и т. д. Да, после таких красивых обещаний убивать и калечить клиентов все-таки перестали, хотя прекрасно понимали, что по тем или иным причинам выполнится от силы половина. Но в подъехавшие автобусы задержанных поднимали очень неаккуратно, швыряли на пол между сидений, не задуряясь сортировкой по степени тяжести совершенных проступков. Кроме того — как выяснилось уже во время перелета на базу — ничуть не убаюканные обилием красивых слов и многократным повторением слова «всех», «совершенно случайно» залили на несколько облачных хранилищ электронную базу данных, обнаруженную все на том же минус третьем этаже. Чтобы из нее так же совершенно случайно не пропали записи, в которых совершенно случайно засветились какие-нибудь особо неприкосновенные личности.
Зато над спасенными детьми практически чахли. Тех немногих, кто не был одурманен наркотой, отправляли в медикаментозный сон, чтобы уберечь от лишних треволнений, поднимали во второй автобус и пристегивали к максимально опущенным сидениям. Всех остальных бережно переносили к бригаде гарнизонных врачей, прилетевших в Казань вместе со взводом поддержки. А после осмотра, проведения экспресс-анализов и оказания первой помощи, если такая требовалась, определяли либо в реанимобили, либо в тот же автобус, либо во внедорожники.
При этом продолжали звереть. Поэтому во время переезда на аэродром до рези в глазах вглядывались сначала в придорожный лес, а затем и в каждый встречный или припаркованный автомобиль, моля господа послать навстречу группу доблестных спасителей «несправедливо задержанных родственников, партнеров или друзей». Дабы на них можно было сорвать хотя бы часть злости. Увы, тормозить колонну, ощетинившуюся стволами автоматов, не рискнули даже доблестные сотрудники ДПС, тормозившие всех подряд на «денежных» перекрестках. В итоге к знакомому ангару подъехали злыми, как собаки. Повыпрыгивав из транспорта, организовали в передней части грузового отсека нашего Ила что-то вроде мини-госпиталя с одним огромным лежбищем на всех пациентов и осторожно перенесли на него ребятишек. Потом повыбрасывали из автобуса задержанных, заволокли в заднюю половину того же отсека и все теми же пластиковыми стяжками лишили даже призрачной возможности пошевелиться. А когда закончили и с этим делом, разделились — первый взвод в компании с врачами поднялся на борт и улетел на базу, а мы со взводом поддержки остались дожидаться следующего рейса. Или визита героических мстителей…
Глава 16
14 октября 2041 г
…На базу мы вернулись в субботу, двенадцатого, где-то в третьем часу дня, а уже в семь вечера отправили Вяземскому первый и, на мой взгляд, самый удачный вариант видеообращения. Генерал перезвонил уже через пятнадцать минут и заявил, что запись получилась убийственная, но текущая политическая ситуация требует внесения кое-каких корректив. В частности, необходимо пару раз ввернуть упоминания о руководящей и направляющей роли правительства в деле беспощадной борьбы с криминалом, коррупцией и международным терроризмом, позиционировать состоявшуюся операцию, как очередной успех новой стратегии этой самой борьбы, и хоть немного сместить акценты с «кровавого ужастика» на помощь, которую бойцы ССО оказывали спасенным детям.
К этому времени от записей с камер шлемов бойцов сразу двух взводов уже мутило, но мы перемонтировали нарезку, наложили на нее новый вариант звукового сопровождения, текст к которому опять написала Таня, и… опять не угадали с акцентами. В общем, окончательная версия обращения была залита на мою страничку только в одиннадцать вечера. А на следующее утро в стране снова полыхнуло. Причем как бы не сильнее, чем на пике информационной войны с Пашей-Пулеметом!
Вяземский, не ожидавший настолько сильной реакции на «репортаж об очередном успехе новой стратегии», отзвонился на базу перед обедом и попросил как-нибудь пригасить волну народного недовольства. А Танька, одуревшая после ночи кошмаров, вызванных работой с записями, заявила, что в ближайшие несколько дней браться за это дело абсолютно бессмысленно. Ведь к информационной кампании уже вовсю примазываются «вчерашние лузеры», то есть, та часть населения, которая летом побоялась последовать примеру «неравнодушных», а после завершения войны с наркомафией, торговцами живым товаром и черными трансплантологами стала есть себя поедом за упущенные возможности «подняться», и теперь, когда процесс уже набрал инерцию, его проще возглавить, чем остановить.
— На мой взгляд, тем, кто пытается на вас давить или чем-то там возмущается, надо показать самый первый вариант ролика. И как бы невзначай заявить, что вы изо всех сил гасите недовольство станового хребта современного общества — российских офицеров, возмущенных творящимся в стране беспределом. Соответственно, лучшее, что могут сделать «советчики» — это вещать с телеэкранов об очередном успехе новой стратегии и гордо присоединяться к чистке Авгиевых конюшен. Или, хотя бы, не мешать тем, кто за это уже взялся.
Не думаю, что генерала сильно порадовал такой вариант реакции на свою просьбу, но он вежливо поблагодарил Голикову за «толковый совет», напомнил о том, что в понедельник нам надо быть в Москве, и отключился. А мы, навестив столовую, вернулись в жилой блок, пару-тройку часов помаялись бездельем и, наконец, задрыхли. В смысле, я и Росянка, оккупировавшая диван в гостиной, могли бы заснуть в любой момент, но добросовестно забалтывали куда более впечатлительных девчонок, маявшихся бессонницей.
Спали и во время перелета. Слава богу, мертвым сном. И продрали глаза только во время посадки, получившейся на удивление жесткой. А минут через десять, съезжая по рампе на бетонку аэродрома Жуковский, разобрались с причиной столь экстремального пробуждения — оказалось, что в столице лило, как из ведра, и так же прилично дуло.
Ну да, расстроились. Но в салонах «Доджа» и «Крузака» было тепло, сухо и очень уютно, «дворники» без труда справлялись с хлябями небесными, а штатная и дополнительная иллюминация наших внедорожников прекрасно разгоняла предрассветную тьму. Поэтому до трассы доехали без проблем, прибавили скорости и ближе к шести утра по местному времени добрались до дому. А после поездки на лифте разбежались. — Триггер с Кречетом ушли к себе, вроде как, продолжать давить на массу, а мы, ввалившись в квартиру, задумались, чем бы себя занять.
Я признался, что проголодался и хочу чего-нибудь вкусненького, Лера предложила пожарить гренки, Таня решила совместить приятное с полезным, составив нам компанию и немного поработав, поэтому вооружилась ноутом и устроилась рядом со мной, а Аня заявила, что до смерти устала от службы, и ушла топить горе в джакузи.
Пока дежурная хозяюшка бегала переодеваться в домашнее, Голикова проглядывала названия тем, появившихся на моей страничке за ночь. Раз пятнадцать одобрительно кивнула. Пару раз поморщилась. Потом озадаченно хмыкнула. А в момент появления Рыжей изумленно выгнула бровь, потыкала пальчиком в тачпад и повернулась ко мне:
— У тебя появилась новая верная защитница!
— А что, возникла необходимость меня защищать? — лениво спросил я.
Блоггерша утвердительно кивнула:
— Какой-то придурок с ником «Правдоруб» создал тему с говорящим названием «Харе пиариться на чужих страданиях» и нарвался на твою Олечку Киселеву.
— Мою⁈
— Ты в ответе за тех, кого приручил! — с апломбом заявила Таня, сделала вид, что страшно испугалась моих нахмуренных бровей, и перестала валять дурака: — Она заявила, что ты говоришь только после того, как делаешь. И только для того, чтобы личным примером мотивировать других настоящих мужчин. А потом язвительно поинтересовалась, чем таким серьезным был занят Правдоруб тогда, когда ее похищали из родного города, везли через половину страны, переправляли через две границы и готовили к продаже в чей-то гарем?
— И что он ответил?
— Обратился к ней по имени-отчеству! — криво усмехнулась Голикова. — Назвал Татьяной Леонидовной и попросил не позориться, заходя на страничку своего любовника под чужим именем. После этого Киселева залила в тему видеоролик и подписала его «Вот она, я — девушка, которую Чума вытащил из Ада — собственной персоной!» Ролик я, само собой, еще не просмотрела, но под ним уже более ста тысяч лайков.
Тут я ухватил за хвост мысль, промелькнувшую на краю сознания, и задумчиво уставился на подругу:
— Помнится, им обещали выделить материальную помощь. Хорошо бы выяснить, сдержали слово, или как?
— Сдержали! — подала голос Рыжова, как раз закончившая перемешивать яйца с молоком. И презрительно фыркнула: — Сначала провели бесплатную диспансеризацию, а потом начали раздавать «безумные деньги». Ты только представь: каждая девственница получила по тридцать МРОТ, а девушки, подвергшиеся насилию — аж по пятьдесят!
— С-суки… — выругался я.
— Ага! — подтвердила Танька, поставила ноут на стол, забралась ко мне на колени и обняла: — Но не все так плохо, как кажется на первый взгляд: еще в конце июня мне
