиной. На плечи накинут стандартный полувоенный френч.
Взгляд устремлен в даль, где огненный горизонт встречается с чёрной водой.
— Мы в одном из миров тёмной части Вселенной. Это океан Памяти и Забвения, — устало и как — то обречённо посмотрел на неё Валафар.
Евгелика выбралась из глубокого кресла. Подошла к мужчине. Запрокинула голову и заглянула ему в лицо.
Он задумчиво улыбнулся. Аккуратно отобрал у ветра рыжую прядь волос и заправил ей за ушко.
Она положила руку на его плечо. Отозвала формулу «незаживающей раны» и влила целительскую энергию.
— Валафар, Ксюша беременна. Ведьмы не играют в игры, когда речь идёт о детях! — посмотрела ему в глаза Евгелика.
— Мне сложно в это поверить. Этого не может быть, лисичка. Не может! — тихо ответил Валафар.
Евгелика убрала руку с его плеча. Рана затянулась. Розовый рубец и ожог от адарского огня бледнели на глазах.
— Почему не может? Ты здоровый половозрелый мужчина. Она молодая женщина. Никаких тёмных формул, подавляющих репродуктивную функцию я на Ксюше не увидела. Земные противозачаточные средства на Ведьм не действуют. Я не понимаю, Валафар.
Он помолчал. Вздохнул. Накинул ей на плечи свой френч и решил рассказать.
— Этот океан нам подарила Огненная Богиня Адар — Ара. Он может забрать воспоминания, которые мешают продолжать жить и служить Вселенной. Наш жизненный цикл практически бесконечен, а память и потоки сознания не дают нам забыть. Никогда. Ничего. Я приходил сюда сотни раз, но так и не решился войти в воду.
Они шли по берегу. Было ветрено. Евгелика закуталась в получившееся из френча Валафара пальто и, затаив дыхание, слушала его рассказ.
— Что ты хотел забыть? — взяла его за руку ведьмочка.
Валафар бережно сжал тонкие пальчики и рассказал ей всё. О том, что женщины Империи Адар — Ар кладут на алтарь продолжения рода свои жизни. О своей бесконечной вине перед матерью своих детей. Обо всём.
— И я решил, что больше ни одна женщина не пострадает от меня и моей Силы! Я просто запечатал репродуктивную функцию организма.
Евгелика от неожиданности споткнулась. Он поддержал и с беспокойством заглянул в наполненные сопереживанием и удивлением зелёные глаза.
— Валафар, Печати больше нет. Мой черёд открывать тайны.
Взгляд Сильнейшего расфокусировался. Он включил самодиагностику, но не дождался результатов и погрузился в свой обширный внутренний мир.
Евгелика смахнула слёзы. То, что он ей рассказал, было чудовищно!
Ведьма начинала понимать, почему Вселенная подтолкнула их Виды друг к другу!
Она уже десятки раз взвесила все за и против.
Тайна, которую она собиралась открыть адарцу была слишком опасной.
«Довериться? Взять клятву? Выкрутиться и свалить всё на сбои в его организме? Вот пекло! Как же сложно сделать правильный выбор!»
Валафар сморгнул и посмотрел на Евгелику.
За всё время их знакомства, она ни
