скорбных домов жертвы этого садиста. Что самое гадостное, ни одна из жертв за годы лечения Последних так и не пришла даже в относительную норму. Рассудок изувечен с холодной четкостью. Расчетливо и цинично. Подобное даже не страшно, ибо невозможно осознать всю глубину муки сознания, навсегда оторванного от реальности. Противно…
Особой насмешкой на фоне этого выглядит, каждый раз присутствующая записка: «Прошу прощения за доставленные неудобства. Возвращаю очищенную душу вашей дочери. Благодарю». Аппетит отбило напрочь.
Почесал Мефи за ушком. Боль укуса. Окружающее отступают на задний план.
– Это мог сделать, совершить Рейм? – уточнил для проформы.
– Вполне. Во время приступа подобное могло показаться ему забавным, – мысль провалилась в трясину задумчивости. – Я за ним не слежу. Если он начал по прибытии, до того, как проявились симптомы… это объясняет, как он продержался время моей болезни. Так же возможно, Рейм решил поохотиться на Имунного, тоже достойное развлечение!
Вашу суть! Ну почему она не солгала? Или просто не промолчала? У нее достаточный кредит доверия, а у меня желания обмануться, чтобы вопрос пропал втуне. Потребовалось несколько минут жевания Мефи моего уха, чтобы отступило желание свернуть некоторым особам шею. После выдержки хватило вернуться к коллегам.
– Это ужасно, похищать юных девушек Чувствующих! Что же Временщики? – тон и лицо девушки так и кричали об удивлении, плюс толике негодования. – Разве они не помогли?
– Господин Юрий! – парень одними глазами молил о спасении.
– Разумеется, твои соотечественники помогли, Лорн. Собственно, только благодаря им мы хоть что-то знаем об Иммунном, – изобразил улыбку неизвестно для кого. Может, пытался ободрить себя? – После третьего тела, когда стало очевидно, что это маньяк, и Пространственники не справляются, призвали твоих собратьев. Произвели Рокировку с Прошлым, дабы поймать преступника, когда он «возвращал» девушку. Его застали на месте преступления…
В красках я поведал о той погоне с локальными боями. Дюжины преследователей. Множестве Пробоев. Всем спектр боевых способностей и оружия. О Рокировках в несколько минут, координируемых из Посольства.
Рассказал о результате: четверо погибших и трое раненых Пространственников. Зато удалось выяснить: Иммунный – мастер ловушек с обширным боевым опытом. Вдобавок он прихрамывает на правую ногу, и в радиусе десятка шагов от него не работают силы.
– Кристаллы Блокировки? – очаровательно нахмуренный лобик и сдвинутые в раздумьях бровки. – Хотя постойте! Иммунный… из-за иммунитета к силам?
– Совершенно верно, госпожа Лорн, живой Кристалл Блокировки. Выродок – проклятый силой из СДО. Вероятно, ветеран Сезонной Войны, – вновь осмелел Ундерк, с восхищением любуясь девушкой.
Решил не уточнять о неоднозначности суждения. Конечно, народ ведает обо всем и повсеместно известно: «Предки Иммунных – выжившие после Чумы Отката. Продали душу Лодуру, и с тех пор неподвластны силам Временщиков и Пространственнииков. Мудрые правители Империи и Хроно изгнали их на СДО. Вот те и пытаются мстить. То войной пойдут. То добрых граждан втихую режут». Плевать, что на материке Иммунных не меньше десятой доли процента населения. Наверняка, Лорн лучше меня понимала подобное.
– Преступник ускользнул из-под носа облавы. Ваши собратья произвели еще семь Рокировок, прежде чем начальство признало неэффективность затеи – Иммунный обладал памятью о Ветвях, и более его не удавалось застать врасплох. Временщиков привлекали не менее чем в полудюжине похищений, но безрезультатно. Они высказали готовность вмешательства, если откроются новые обстоятельства, до тех пор они работают там, где есть возможность помочь.
– И что, никого не удалось спасти? – в волнении Лорн прижала к ротику ладошку.
– Почему же. Нескольких девушек удалось. Когда Иммунного пытались поймать в момент похищения. Если с момента похищения прошло менее трех дней, то девушки-Чувствующие оказывались относительно вменяемы… хотя и с психическими травмами. Свидетели из них никакие – рассказывают только о пытках. Иммунный, конечно, не появлялся. Тем временем пропадала новая несчастная. К сожалению, не у каждой семьи хватает влияния, чтобы совершить Рокировку.
– Не понимаю, зачем подобные мерзости?
– Да что думать, он безумец! – глаза юного блюстителя порядка сияли праведным гневом. – Садист, обожающий причинять боль и страдание. Извращенец, который…
– Ундерк, следите за речью, вы в компании леди, – парень ойкнул и сник. Я продолжил: – Должен заметить, даже у безумцев имеется цель, мотив. Безумие – не отсутствие разума, лишь недоступное нам его применение. Причем, как можем наблюдать, куда более изощренное, нежели у нас: никаких улик, никаких свидетелей, даже современная технология дактилоскопии не помогла найти отпечатки пальцев.
Спускаться в переполненное людьми помещение не хотелось. Потому, ведомые молчаливыми желаниями Лорн, заняли столик, подальше от места преступления. Свежий ночной ветерок приятно остужал разгоряченные спором головы. Взгляд же цеплялся за воздушные крепости – дирижабли городовых, барражировавшие над островом, словно плывшие по морю штормовых облаков. К тому же в нарушение большинства установлений в поднебесье кружили несколько дюжин всадников на пегасах, да еще рухов… прохожим придется поберечь головы.
– Тем не менее считаю, безумцев нужно уничтожать! Злодеев требуется истребить без жалости!
– Безумцы. Злодеи. Господин Ундерк, ваша жажда справедливости достойна похвалы. Правда, хотелось бы в начале услышать однозначное, объективное и непротиворечивое определение добра и зла, или что есть хорошо, а что плохо? Лучше всего безумия и нормы.
– Простите? Не совсем понимаю, что вы имеете в виду?
– Я жажду понять, кого вы, молодой человек, желаете истребить. Вы сказали злодеев и безумцев. Прошу, уточните, кого вы имели в виду под этим?
– Как кого? Погань, отрицающую законы морали и ставящую себя выше других! Тех, кто не хочет быть нормальным членом общества! – возмутится парень с горячностью.
– Тогда другой вопрос: где найти эталон морали, который можно определить нормой? Вас, друг мой? Не слишком ли эгоистично и тем не ставите ли вы себя выше других? Должен отметить, будущее выкристаллизовывает из общества только самое жизнеспособное – вы достаточно сильны во всех смыслах, чтобы утвердить свои нормы для других?
– Не обязательно я…
– Тогда, может, кто-то другой? Вы готовы подстраиваться под других? Кроме того, так ли необходимо, чтобы все подчинялись морали?
– Что вы хотите сказать? – отшатнулся парень. – Неужели вы оправдывайте подобные мерзости? – кивок в сторону истерзанного тела.
– С точки зрения морали и этики – нет. Подобное непростительно. Но если отрешится от чувств, то в чем, собственно, трагедия? Уничтожение личности человека? Так я тоже убивал. Защищая других и себя. Выполняя приказ, – глаза парня лихорадочно заблестели. – Цель нападения? Молодая и
