– Вскоре отбываю. Теперь вашу планету вычеркнут из списка запрещенных. Я тут излечился гораздо быстрей, чем на родине. Все Ыдыки теперь будут лечиться только у вас на Земле. Мы закодируем ее как «Палату номер шесть».
Прошу пояснить, - пискнул из под кресла домовой.
На него шикнули.
- Почему же, - сказал рот из сияющей кучи, - поясню. Известно, что приближение третийного возраста для сидельных Ыдыков часто чревато разтроением «Я». Болезнь не считается серьезной, но радикального лечения до сих пор не существовало. Для Ыдыков создают виртуальную камеру в соответствии с формой разтроения и качественной обратной связью и ждут четвертийного возрастного рубежа, переход в который обычно купирует психический недуг. Изоляция раньше была обязательной, так как могущественные Ыдыки могли бессознательно принести вред и себе, и окружающим. Обычно Первый Ощущальник телепортировал в лечебницу сигнал тревоги, и спустя несколько периодов минимума Психознахари увозили Ыдыку, поддержав его иллюзию, и держали в изоляции до выздоровления. Теперь, после того, как я эмпирически доказал, что клин надо вышибать клином, а психов содержать среди еще больших психов, Ыдыки Все Ыдыки будут лечиться только у вас на Земле. Вашей планете я присваивают кодовое название:«Палата № 6».
А нас ты спросил? – спросили многочисленные думские рты.
Вы еще не на том уровне развития, чтоб вас о чем-нибудь спрашивать, - ответил единственный рот Ыдыки Бе. – Кто еще хочет высказаться?
Я, я, - протянула руку Елена Ароновна. – Ты тут у нас навел некие несуразицы. Кто будет их убирать?
Уже убраны, - Бе вырастил руку с длинным указательным пальцем и помахал им в разные стороны. Все убрано. Только с профессором Брикманом небольшой казус случился, тело его уже не восстановить, придется ему в теле Бармалеенко доживать. Впрочем, он не прогадал, тело моложе, крепче. А с прежним сознанием он уже полезный контакт наладил.
Вы возьмете с собой образец нашего уникального средства? – спросила тетя Ася.
Я хоть и был сумасшедшим, но не до такой же степени, - усмехнулся рот. - Еще вопросы есть? Думакам слово не дается.
Выпить на дорожку не желаешь? – спросил Распутин.
Не пью, - ответил Ыдыка Бе, - завязал лет так триста назад.
Это ты молодец! - пробасил с другого конца комнаты противный Антабус.
Давайте закругляться, - встал, опираясь на трость Мефис. – Тут нога от ревматизма разламывается, а они болтологией занимаются. Синдром думы, надо думать. Всем по домам, хозяина не беспокоить. Счастливо, Гость. Счастливо, писака. Пойду спать.
Он прошел в туалет, послышался звук спускаемой воды.
Начали понемногу исчезать и другие собравшиеся. Одни уходили, другие пользовались транспортными удобствами унитаза, третьи просто испарялись.
Можно, я у тебя останусь? – пропищал домовой. – Я – погорелец, а ты мне понравился.
У меня еще воспитанница есть, Женя. Бойкая девочка, кота достает только так.
Меня не достанет, - сказал домовой, - я детей люблю.
Тогда познакомимся, что ли, - сказал я.
Андрюша, - домовой вышел из под кресла и протянул лапку.
Очень приятно, - я наклонился и пожал его теплую сухую ладошку.
От этой ладошки по телу прошел приятный жар, как бывает при передозировке кодеина. Глаза мои сами собой закрылись. Я крепко заснул, а когда проснулся, все было так, как до пришествия Ыдыки Бе. И память о странных происшествиях стиралась, тускнела. Даже икра куда-то исчезла, а рыжий кот Васька нахально требовал жрачку.
Я оделся и пошел в магазин. Купил мойву, на обратном пути чисто механически заглянул в почтовый ящик. Там лежала дискета. Я взял ее, зашел в дом, сварил кофе, отпил глоток,включил компьютер и, проверив дискету на вирусы, открыл имевшийся на ней файл.
На экране появились страницы Word. На первой странице было крупно написано:
Извращение желаний
(Разтроенный Ыдыка Бе в России)
Мир без психопатов? Это был бы ненормальный мир.
Станислав Ежи Лец
Аннотация
Вниманию читателей предлагаются документы, тщательно скрываемые секретными службами России от общественности. Это рукопись некого писателя, который некоторое время был в контакте с неким инопланетным существом, пребывавшим на нашей планете. Автор рукописи находится в розыске, установить его местопребывание пока не удалось. Рукопись публикуется без редакторской правки, так что издательство рекомендует не обращать внимание на некоторые высказывания автора (об издательствах, о Думе, о правительстве), ввиду их полного несоответствия реальности.
[1] Шла Красная Шапочка по лесу. К бабушке шла. Корзиночка у нее в руках, в корзиночке нехитрая еда, на голове, естественно, шапочка красного цвета, личико в старорусском стиле: глазастая девчонка, с русыми косами, щеки румянные.
Идет себе Красная Шапочка, корзинкой помахивает, жует травинку какую-то, по сторонам зыркает. И встречается ей Волк. Но этот только первая встреча. Она известна нам из древних источников. И конец этой истории довольно-таки грустный. Мне, например, до сих пор не понятно, как детям можно было рассказывать такую неприятную сказку, в которой Волку распарывают живот. Причем делают это грубо, в условиях полного пренебрежения к возможности инфекционного заражения брюшной полости.Да и бабушка, вылезающая из волчьего живота эстетических эмоций не вызывает. Медики, знакомые с резекцией кишечника, вполне мое негодование поймут.
А сейчас я хотел бы рассказать о второй встрече, в древних источниках не упомянутой. После Волка девочку остановил дяденька в длиннополом кожаном пальто. Пальто было старое, потертое до рыжих пятен, лицо дядьки поражало своей бумажной бледностью, такой оскорбительной в жаркое солнечное лето, на вытянутом подбородке дядьки росла жидкая светлая бороденка, глаза напоминали мятую промокашку, а голос его оказался теноро-образным с блеющими обертонами.
- Здравствуй, Маша, - сказал дяденька, - я твой Ваучер.
Доверчивая Красная Шапочка подняла на незнакомца круглые наивные глаза и
сказала кукольным голоском:
- Здравствуй дядя. Я не поняла, как тебя зовут. Только я не Маша. Я - Даша. Дарья.
- Здравствуй, Дарья, - проблеял дяденька. - Очень приятно познакомиться. А зовут меня Ваучер. Вот собаки, когда воют, издают такой звук: “вау. вау-у”. А те,
