кажется такой уж запутанной и постепенно обрастает новыми участниками, мотивами, какими-то отвлекающими направлениями поисков — вернее, есть некто, кто манипулирует людьми, стараясь направить следствие по ложному пути. Но на самом деле, повторюсь, история простая. И мотив убийства тоже не нов. Но чтобы все это проверить, мне нужно время.
— Женя, ну что ты еще задумала? Куда собралась?
— Я? Да никуда. Говорю же, мне нужно время, чтобы все хорошенько подготовить, и только после этого я попытаюсь помочь разоблачить преступника. Борис, обещаю тебе, что в ближайшее время вообще из дома не выйду. И все, что я запланировала, произойдет без меня. Валера, ты же поможешь мне?
Ребров смотрел на нее таким удивленным взглядом, словно она предложила ему прокатиться до Луны и обратно. Он, и без того уставший, весь на нервах, хотел уже только одного — допить виски и лечь спать.
Женя сказала, что у нее есть план. Да если это на самом деле так, а не плод ее тревожной бессонницы, он сделает все, чтобы ей помочь. А заодно и всем тем, кто хочет найти убийцу Нины Коротич — и самому Реброву, и Журавлеву, и, конечно же, Владимиру Охотникову.
— Женя, да, я все сделаю, ты только скажи.
Валера был рад уже тому, что в один из самых своих сложных моментов жизни, когда внутренние силы оставили его и вся его слабость читалась в каждом взгляде, тоне голоса и движениях, когда он чувствовал себя не то что голым, а словно без кожи, и отчаянно уязвимым, он был с друзьями, в их доме. Женя, Борис, Петр, Наташа… Как же он был благодарен судьбе за то, что она свела их всех вместе, что они вообще есть.
Тот конфликт с руководством, из-за чего он и принял решение уйти с прежнего места службы, был связан со взяткой. Да и конфликт был его собственный, внутренний, и человек, который эту взятку принял, понятия не имел о том, что об этом известно Реброву.
Ничего и никому не было им озвучено, и все то, что Ребров собирался сказать этому начальнику-взяточнику, происходило только в его голове. Поэтому и ушел он как-то по-тихому, и никто не понял, зачем он это сделал. И только позже, когда Валерий просто не мог не обратиться за помощью к своим коллегам-экспертам, чтобы договориться о сотрудничестве, все узнали, что он решил стать частным детективом.
«Агентство “Детектив. Ребров”» — так он решил назвать свое агентство. Но даже за то малое время, что он пробыл в роли частного детектива, он успел понять главное — это было большой ошибкой.
Ему хотелось какой-то чистоты, независимости от тех людей, которые, пользуясь своим положением, позволяют себе совершать преступления. И это желание на какое-то время пересилило все остальное и заставило его забыть о том, для чего он вообще пошел работать в органы. Он должен ловить преступников и делать свою работу честно. Но разве, уйдя из следственного комитета, он может сделать больше? И разве там, где он служил, не нужны такие люди, как он сам? Принципиальные, добросовестные? И разве в первый раз он является свидетелем противоправных действий внутри комитета? Да там одно только дело о взятке, которую получили от хакеров…
Он вздохнул. Конечно, он вернется. Вот только найдет убийцу Нины и закроет свое агентство.
Он мысленно даже уже укладывал в коробки свое скромное канцелярское имущество, запирал двери…
Женька. Что же она придумала на этот раз? И как собирается разоблачать убийцу? Она так уверенно заявила о своем плане, о том, что, не выходя из дома, сделает это, что заинтриговала Реброва основательно. Получается, что она знает, кто это. И теперь остается только собрать доказательства.
— Ну, если ты говоришь, что никуда не собираешься хотя бы в ближайшее время, я спокоен, — сказал Борис, допивая виски. — Валера, не знаю, как ты, а мы — на боковую, да, Женечка?
За оконным стеклом кухни запульсировали туманным золотом вспышки фар — подъехала машина. Захлопали двери, и в кухню влетела закутанная в плащ Наташа. Румяная, красивая. Увидев всех, она просияла.
— У Льдова родился сын! — воскликнула она, и Женя, мгновенно оценив эту новость, почувствовала, как защипало в глазах.
Наташа оторвалась от него, у него теперь будет своя жизнь, а у нее — своя. К тому же она беременна, а это значит, что скоро быть свадьбе.
— Слава Богу. — Женя обняла Наташу. — Эта новость дорогого стоит.
— Я к Петру.
И Наташа исчезла. Словно телепортировалась. Мгновенно! И только затихающий звук ее шагов в холле свидетельствовал о том, что это не фантом.
27. Октябрь 2023 г.
Вот уже целых сорок минут она деловито ходила по дому, по-прежнему ощущая себя его хозяйкой. Окруженная невидимыми девушками-служанками, она бойко отдавала им приказания: где-то вытереть пыль, вымыть окно, пропылесосить, привести в порядок кладовку, отключить и помыть холодильную камеру, устроить душ комнатным растениям в библиотеке, отполировать стол в гостиной, помыть в теплой мыльной воде фарфоровые безделушки, что пылятся на каминной полке…
На ней в этот вечер был темно-бордовый бархатный халат, на ногах уютные, с пуховкой, домашние тапочки. В доме было тепло, хорошо, но она чувствовала себя по-настоящему счастливой не только потому, что владела этим прекрасным домом, а потому, что в гостиной уже был накрыт стол на двоих. Красивая скатерть, лиможский фарфор, серебряные приборы, хрусталь, розы в вазочке. А на кухне в духовке томится утка. В холодильнике дожидаются своей очереди закуски.
Знать бы еще, когда придет тот, ради которого они со служанками так расстарались. Служанки. Она их придумала ради развлечения. У них были имена, у каждой свое лицо и фигура. И все они были молчаливыми и покладистыми. Иначе она бы их уволила.
Она заглянула в каждую комнату, кроме одной, дальней, что в правом крыле дома. Именно оттуда тогда, в тот день, доносились голоса, звуки…
Они думали, что она вернется из Москвы вечером, а она приехала на такси, как чувствовала. Как знала, что и он приедет.
— Эту комнату запереть наглухо и никогда туда не заходить, понятно? Ты слышишь меня?! — обратилась она, дрожа всем телом, к стоящей перед ней худенькой девушке-филиппинке по имени Фэй.
Та кивнула и тотчас исчезла.
Звонок внизу раздался громким раскатистым звуком колокола — он пришел. Тамара не поняла, как уже оказалась перед дверью, как распахнула ее.
— Привет… — Она бросилась к нему в надежде, что он обнимет ее, как прежде, что прижмет к себе. — Не знала, когда ты придешь. Но у меня все готово!
Какой же он был огромный, сильный, красивый!
— Тома, у
