вместе с парнями, есть ли среди них кто живой, — приказываю я своему помощнику, стоя посреди улицы, на стенах которой видны следы от вестрелов, а под ногами наравне с обычными лужами, расплылись крупные кровавые пятна.
Удивительно, но один боец севера выжил. Скажу даже больше того, он умудрился отползти в соседний переулок и укрылся за баком. В момент, когда его нашли мои бойцы, он активно пытался до кого-то дозвониться. Особо церемониться я с ним не стал. Просто забрал телефон и просмотрел историю звонков. Больше десятка звонков боссу, и ни на один ему не ответили.
— Север пал. Перевяжите парню рану и двигаемся дальше.
Следующей целью Иль-Сона после севера будет запад. Так подсказывает мне логика, и это же подтверждают слова сержанта восточного клыка. К офису запада мы уже не идём, а буквально бежим. Не то чтобы я горел желанием спасти западный клык от беспредельщика востока, нет. Просто мне это выгодно. У меня и моей скромной группы бойцов куда больше шансов застать врасплох врага, если тот будет занят собственным боем. Ударить в спину? Да с удовольствием!
Расчёт оправдался. На территории западников мы также наткнулись на трупы, но также мы нашли и трупы восточников. Видимо, информация успела дойти до босса запада, и тот не постеснялся ответить Иль-Сону той же монетой. Теперь огнестрельные смертельные раны наблюдались с обоих сторон.
— Вперёд не лезем, постараемся поймать момент, — оповещаю я группу, когда мы вышли к бару, на втором этаже которого и располагается офис западной группировки.
В это самое время, бар о котором идёт речь, активно уничтожается. Внутри происходит то ли перестрелка, то ли драка. Почему именно так? Да потому что выстрелы звучат редко, а вот крики дерущихся и звук битого стекла отчётливо доносится до нас. Возьмусь предположить, что западники сумели навязать восточникам ближний бой, во время которого опасно стрелять. Велик риск попасть в кого-то из своих.
— Боюсь, что удобный момент может и не случиться, — поправил ворот своего спортивного костюма Юн.
— О чём ты? — спросил я у него.
— Боюсь, что у нас ограничено время, — недвусмысленно постучал Ру по своим наручным часам. — Сейчас его ещё достаточно, но если мы продолжим ждать…
Ясно. Док-Хва. Вот о чём толкуют эти двое.
— Мы можем предложить свою помощь, — между тем продолжил Юн. — Для нас двоих важно получить место, где мы сможем показать свою силу и заработать причитающуюся нам славу и почёт. Как мы и говорили. Личный интерес.
Хотят применить дар, чтобы помочь мне заполучить здание под арену? Вполне объяснимо. Я даже не беспокоюсь о том, что впоследствии сделку перехватит Док-Хва. Если так посудить, он не очень любит бои. Допускаю, что именно поэтому этот вид бизнеса и захирел. Ему достаточно казино и игорного бизнеса в целом. Других боссов он не допускал к подобной тематике. Меня же… Похоже, что допустит. Исключительно ради внуков. Тем лучше, будет проще получить его разрешение, когда я всё-таки дойду до него и испрошу разрешения на ведения подобной деятельности.
— Если вы готовы «активно» помогать, — выделил я это слово, подразумевая их дар, на что получил одновременный кивок от обоих братьев. — Тогда заходим.
Глава 22
— Эй, Ким Донхён! А ну не лезь туда!
— Да я просто посмотреть хочу!
Голоса раздаются эхом в огромном пустом помещении и растворяются, возвращая тишину на свое место. Я незаметно улыбаюсь и отбираю у Ми-Сон её блокнот для рисунков. В последние несколько дней девушка постоянно что-то записывала туда, рисовала и могла подолгу просто смотреть на развороты белых листов. Новость о том, что ей поручено отвечать за интерьер и стиль арены, настолько окрылила её, что прямо сейчас мне впервые приходится наблюдать Ми-Сон в таком вдохновленном настроении. Случай с секретарём отца ненадолго вывел её из равновесия, но благо, что эта оторва не умеет долго грустить и тревожиться. Короткого разговора хватило, чтобы привести её в чувство. И это хорошо, потому что других кандидатов на роль дизайнера рассматривать бессмысленно, одаренная со способностью к перевоплощению обойдет их всех. Сразу по всем параметрам. А теперь, Хван Ми-Сон светится от счастья, а значит, проект выйдет прекрасным.
Ми-Сон выглядит встревожено от того, что её вещицу забрали так беспардонно и внезапно, но она старается не подавать виду, что что-то произошло. Мы здесь одни, вдвоем. Стоим на верхнем этаже и наблюдаем за тем, как рабочие начинают трудиться внизу. Девушка облокачивается о перила спиной и хмурится, глядя на то, с каким искренним любопытством я переворачиваю страницы. В какой-то момент моё лицо невольно меняется и становится озадаченным. На одном из разворотов красуется рисунок. Это портрет, мой портрет, который девушка нарисовала не так давно.
— Кто это нарисован? — я задаю настолько глупый вопрос, что девушка невольно цокает. — Мы с ним похожи. Ухажер появился?
Почти сразу из меня вырывается глупый смех. Жалкая попытка скрыть неловкость и даже толику смущения. Во дает! Нарисовать меня…
А ведь Ми-Сон думала, что этот парнишка без тормозов, бесстрашный и дерзкий, а сейчас мои горящие уши сдали меня с потрохами! Даже глуповатый момент с поцелуем в щеку, тогда, на парковке, не так смутил меня, как эта несчастная зарисовка!
— Айщ! Вы с ним похожи, потому что это и есть ты, — говорит она, тяжело вздыхая. — Нравится?
— Еще бы. Это… Да, это симпатично.
Ащ-щ-щ. Да что я несу? С каждой минутой все хуже и хуже! Ми-Сон внимательно следит за моей реакцией и делает выводы. Я наверное не то, что бы похожу на застенчивого паренька, который трясется при виде женщины, скорее выгляжу как старшеклассник, который пытается мягко отшить девушку после очередной любовной записки от фанатки. Лишь бы не обидеть. Ситуация неприятная. Со стороны, наверное, кажется, что мне вроде бы приятно это внимание и смелость, но вроде как это лишнее. И как объяснить, что я вообще испытываю? И нужно ли объяснять?
— Симпатично? Ты как старикан последний, боже, — бурчит Ми-Сон и раздраженно потирает переносицу. — Я набросала это, когда ты подвез меня ночью домой. Помнишь?
— А, точно, — невольно киваю я, неловко почесывая затылок. Вот вроде бы пытаюсь подобрать слова, но ничего не выходит. Если бы Ми-Сон знала, почему именно я веду себя так, то все вопросы испарились мгновенно. Замечание про старика из её
